– Повелитель! – жалобно всхлипнула она.
– Довольно скулить, – резко оттолкнул её Тёмный Лорд. – Уйди прочь, женщина. Я не нуждаюсь ни в чьей поддержке.
С усилием Волдеморт поднялся на ноги, с трудом удерживая равновесие.
– Мальчишка, – прошелестел он, – мёртв? Ты! – указал он перстом на Нарциссу. - Проверь.
Нарцисса приблизилась к неподвижному телу Гарри и медленно, изящно склонилась над ним. Светлые косы упали, закрывая бледное лицо юноши, как покрывало. Или саван.
Какое-то мгновение София почти надеялась на чудо. Но… чудо не произошло.
– Мёртв, – объявила Нарцисса.
– Отойди в сторону. Я должен проверить сам. Круцио!
Тело Поттера подбросило в воздух, как тряпичную куклу. Ни одно живое существо не смогло бы неподвижно пережить это проклятие.
София опустила голову, понимая, что всё кончено.
– Теперь – всё Хогвартс! – приказал Волдеморт. – Продемонстрируем этим слабокам, что бывает с настоящими героями, да? – Волдеморт обернулся к Софии. – Принцесса Мракс, разве ты не рада моему триумфу? Ты так убиваешься по Мальчику-Который-Всё-Таки-В-Итоге-Сдох? Ай-ай-яй! Неподобающе ведёшь себя, девица. Твоему жениху это может не понравиться. Если он, конечно же, сам ещё жив.
– Убийца! Я ненавижу тебя! Ненавижу! Слышишь?!
– Уймись! – толкнула Софию в спину Белла. – Не зли его.
Над Запретным Лесом, над всем Хогвартсом вновь зазвучал магически усиленный голос Темного Лорда:
— Гарри Поттер мёртв. Мы принесли его тело, чтобы вы убедились в этом. Вы потеряли половину бойцов. Мои Пожиратели Смерти превосходят вас числом, а Мальчика-Который-Выжил больше нет. Воевать бессмысленно. Всякий, кто продолжит сопротивление, будет убит, и то же случится с членами его семьи. Выходите из замка, преклоните предо мной колени, и я пощажу вас. Ваши родители и дети, ваши братья и сёстры будут жить. Всё будет прощено. Мы вместе приступим к строительству нового мира.
- Н Е-Е-Е-Е-Т!!! услышала София истошный, звериный крик, для которого человеческое горло просто не приспособлено.
В руках одного из старшеклассников билась в истерике МакГоногалл.
Спокойная, гордая, самодостаточная МакГоногалл!
– Гарри! Гарри!!! НЕТ!!!
Взгляд Софии упал на Рона, поддерживающего рыдающую Гермиону. Гриффиндорка рыдала так, что казалось, она вот-вот задохнётся.
А Джинни Уизли не плакала. Не проронила не слезинки. Только глаза её сделались похожими на глаза профессора Снейпа: два бездонных, беспросветных колодца, где отпылало и отгорело всё, что способно гореть и пылать.
Люди глядели с ненавистью, но никто не отважился сделать шаг вперёд.
– Видите? – тягучим голосом говорил Волдеморт. – Вот она, ваша надежда, лежит у моих ног. Ваш Гарри Поттер мёртв. И плевать на все пророчества и сказки. Зло не наказано. Оно никогда не будет наказано. Если вы мне не подчинитесь, – здесь, сейчас! – вы умрёте. Ну? Кто готов принести себя в жертву вчерашней идее, а? – насмешливо развёл руками Темный Лорд.
– Я!
Отпихнув от себя Гермиону, Рон сделал шаг вперёд.
– Уизли! – оскалился Волдеморт. – Твоё семейство останется в истории. «Безумству храбрых поем мы славу?», – так, кажется, Антонин, писал ваш «Горький русский»? «Безумству храбрых - вот мудрость жизни», – палочка Волдеморта нацелилась в строну неподвижно стоявшего Уизли. – Вот он герой, готовый сдохнуть за обманувшую веру и попранную справедливость!
– Я готов умереть вместе с теми, кого люблю, – не дрогнувшим голосом сказал Рон.
Джинни встала рядом с братом и в звенящей, полной мрака, тишине, мелодичным колокольчиком прозвенел её голос:
– Мы готовы умереть за Гарри Поттера. Не за идею, не за веру – за человека, который любил нас. За человека, которого мы любим.
– Любил? Вас?.. А ты в этом уверена?
– Уверена.
Кто-то из собравшейся толпы ударил по Пожирателям Ступефаем, но Волдеморт ловко отбил удар.
Невиль рухнул на землю, рядом с телом Поттера, к ногам Волдеморта.
– Ну и кто же это тут у нас, а? – протянул Тёмный Лорд. – Кто ещё готов продемонстрировать на собственной шкуре, что бывает, когда пытаешься продолжать проигранную битву?
Беллатрикс залилась рваным, лающим смехом:
– Это Невиль Лонгботтом, мой лорд. Сын мракоборцев, помните?
– Припоминаю. Ты ведь чистой крови, храбрый мальчик?
Лонгботтом сжал в кулаки пустые руки:
– Да.
– В твоих жилах течёт благородная кровь. Иди ко мне, Невиль? – протянул раскрытую ладонь Волдеморт.
– Нет! –– Невиль расправил плечи. – Нет. Я умру с теми, с кем жил.