— Ну и что?
— А то, что Сорвин, во-первых, сделал самый первый и самый крупный вклад, а, во-вторых, тогдашнее правительство поставило гоблинам условие: одним из совладельцев банка, имеющий равную долю и права с остальными, обязательно должен быть представитель Министерства.
— После восстания гоблинов маги держали ухо востро и хотели держать под контролем все их дела, — пожал плечами Поттер в ответ на удивленный хмык Малфоя-младшего.
— Только Сорвин представителем Министерства Магии пробыл недолго. Они там что-то с Министром не поделили, и он оттуда ушел. Гоблины, естественно, только рады были, — продолжил Уизли.
— Интересно, что же они его оставили совладельцем Гринготтса?
— Да видимо нашел, чем их прельстить.
— Дамблдор говорил, что Сорвин один из «Знающих», а таких магов во все времена очень и очень уважали отнюдь не только за титул. Не удивительно, что в Министерстве Магии предпочли этот инцидент замять, и даже вроде как пытались его вернуть обратно. Ну и конечно, как только представилась такая возможность, гоблины в него мертвой хваткой вцепились.
— М-да, интересно выходит.… А Сорвин очень хорошо устроился: сидит себе, книжками раритетными приторговывает, а у самого огромные деньги на счет капают. Так вот что имел в виду отец, когда в прошлом году они с Сорвиным поругались…
Коридор постоянно петлял, то поворачивая едва чуть ли не на сто восемьдесят градусов, то ведя прямо. Ребята уже давно престали пытаться определить направление, в котором идут, и предпочитали отшучиваться. Идти пришлось долго, а в подземном ходе становилось все холоднее, так что мальчики были вынуждены ускорить шаг, чтобы отогреть замерзающие ноги. Но вскоре показались вырубленные в земле ступени, снова незаметно перешедшие в камень. Поднявшись по лестнице, мальчики уткнулись в каменную стену, открывать которую пришлось при помощи тех же отпирающих чар.
Вернулись в замок Рон, Гарри и Драко только поздно вечером. Сначала Малфой чуть ли не с час бродил по Сладкому Королевству, набирая себе не иначе годовой запас вкусностей. Потом Рон застрял в Зонко, из принципа решившийся поспорить с продавцом по поводу какого-то вредноскопа. Затем оба они, оставив мерзнуть на улице с кучей покупок Гарри Поттера, оправились в филиал магазина «Все для Квиддича», откуда все тому же Поттеру, чуть ли не с боем, пришлось их выволакивать. И на «бис» все трое зашли в книжный. Бедным детям, около полу года не ходившим по магазинам, случайная вылазка в Хогсмид показалась манной небесной, так что и отовариться они решили по полной программе. Карта Мародеров — это конечно очень хорошо, но ребятки они очень заметные, и если слишком часто будут из замка куда-нибудь прогуливаться, Снейп может заподозрить неладное. К тому же, и в самом Хогсмиде их легко могли узнать. Это только в этот раз погодные условия помогли — все предпочитали отсиживаться по барам и магазинам и носу не высовывать на улицу в метель.
В виду того, что почти все ученики на каникулы уехали по домам, Рождество встречали тихо и мирно. Только и всего, что гардину в гостиной Слизерина уронили и разнесли пол мальчишеской спальни. Но, учитывая, что все это вытворил Флинт, спрос был с него. Сами же ребята в компании Гермионы, специально оставшейся на каникулы в замке, были заняты подготовкой речи в защиту Клювокрыла для Хагрида. Однако, несмотря на то, что книг с отчетами о судах над различными опасными магическими существами было предостаточно, найти похожие случаи, да еще и окончившиеся освобождением существа, было если не невозможно, то очень и очень трудно. К тому же, троих Слизеринцев постоянно сгонял на поле Флинт, окончательно остервеневший в преддверие игр Слизерина, которому достались оба матча во второго семестра. Он клялся и божился всем, чем можно, что в этом году Кубок будет именно за ними, и финальная битва будет именно между Слизерином и Гриффиндором.
Первый матч, сразиться в котором предстояло с Пуффендуем, был назначен на конец января. В принципе, пуффендуйцы настроены были достаточно пессимистично, отлично зная, что Слизерин их обойдет по очкам с разгромным счетом. Надежда была только на ловца — Седрика Диггори, которого даже Джереми Поттер с высоты своего квиддичного опыта считал если уж не достойным соперником, то хотя бы приличным игроком. Слизеринцы это отлично знали и чуть ли не всем факультетом нудили Малфою-младшему, чтобы тот усерднее работал на тренировках. Тот все это стоически терпел.
На матч как обычно собралась вся школа, хотя особо зрелищной игры никто не ждал. Команды разошлись по раздевалкам, морально готовясь одна — к поражению, а другая — к легкой победе.