— Я Вудс, — хищно улыбался Майкл этой девушке.
— Красивое имя, — усмехнулась она в ответ.
— Вообще-то это фамилия.
— Поэтому его будущая жена оставит девичью, — пробормотала я тихо.
Допив мохито, я потащила первого попавшего парня на танцпол. Мы танцевали, и музыка гремела в ушах. Я смеялась и качала бедрами в такт. Парень, который танцевал со мной, положил руки на мои бедра, а когда опустил их ниже спины, я засмеялась, откидывая голову. Боковым зрением я заметила, что Майкл наблюдает за каждым моим движением, и девушка, стоящая рядом с ним, явно это заметила. Я поспешила к ним с улыбкой на лице, при том, что мое тело было натянуто, как струна.
— Привет, — поцеловала я его в губы. — Я его будущая жена. Он никогда не может держать себя в руках.
Девушка была удивлена, а Майкл явно хотел рассмеяться. Но все же он лишь сильнее прижал меня к себе и перевел снова взгляд на девушку.
— Завтра утром у нас свадьба, но благодаря способности этой женщины откладывать все на последний момент, она только что ездила покупать свадебное платье.
— Я скоро сопьюсь, если и дальше буду в таком ожидании свадьбы, — расслабилась я, увлекаясь этим спектаклем.
— И у вас всегда такие отношения? — девушка была явно в замешательстве.
— Милая, — обратился ко мне Майкл. — Женский алкоголизм — это опасно.
— Я выхожу за тебя замуж, — откинула я волосы назад. — Я не из тех женщин, которых можно запугать какими-то трудностями. Но, — снова посмотрела я на девушку, — сегодня вы можете еще попробовать этот лакомый кусочек. Так сказать, последний раз.
— Нет уж, — посмотрела она на нас, как на сумасшедших, прежде чем уйти. — Я не ем сладкое после шести.
Когда она ушла, мы оба рассмеялись, и Майкл наклонился, чтобы поцеловать меня. В нем не было страсти, а только нежность и забота. Я не думала, что когда-нибудь буду наслаждать общением с мужчиной, пока не встретила Вудса.
— И что ты понял, и чему научился, общаясь с женщиной, которая была совершенно не твоего типа?
— Ну первое, что я понял, так это то, что ученик из меня не очень.
Когда мы пришли домой, все уже спали, и я лишь укрыла их одеялами и, снова покормив Эстель, отправилась в ванную. Майкл вошел как раз в тот момент, когда я надела шортики и шелковый топ для сна. В его руках был ноутбук и коробочка. Он улыбался, и я наблюдала за тем, что он задумал.
— Пошли со мной, — подал он мне руку.
— Эстель...
— Она уснула, — направились мы на выход, а затем в летнюю веранду во дворе.
Никогда прежде я тут не была, и прежде, чем войти, стала рассматривать. Широкие доски крыльца были выкрашены в тот же темно-зеленый цвет, что и главный дом. Возле, стояли разные деревья, которым было не более трех лет. Но тут не было никаких фонарей, висящих на стенах, голов оленей или декоративных дверных молотков. Веранда скорее была похожа на отдельный маленьких домик, который выглядел, как убежище для владельца. Мне с трудом верилось, что в этом месте и главном доме обитает один и тот же человек.
Майкл открыл ноутбук и включил медленную песню, приглашая меня на танец. Я засмеялась, и он прижал меня к себе, двигаясь под музыку.
— Не знаю, что выпустили сегодня в воздух, но я начал смотреть немного по-другому на наши с тобой отношения и обратил внимание не только на свое отражение.
— Сегодня утром я нашла в верхнем ящике порножурналы, — перевела я тему, все еще улыбаясь.
— Я не смотрю порножурналы, Эс.
— Знаю. Они мои. И я просто говорю тебе об этом, чтобы ты позавидовал.
— Боже, — покружил он меня. — Ты чокнутая.
Этой ночью мы снова занимались сексом. Да, именно сексом. С Майклом мы занимались любовью единожды, и исход этого — дочь. Говорят, от большой любви рождаются красивые дети, и я знаю, что моя дочь будет очень красивой, но большой любви у нас с Майклом так и нет. Я люблю его, но скорее умру, чем признаюсь. А я дорога этому мужчине, но его иллюзия любви ко мне раздражает. Майкл Вудс сердцеед. Но не такой, как Адам. Адам готов был остепениться, и сделал это, как только встретил Донну. Майкл же никогда не сможет довольствоваться одной женщиной, а я не буду с мужчиной и еще другими запахами. Я слишком сильно себя уважаю. Сегодня я в очередной раз убедилась, какой он хороший актер, и насколько у нас разное понимание «семьи».
Ночью я проснулась, чтобы переодеть и покормить Эстель, и на мгновение взглянула на Майкла. Он был так молод во сне, и мне все время хотелось к нему прикасаться. Его телефон, лежащий на тумбе, издал сигнал смс, и я действительно ненавидела это, но все же взглянула на экран, прочитав имя «Хилари». Мне больше не нужно было никаких доказательств. Я устала от этого и хотела, чтобы все было, как раньше.