Ответил ему Люпин только после того, как они выбрались из тоннеля под ивой и, заблокировав ее, отошли на безопасное расстояние.
— Да, именно так и есть. К «Поцелую дементора» приговариваются самые опасные преступники Магического Сообщества, — помолчав, он добавил: — В том числе, и сбежавшие Беллатрис и Рудольфус Лестранжи. Приговор о приведении в исполнение этой меры наказания должны были вынести еще три года назад, и он вроде даже был утвержден, только вот на деле никто к ним «Поцелуя» так и не применил.
Слизеринцы молча переглянулись. Они догадывались, почему и благодаря кому именно этот приговор так и не привели в исполнение. Сила денег и шантажа в Магическом Мире была не менее сильна, чем у магглов.
— Все это я говорю не к тому, что одобряю методы Министерства и использование дементоров, как стражей заключенных. Оказаться в Азкабане — ад для любого, и многим из заключенных там магов не пожелаешь даже и такого. Куда милосерднее было бы другое решение Визенгамота. Я только хочу сказать, чтобы вы были очень осторожны. Опасность существует для каждого, но для вас она особенно серьезна. В конце концов, вы не единожды помешали Темному Лорду возродиться. И мне кажется, вы оба это отлично понимаете. Недаром твоим боггартом стала именно Беллатрис Лестранж, не так ли, Драко?
Малфой-младший покраснел и что-то пробормотал.
— Она ведь была у вас этим летом? — спросил Люпин. — Я прав?
Тот только кивнул в ответ.
— Это многое объясняет. И подтверждает мои слова. Беллатрис Лестранж могла сбежать из Азкабана только с одной целью — присоединиться к своему Хозяину и помочь ему вернуть себе всю власть. И устроить для нее благоприятную для побега ситуацию мог только один человек…
— Отец не виноват, — шмыгнул носом Драко. — Он в первую очередь о семье заботится и старается выкрутиться из любой ситуации, выгородив нас с мамой. Не будь у него на это причин, он бы не стал ввязываться во всю эту затею.
— Я понимаю, — некоторое время помолчав, произнес Ремус. — Что ж, мы почти пришли. Когда решите возвращаться обратно в замок, попросите Хагрида вас проводить — мне так спокойнее будет.
А впереди виднелась хижина лесничего, окна которой, несмотря на ранний час, уже освещались теплым огнем горящего в полную силу камина.
Глава 9. Кресты, соколы и сундуки
Хагрид своих нежданных гостей принял без особой радости, для порядку даже продержав их некоторое время на улице и помучив расспросами.
— И что, вы, эта, сами, что ли сюда шли? Без сопровождающих? А у вас головы-то на плечах есть? Мантикора с ними, с преступниками-то сбежавшими, а дементоры?
— Нас Ремус проводил, — пританцовывая на месте от холода, сказал Гарри.
— А чего ему в замке не сиделось? Еще и вас с собой потащил… пусть по полнолуниям гуляет.
— Хагрид, ты чего, а? — изумился Драко. — Что-то случилось?
— …И хорошо, что ты, Гарри, перестал по Лесу шататься — тоже не дело это. Профессору Люпину-то хоть по надобности там приходится бывать, а ты вполне можешь и в замке оставаться.
— Так, Хагрид, ты нас может, все-таки пустишь, а отчитывать потом уже будешь? На улице не очень-то жарко, к твоему сведению.
— А кто это там пришел? — раздался голос из хижины, и парой секунд позже в приоткрытую за Хагридом дверь просунулась рыжая макушка.
— Вот и вы, — хмыкнул Рон. — Я их ищу-ищу, а они, оказывается, по территории прогуливаются. Тут, между прочим, еще Грэйнджер сидит, так что давайте пока обойдемся без обсуждения особо секретной информации. Но это так — на всякий случай предупреждаю.
— Ну вот, теперь и за вас ответ держать, — тяжело вздохнул полувеликан, пропуская продрогших слизеринцев внутрь.
Поближе к камину и подальше от развалившегося на подушках Клювокрыла сидела Гермиона с хагридовой циклопических размеров чайной чашкой в руках. Увидев вошедших Гарри и Драко, она заулыбалась и махнула им рукой, приглашая усаживаться рядом. Малфой из принципа сел вместе с Роном, пусть и ближе к подозрительно на него поглядывающему гиппогрифу. Пребывавший не в лучшем настроении Хагрид бухнул на плиту чайник.
— Ну, чего пришли? — спросил он.
— То есть как «чего»? Просто в гости заглянули, — пожал плечами Поттер, садясь рядом с Гермионой. — А что случилось?
— Назначена дата слушания по делу Клювокрыла, — шепотом сообщила ему девочка.
Он так и замер с приоткрытым ртом.
— Вот оно что… ясно.
На него недоуменно глянул Драко, явно собиравшийся спросить, что же такое прояснил для себя Гарри, но смолчал, получив под столом пинок от Рона, по-видимому, решившего в пол голоса просветить своего товарища относительно происходящего.