Первые тревожные звоночки, мелкие и колючие предупреждения о том, что пора бы свою общественную жизнь сворачивать и вернуться к гордому одиночеству, так хорошо знакомому и привычному с детства, были в прошлом году, когда сначала заерепенился обиженный Малфой, а потом и Рон попал под действие чар василиска. В довершение всего Джинни по указке Риддла привела Гермиону в Тайную Комнату… Да, тогда еще можно было гордо встать в позу, махнуть рукой и, презрительно скривившись, положиться на свою истинную натуру: «Разбирайтесь во всем сами, а я тут совершенно не при чем». Но все равно не вышло, и главный постулат всего Слизерина «в первую очередь заботься только о себе» был благополучно забыт и отослан куда подальше. А Поттер, не имея никакого предварительного плана, полез в Тайную Комнату, прихватив с собой еще и Малфоя — за компанию, чтобы не было скучно. И, что самое главное, наперерез самому себе, успевшему внутри не то, что обрести внутренний голос, а аж целых два: один медленно и нудно давил тем, что надо рвать когти и плевать на весь мир, а второй криком исходился, что Гермиону все равно надо спасать, а дальше то же самое — «после нас хоть потоп». Ну и получил, соответственно, хороший щелчок по носу, и еще один с небольшим перерывом от Дамблдора. А как еще прикажете воспринимать то, что этот престарелый маг наконец-то собрался с мыслями и вывалил на Гарри буквально ушат таких отборных… новостей, что отчетливо захотелось посоветовать ему обратиться в Святого Мунго?
И что же можно было сделать теперь? После того, как он весь год упорно делал вид, что воспринимает Гермиону Грэйнджер исключительно как однокурсницу и соседку по парте, а в перерывах тешил свое самолюбие тем, что скандалил с Флинтом и обижался на весь мир и на своих друзей, от которых неожиданно больно и неприятно стало принимать такие маленькие недомолвки. Что самое удивительное, обижаться было на что. А на данный момент? Чем могут помочь морально-психологические страдания и чувство вины? Надо и что-то полезное сделать. Помимо того, конечно, что Гарри Поттеру, лицом к лицу стоявшему с Беллатрис Лестранж, ничего не остается, как пытаться держать себя в руках и хотя бы относительно взвешивать свои действия, лихорадочно представляя, к чему они могут привести, дабы не подставить их с Гермионой под удар.
— Воспитанный, терпеливый и умненький мальчик, — с издевательским сюсюканьем протянула Беллатрис. — Ты, наверное, очень хочешь узнать, где же находится твой гадкий братец, из-за которого пришлось подвергнуть опасности свою подружку, верно? Питтегрю, девчонку ко мне, живо! — она указала место на диване рядом с собой.
Из-за спины Поттера, задев его плечо, юркнул вперед щуплый коротышка с жидкими бесцветными волосами едва ли не ниже ростом их с Гермионой. Следом за собой он буквально тащил за руку мертвенно-бледную от страха гриффиндорку.
— Вот она, госпожа Беллатрис, — подобострастно произнес Питер Питтегрю, четвертый из славной компании Мародеров, вопреки мнению общественности вовсе не погибший геройской смертью двенадцать лет назад.
— Палочку девчонки, — он мгновенно вложил в протянутую руку Лестранж волшебную палочку Гермионы. — Так-так… чего же мне ожидать от тебя? — женщина совершенно спокойно прокрутила в руках палочку и, добившись от нее дождя разноцветных искр, с презрительным хмыком вернула ее Питтегрю. — Олливандер. Увы, ничего особенного. Старик слишком привык работать на потоковое производство палочек. От него трудно добиться чего-то оригинального…. Ах да, какая я невежливая хозяйка! До сих пор не предложила нашему почетному гостю и его даме присесть! Не хочешь ли сесть вон на тот стул? Правда, я не ручаюсь за его крепость…
— Спасибо, я лучше постою, — процедил Гарольд.
У Гермионы такой свободы выбора не было. Беллатрис без лишних разговоров дернула ее за руку к себе, и девочке пришлось сесть рядом с ней. Палочка Беллы мгновенно уперлась ей в спину, вынуждая сидеть неестественно прямо.
— Вот оно, истинное воспитание! — насмешливо поглядывая на него, продолжала разглагольствовать Лестранж. — А чего же требовать от этой глупой грязнокровки с заурядной палочкой? Из них очень редко выходит толк… Так я что-то отвлеклась. Тебе, наверное, очень хочется узнать, Гарри, какой же хитростью тебя заманили сюда? О! Все очень и очень просто! Accio, Карта Мародеров.