Глава 16
Измена
Настоящему Невилю пришлось ни за что, ни про что, вместе с Лавгуд и Уизли, отбывать взыскание в Запретном Лесу. Впрочем, он не жаловался. Снейп внушил ему ложные воспоминания, и парнишка теперь даже гордился собой. Руководил походом Хагрид.
Само присутствие полувеликана в Хогвартсе стало для Софии откровением. Она-то пребывала в уверенности, что Волдеморт потребует, если не головы, так уж отставки Хагрида точно. Ведь именно Хагрид помешал Темному Лорду захватить Гарри Поттера в операции, вошедшей в историю под кодовым названием «Семь Поттеров».
София теперь частенько встречалась с бабулей Мракс, неподалёку от хижины полувеликана.
– Поверь, дорогая, когда Тому потребуется схватить Поттера, он его найдет, – пожимала плечами Василиса в ответ на замечания девушки. – За что ему изгонять беднягу Хагрида из школы? Он же понимает, что Рубиус не Малфои, приспосабливаться, идя против совести, не умеет. Великан – он такой по-настоящему хороший. А эта его умилительная привязанность ко всякой дряни? Ну, скажи, кто ещё, кроме Рубиуса, может искренне любить взрывастых драклов? – Василиса невесело усмехнулась. – В своё время он так же преданно любил самого Тома. Не хотел заручиться покровительством, как одни, не желал воспользоваться его талантом в своих интересах, как другие, не испытывал похоти при виде смазливой физиономии, как третьи. Просто любил с беззаветной собачьей преданностью, так, как умеет только он один.
– Ну да. А дядюшка без колебаний подставил его со всей его любовью, – скривилась София.
– Уверена, что без колебаний? Если бы Тома взяли, его бы изгнали к магглам. Это в лучшем случае. В худшем могло закончиться Азкабаном. То, что Дамблдор спустил с рук идиоту Хагриду, он никогда бы не простил умнице Риддлу.
Солнце опустилось низко, небо стало почти черным. Поднимался ветер.Софии стало зябко, она куталась в мантию:
– Видела наших беглых гриффиндорских друзей? – спросила она Василису.
Ведьма в задумчивости разбрасывала ногами ворох опавших листьев:
– Гарри с друзьями пока бесцельно кружит по лесам и болотам. Может, надеется, что крестражам надоест дожидаться, и они сами к нему придут? Рыжий парень рядом с ним – довольно неприятный тип. Истинный Уизли. Кстати, ты знаешь, что им не уничтожить крестраж без меча Годрика. Снейпу пора поторопиться с исполнением последней воли Дамблдора.
Вернувшись в гостиную, София наткнулась на всю их гадючью слизернискую компанию. Драко сидел, развалившись на кожаном диване с бутылкой огневиски в руках, и судя по всему, был уже пьян вдрызг. Паркинсон привычно крутилась рядом.
Пройти мимо незамеченной у Софии не получилось.
Малфой окликнул её:
– Гринграсс!
– Опять нажрался, как свинья? – огрызнулась она.
Вместо ответа Драко демонстративно поднёс бутылку ко рту и жадно присосался к ней. Серые глаза с вызовом смотрели на Софию. Оторвавшись, наконец, от своей соски, парень отёр губы тыльной стороной ладони:
– А тебя Снейп звал.
– Зачем?
– Не докладывал.
***
– Вы заставляете ждать себя слишком долго, – заметил зельевар, когда София переступила порог его кабинета.
– Вы хотели меня видеть?
– Не я. Волдеморт.
В Малфой-мэноре было по обыкновению темно. И необыкновенно тихо. Любимый дядюшка, не смотря на поздний час, корпел над бумагами.
– Я велел привести девчонку два часа назад, Северус! Вон, – уничижительно бросил Волдеморт Снейпу.
Дождавшись, пока тот выполнит приказ, и они останутся наедине, Темный Лорд задал Софии неожиданный вопрос.
– Ты когда-нибудь слышала о Батильде Бэгшот?
– Да. Она историк.
– Была им, – потянувшись, Волдеморт устало зевнул. – Тебе придется поработать с этой леди. Нагайна! За мной!
Змея зашелестела, передвигаясь по полу, огромная и жуткая. Втроём они аппарировали к калитке незнакомого Софии коттеджа.
Повозившись с ключом, Волдеморт посторонился, давая Софии возможность войти первой:
– В доме труп, – предупредил он.
– Батильды Бэгшот? – догадалась София.
В комнате, по всей видимости, служившей гостиной, на пузатом комодике теснились фотографии в рамочках. С одной из них на Софию с ленивой улыбкой смотрел интересный молодой человек с золотистыми волосами. Сняв фотографию с полки, София с любопытством вгляделась в тонкое, умное, одухотворенно лицо.
– Кто это? – спросила она.
– Гриндевальд.
София торопливо вернула фотографию на место.
Да, как обманичива бывает человеческая внешность?