У кованных, зачарованных ворот Малфой-мэнора её ждал сам Люциус Малфой:
– Как я понимаю, - манерно растягивал слова он, – вы намерены покинуть нас, мисс Мракс?
– Вы меня не остановите.
– Вы не лестного обо мне мнения, mon cher...
– Энервейт!
– Протего. Экспелиармус.
Парировать София не успела, и палочка оказалась в руках противника.
Светлые глаза словно светились на бледном лице Люциуса. Чего невозможно отнять у него, так это его необычной красоты, что завораживала, будто лунный свет.
– А теперь давайте вернёмся домой, – протянул он руку Софии.
Она отрицательно помотала головой.
– Вынужден настаивать.
Серебристые волосы, насмешливый холодный расчетливый взгляд – взгляд человека, всегда уверенного в себе.
– Вы же понимаете, милая, что идти вам некуда, – голос Люциуса сочился сарказмом. – И незачем, – добавил он.
– Я не вернусь!
– Конечно же, вернётесь.
Линия подбородка хозяина Малфой-мэнора обозначилась резче. Губы сжались в ломаную линию:
– Конечно, вернётесь, – с нажимом повторил он. – Потому что у вас нет выбора. Я вам его не оставляю. Я не могу так рисковать. Тёмный Лорд не простит мне больше ни одной осечки.
– Будьте вы все прокляты, – без всяких эмоций сказала София.
Малфой сощурился, стряхивая с рукава мантии воображаемые пылинки:
– Уже давно.
***
– О! Наша Принцесса вернулась? – засмеялась Беллатрикс. – Люциус, ты делаешь успехи.
– Рад, что тебе весело. Зактнись-ка ты лучше.
– Фи, как грубо!
Они стояли друг против друга. Мужчина и женщина. И чувствовалось, как между ними проскальзывали странные искры.
«Эта чертова ведьма - что? – задалась вопросом София. - Со свояком тоже спит? Не брезгует ни сыном, ни отцом? Очаровательная семейка!».
– Астория, дорогая, тебе непременно нужно выспаться, – заворковала Белла. – Ты что? Нездорова? Вон как подурнела в последнее время.
– Знаешь, куда ты можешь сходить со своими советами?
– Куда? – Белла подалась вперёд, накручивая на палец с острым, длинным ноготком, прядь волос. – Куда меня хочет отослать наша маленькая невинная девочка? – сюсюкала она.
– В ад.
– Люциус, оставь нас, - неожиданно серьезно потребовала ведьма.
– Ты находишься в моём доме, – холодно напомнил тот. – Не смей отдавать мне приказы.
– Брось, Малфой. Ничто здесь больше тебе не принадлежит: ни дом, ни сын, ни жена. Если бы не я, у тебя уже и жизни-то бы не было.
– Ты, видимо, очень гордишься сейчас собой, Белла?
– Ты мне надоел. Убирайся! Мне нужно потолковать с нашей Принцессой Мракс.
Тяжело скрипнула дверь. Малфой удалился, оставляя женщин наедине.
София с опаской посматривала в сторону одной из самых опасных колдуний Великобритании. Мало было людей, кто, зная Беллатрикс Лейстрейндж, не боялся бы её. София не была исключением.
– Я могу тебя понять, – ухмыльнулась Белла. – Как девчонка – девочонку. Не поверишь, но было время, когда я тоже верила в любовь. Моей первой любовью стал… догадайся – кто?
– Темный Лорд? – рискнула предположить София.
Беллатрикс рассмеялась своим безумным смехом:
– Не угадала. Отец Драко. В то время моё тело было холодным. Зато сердце… о, сердце волновалось. Билось так, что до сих пор вспоминать об этом бывает сладко. И больно. Мы провели с красавчиком Люциусом много вечеров, но жениться он предпочел на моей сестре. Цисси, в отличие от меня, умела держать ноги вместе. Это, наверное, и стало определяющим фактором. Наш скользкий друг и тут, как всегда, оказался прав. У Нарциссы он за всю жизнь один-единственный. А я? Я – шлюха.
Белла уселась в кресло, закинула маленькие ножки на стол, и призвала к себе бутылку красного вина. Откупорив, не стала утруждать себя поисками бокала, а жадно глотала прямо из горла.
Не у неё ли Драко обучился этой отвратительной привычке?
Бордовая жидкость испачкала Белле губы:
– Да, теперь я шлюха. Безнравственная, горячая штучка. Но я ещё могу вспомнить, что чувствует девушка, теряющая свои иллюзии. Ты не волнуйся, девочка, потеря иллюзий для женщины – это своего рода создание крестража. Становишься только живучей.
Белла вертела бутылку в руках, задумчиво глядя в алую жидкость, так похожую на кровь:
– Темный Лорд любит вырывать сердце из груди и душу из тела. Это его наилюбимейшее занятие. Случайным людям в его жизни везёт – он их просто убивает. Врагов пытает. А для нас, для своего ближнего круга, он прибёрег самое изысканное развлечение…
– Вы пытаетесь мне сказать нечто особенное? – язвительно поинтересовалась София. – Или просто пьяны?