— Ничуточки не похоже на Грима, — заявила она, уперев руки в бока. — Скорее даже — овца или корова.
Трелони недовольно на нее посмотрела.
— Прости меня, дорогая, но, как мне кажется, прорицания тебе изучать будет очень тяжело — твоя аура очень слаба и вряд ли ты сможешь достаточно хорошо воспринимать будущее. Итак, можете собрать свои вещи — на этом наш сегодняшний урок окончен. И, да, мистеру Малфою присуждаю пятнадцать баллов за отличную работу на уроке — вы явно стараетесь, дорогой мой. Все свободны.
Выйти из душного кабинета Трелони в коридор башни было равносильно неожиданной свободе после долгого заключения без права на глоток свежего воздуха. Малфой, успевший перед уходом еще раз заглянуть в предполагаемую чашку Гарри, находился в глубокой задумчивости и, поэтому совершенно не отреагировал на то, что Рон его потянул в сторону кабинета нумерологии.
В отличие от Трелони, Вектор не только не отпустила учеников до звона колокола, означавшего конец занятий, но и даже задержала. Поэтому вышедшие из ее кабинета студенты с не меньшим рвением, чем пребывавшие на прорицаниях, старались убраться подальше. Последними вышли Гарри Поттер, Теодор Нотт и, как ни странно Гермиона Грэйнджер.
— Как она раньше нас-то успела? — удивился Рон. — Да и что ей тут делать?
— Не знаю, — меланхолично ответил Драко, мыслями продолжая пребывать в своих неведомых далях.
— Хотя да, Грэйнджер ведь, по-моему, записывалась на нумерологию… за заданием, наверное, зашла.
Впрочем, говорить о Теодоре Нотте, как о самостоятельно вышедшем из кабинета было некоторым преувеличением. Глупо улыбаясь и бездумно уставившись круглыми от удивления глазами куда-то в стену, он плелся вместе с ведущими его под руки Гарри и Гермионой, периодически повторяя одно и то же:
— Я же не зря сюда записался, верно? Вот хоть баллов для факультета заработали…
— Что это с ним? — спросил Уизли.
— Так, перенервничал слегка, — отмахнулся Поттер. — Сейчас в Больничное Крыло отведем, ладно?
— Да мы не против… а все-таки, что это с ним?
— Теодор, видимо, летом тренировался… в вычислениях, — поморщилась Гермиона, — и на уроке решил доказать, что он самый умный. Ну и… не вышло.
— М-да, бывает, — протянул Драко. — А у нас на прорицаниях тоже весело было — гадали на чаинках.
— И как? Много нагадали? — фыркнул Гарольд, останавливаясь у пустующего лестничной площадки, ожидая, пока придет лестница, которая должна была доставить их на этаж, где располагалось больничное Крыло.
— Предостаточно. У Уизли, например, в ближайшем будущем ожидается безответная любовь.
— Ага, очень смешно, — пробурчал покрасневший Рон.
— А еще полезная находка, которой он должен будет поделиться со своими друзьями, — продолжал Малфой-младший.
— И мелкие неприятности.
— А у твоего брата, Поттер, будут неприятности покрупнее. И еще вас с ним ждут очень большие гадости.
— Стоп, в каком это смысле? Что значит «нас с ним»? Вы как умудрились погадать на меня, если я весь урок на нумерологии просидел, и меня с вами не было?
— Да так, есть способы…
— Ага, способ есть, — поддакнул Рональд. — Причем этим самым способом Малфой с Трелони нашли в чашке твоего брата изображение Грима. А это, между прочим, прямое предзнаменование смерти.
— Глупости, — заявила Гермиона. — Я уверена, что от него еще никто не умирал.
— Волшебники, увидевшие Грима, умирали от страха, — не согласился с ней Драко.
— Мерлин, вот именно что от страха! Сам Грим в этом ничуть не виноват! Говорю же, все это глупости!
— А еще я видел Грима в чашке Гарри! — рявкнул Малфой-младший.
Все пятеро замерли, не обратив внимания на то, что лестница давно уже их ждет.
— И что? — наконец произнес Поттер. — Мало ли что ты в заварке чайной углядел… мне что, сейчас броситься в башни вниз от ужаса? На Грима, например, очень похож Сириус Блэк в своей анимагической форме — я это по личному опыту знаю. В детстве, помниться, постоянно его пугался…
— Ты же знаешь, что я могу иногда предвидеть события, — нахмурился Драко.
— Действительно? — Гермиона насмешливо приподняла брови.
Рон цыкнул на нее.
— Я этого и не отрицаю. Но одно дело, когда ты сам предсказываешь определенные события, и совсем другое, когда ты ковыряешься в заварке… Сдались тебе эти чаинки, Малфой? Ты же самолично не видел, как мой хладный и бездыханный труп валяется у входа в Хогвартс?
— Гарри, не смешно! — одернула его девочка.