— Нет, все-таки идиоты мы, — помотал головой Монтегю, — сами себе такую ямищу вырыли с чертовыми гриффиндорцами, будь они неладны! Вообще не надо было связываться с этими уродами… так ведь нет. И теперь так круто пролетели… Черт с ним, с квиддичем, главное, что и перед экзаменами дополнительных занятий по чарам не будет, а у нас пол курса весь год на уроках ничего не делали. Как сдавать будем — уму не постижимо. Все, ждать Флинту разборок — в такой дряни по уши из-за него увязли.
— Ну, знаешь, тогда не только ему, — заметил примолкший на время Малфой. — Катрин, Дерек, да и все остальные не меньше виноваты — практически весь факультет, считай, участвовал если уж не в реализации этих пакостей, то в придумке точно. Все-таки надо же было остановить, когда эта вся компания задумала…
— Дети что ли малые — останавливать? — поднял брови Монтегю. — К семнадцати годам уже пора бы соображать научиться! И своей головой надо думать о том, к чему твои действия приведут! Ну, а эти трое как всегда — сами с усами и всех в мире умней. Да еще и вас, мелких, к своим разборкам приплели…. Не понимаю я их все-таки.
Одной только этой фразой он обозначил свое отношение к сложившейся ситуации: хоть он заодно с Флинтом, и чего бы тот не болтал про его лояльность своим идеям, к радости совсем уж взгрустнувшего Поттера, причины мешать планам своих однокурсников, мечтающих в последствии присоединиться к Темному лорду, у Монтегю были свои.
— Так, короче говоря, все совсем не хорошо вышло, — подытожила Энни, — но Слизерин умет делать хорошую мину при плохой игре!
С этими словами она встала из-за стола и, натянув на лицо самую радостную из возможных улыбок, подошла к Роджеру Дэвису, что-то обсуждавшему со своими друзьями.
— Родж, я вас поздравляю! Наконец-то вы вышли в финал! Нам уже не терпится увидеть Кубок в ваших руках! — громко произнесла она.
Как бы Энни не пыталась, въевшиеся в голос язвительно-ироничные нотки заглушить не удалось. Фраза прозвучала несколько двойственно, и дело спасла только правдоподобно-радостная (с виду) улыбка девушки, мгновенно подкупившая Дэвиса.
— Спасибо, постараемся показать хорошую игру, хотя, если честно, времени на тренировки почти не остается… — сказал тот.
— Показушница, — вздохнул Рон, провожая взглядом выходившую из Большого Зала в компании с Роджером Энни.
— Блэйз, а ты вот говорила, что вместе с Катрин куда-то ходила, — вдруг начал Гарольд. — Вы с ней, выходит, дружите?
— Ну, примерно как ты с Флинтом, — беззаботно ответила Забини и тут же добавила, понизив голос: — Во всех смыслах.
— То есть ты в курсе того, что тут затевается? — напрямую спросил он.
— Еще с самого начала учебного года, — скромно сообщила она.
— Это вы о чем? — насторожился Рон.
— Ой, ребята, а может в гостиную пойдем, а? — забеспокоилась Блэйз. — Тут столько народу лишнего… ушей больно много.
— У меня вообще такое ощущение складывается, что все и так все знают… — прищурился Гарри.
— Что все знают? — к игре в вопросы подключился и Малфой-младший.
— Ничего не все! Только шестые и седьмые курсы.
— И еще мы, — поправил девочку Поттер.
— И мы, — согласилась она. — Так идем? Народ тут еще минут на двадцать застрянет — как раз успеем все обсудить…
У входа в Большой Зал четверо слизеринцев столкнулись с Перси Уизли, с надменной улыбкой на лице (что уже для него было несвойственно) что-то объяснявшего сокурсникам. Своего младшего брата и его друзей он удостоил царственного кивка, не прекращая, тем не менее, втирать семикурсникам-гриффиндорцам какую-то стратегически важную информацию, от которой лица у тех вытягивались от обиды с каждой секундой все сильнее.
— Вы сами во всем виноваты! — вещал Перси. — Профессор МакГонагалл была полностью права! Не нужно было отвечать на подначки слизеринцев! Но, конечно же, не утерпели, а я ведь говорил, что ни к чему хорошему это ни приведет! И кто в результате оказался прав? Из-за кого в итоге Гриффиндор сдал по всем статьям в сравнении с остальными факультетами? Вы хоть знаете, что со Слизерина, в отличие от нас, не сняли и сотни баллов? Просто они, несмотря ни на что, продолжали думать головой и не стали подставлять собственный факультет в глазах всей школы! Кто бы еще, если бы не гриффиндорцы додумал в стенах Хогвартса использовать «Круг Тишины», а? Я, конечно, понимаю, что в драке (нет, это не драка была, это — свара!) участвовал Джереми Поттер — в башке еще ветер свистит, от свалившейся на голову свободы не очнулся, но вы-то! Вы-то ведь взрослые люди! И я теперь обязан…