– Неплохо справлялся с «Ночным рыцарем», справится и с маггловской «Красоткой», – объяснил Долохов. – Софья, как думаешь, сможешь залечить парочку царапин?
– Раньше не приходилось. Честно говоря, незнаю.
Лицо у парня было рябое, какое-то перекошенное и мокрое.
– Я сам о нем позабочусь. Не тревожьтесь, – пророкотал Яксли.
Скабиор встал у входа, скрестив руки на груди и привалившись к притолоке плечом. Вид у него был откровенно мечтательный, будто мыслями он был не здесь. Зато взгляд цепкий и колючий.
– Как все прошло? – поинтересовался Рабастан.
– Гладко, как по маслу, – Долохов налил кружку воды и залпом осушил её. – Дементоры в одночасье растворились в воздухе. Клянусь Мерлином, я такого ни разу в жизни не видел! Они не улетели, не разошлись, а попросту исчезли! В Азкабане к такому оказались не готовы. Забегали, запрыгали, засуетились. Наше слаженное и спланированное нападение довершило дело.
Долохов засмеялся, обнажая ровные, но пожелтевшие от табака зубы.
– Уверен, когда они станут докладывать в Министерство о сегодняшнем инциденте, наши единицы превратится в непобедимые сотни!
Губы Скабиора тоже сложились в саркастичную улыбку.
– Так они там что? – приподнял брови Рабастан. – Даже и не защищались?
– Клянусь памятью матери, вчера в Хогвартсе опасности было больше. Эти идиоты слишком привыкли полагаться на несокрушимость дементоров и охранных заклятий. Том прав, власть сгнила, и теперь просто ждёт не дождётся, когда же явится кто-то достаточно смелый и дерзкий, чтобы взять её.
Глава 3
Малфои
– Идиоты, – констатировал Волдеморт, перешагнув порог рубки. – Вы все идиоты. Здесь очень тесно. Почему никому не пришло в голову применить расширяющие чары?
– Позволите, мой Лорд? – спросил следующий за Волдемортом высокий мужчина в тюремной робе.
– Конечно!
Небрежный взмах палочки и вокруг стало заметно просторней.
Не узнать во вновь прибывшем Люциуса Малфоя было невозможно – Драко был его точной, только более бледной копией.
Красота Малфоя-старшего ослепляла. От неё дух захватывало. И это в тюремной-то робе! Но даже и она не была способна испортить впечатление.
– Садитесь, – любезно разрешил Тёмный Лорд, – как любит говоривать мой друг Антонин: «В ногах правды нет».
Ледяной тон Темного Лорда противоречил показной любезности его слов. Однако Малфой-старший воспользовался разрешением и устало опустился на стул.
– Могу я поинтересоваться, спросить, как поживают мои жена и сын? – выдохнул Люциум хрипло, словно от постоянной влажности его голосовые связки заржавели.
– Все вопросы о вашей семье мы обсудим позже, в Малфой-мэноре. Вы уже в курсе, мой дорогой друг, что именно ваше родовое поместье я выбрал для своей резиденции и нового штаба Пожирателей? Нет? Ну что ж, теперь в курсе. Надеюсь, новость вас порадовала? Если нет, остерегайтесь высказывать мне неудовольствие. Я ещё не простил вам вашего прошлого промаха, Люциус.
Мужчина хотел что-то сказать, но Темный Лорд предостерегающе поднял руку:
– Знаю-знаю! – поморщился он почти брезгливо. – Тысячу раз уже слышал от Нарциссы и Снейпа: Поттер, мол, и те детки, они, якобы, одного возраста с Драко! Ох и ах!… Мне нужно было пророчество, Люциус. А что я получил? Разбитые осколки. Я неудовлетворен. Очень! Однако, поскольку Министерство уже наказало вас, позволю себе маленькую толику милосердия.
– Мой Лорд, – склонил голову Малфой-старший, – я всегда к вашим услугам. Мой дом – ваш дом.
– Хватит уже лицемерить, мой скользский друг, – устало махнул рукой Темный Лорд. – Кто бы только знал, как я устал от подобострастного лицимерного вранья? Искренность – вот воистину ценный подарок в жизни. Но ты не можешь расщедриться, мой скользкий друг. Ты не знаком с понятием искренности. Увы! Тебе это так же неведомо, как мне не понять смысла милосердия и прощения.
На бледных скулах Люциуса Малфоя загорелись яркие пятна:
– Вы накажете меня, мой лорд?
– Я уже посчитался с тобой, – неприятно засмеялся Хозяин. - Грейбэку наш сладкий Драко очень понравился! Такой белокурый, нежный… голубок.
София оцепенела от ужаса. Она, наверное, ослышалась? Что-то не так поняла?
Малфой-старший не отрываясь смотрел в глаза Волдеморту. Возможно надеясь на то, что Темный Лорд попросту играет с ним или что он тоже что-то не так понял.
– Вы, должно быть шутите, милорд?
Жестокая улыбка продолжала играть на губах Волдеморта, в глазах горело злое алое пламя.
– У меня спецефичное чувство юмора, Люциус. Будь я в себе меньше уверен, мог бы даже подумать, что мои шутки не смешные.