Слушая У Ба Ну, Нилима беспрестанно смеется. Ни разу она не сказала ему ни «да», ни «нет». Она вовсе и не считает нужным отвечать на его вопросы. Она будто бы просто слушает занятную пластинку, извлекая из этого удовольствие. Вот захочет, и вовсе остановит ее! А слушать У Ба Ну ей очень приятно. Ему, наверно, кажется, что сейчас она вместе с ним разыгрывает выдуманную им пьесу на воображаемой сцене. Ну и пусть так думает! На самом же деле она сидит далеко от него, совсем одна в пустом зале, и смотрит забавный спектакль. Пусть играет, она будет с удовольствием слушать его и по временам даже замирать от восторга, но только как беспристрастный ценитель его искусства…
Над Парижем спускается вечер. Долгая прогулка утомила их. У Ба Ну предлагает опять пойти в театр. Нилима отказывается. Она знает, что у него совсем мало денег. Да и не хочется ей в театр. То зрелище, которым она забавляется весь этот день, куда занимательней театрального. Конечно, ей самой кажется жестоким подобное равнодушие. Ей даже жаль У Ба Ну. Но она не может переломить себя. Да и не хочет…
Они возвращаются в отель. Велев У Ба Ну подняться в номер, она задерживается у конторки портье, чтобы отправить телеграмму Харбансу с просьбой выслать ей билет на самолет и десять фунтов стерлингов. Не желая проводить ночь в одной комнате с У Ба Ну, она заказывает для себя отдельный номер. Завтра, как только придут деньги, она улетит первым же самолетом.
У Ба Ну не хочет идти спать — ведь могут же они опять провести ночь в беседе! Он должен многое рассказать ей о своей жизни. Но Нилима больше не желает его слушать. Ей нет нужды знать об этом человеке больше, чем знает она теперь. Он нравится ей лишь в таком виде — простодушный, глупый, совсем ручной. За ужином она непрестанно шутит с ним. Перед сном У Ба Ну заходит к ней в номер. Он должен знать определенно: останется ли она навсегда с ним в Париже? Но, не давая никакого ответа, Нилима откровенно забавляется его речами. Пусть он ничего не знает и о телеграмме. Она пока еще продолжает развлекаться и наслаждаться свободой. У Ба Ну говорит, что не уйдет, пока не получит окончательный ответ.
— Нет, нет, — со смехом возражает она. — Сейчас ты иди и ложись спать. Я все скажу завтра утром.
У Ба Ну, окинув ее откровенно чувственным взглядом, смиряется и уходит.
Наступает утро. Нилима знает, что телеграмма от Харбанса может прийти только после полудня, но уже сейчас сгорает от нетерпения. У Ба Ну без конца требует ответа. Она опять играет с ним, то отталкивая от себя, то приманивая лаской.
— Нет, нет, — со смехом говорит она, — я должна еще подумать.
У Ба Ну не находит себе места от волнения. Снова и снова рисует он перед ней радужные планы будущей совместной жизни… Она охотно слушает его, но от прямого ответа уклоняется. А в душе ее нет-нет да и промелькнет сомнение — вдруг от Харбанса вообще не придет никакого ответа?..
Все утро они не выходят из отеля. После полудня приносят телеграмму от Харбанса. В ней перевод на три фунта стерлингов и просьба поскорей вернуться в Лондон. Нилима рада — значит, Харбанс зовет ее к себе, хочет, чтобы она осталась с ним. Но в то же время она огорчена: почему же он выслал так мало денег? И где билет на самолет?
Вот и настал решающий момент. Как же быть?
У Ба Ну совершенно сбит с толку. Он сидит в растерянности над своим раскрытым чемоданом. Нилиме жаль бирманца. Да и хватит ли у него денег, чтобы уплатить за номер? Ведь ему нужно еще купить билет до Лондона… Наконец, сняв с руки один из своих браслетов, она протягивает его У Ба Ну — пусть пойдет к ювелиру и продаст. «Нам же нужны деньги», — с нарочитой озабоченностью объясняет она. Но У Ба Ну прежде хочет знать, что она решила. «Вот придешь, я все тебе и скажу!» — обещает она с улыбкой. Но в глубине души она и сама без конца задает себе тот же вопрос: хочет ли она снова вернуться к жизни, от которой два дня назад решила навсегда уйти?
Опять У Ба Ну представляется ей взрослым ребенком. Она гладит его по голове и утешает:
— Не беспокойся, к тому времени, как ты вернешься, я уже все-все буду точно знать. Ведь так или иначе, на чем бы мы ни порешили, за отель платить надо, правда же?
У Ба Ну нехотя поднимается со стула, о чем-то задумывается, потом вдруг решительно берет браслет и уходит. Нилима поспешно собирает свой чемодан. При этом, ей кажется, она подчиняется не собственной воле, а какой-то, посторонней силе. Уложив вещи, она оплачивает счет за свой номер и поспешно покидает отель. На улице ею вновь овладевает то же восторженное, радостное ощущение свободы, которым она жила эти два дня. Но чья-то властная рука ведет ее вперед… За полцены продает она и второй свой браслет, получив за него меньше, чем стоит само золото. И затем — аэропорт…