Все смотрели с удивлением и изумлением, и я видела, что Ева была не в своей тарелке. Да. Обычно так и бывает. Ты можешь уходить от отношений, и встречать моральных уродов без чувства юмора и мозга. И все они будут без ума от тебя, считая центром своего мировоззрения. Но как только нам встречается что-нибудь стоящее, оказывается, что у него уже вся жизнь за плечами, и в лучшем случае, просто ребенок от другой. Потому что гораздо хуже быть влюбленным в Эмили Прайсон.
— Я знала об этом, — прошептала Эм. — Просто думала, что, если это игнорировать, все пройдет.
— Так вот оно никуда не ушло, — открыла холодильник Эбс. — Боже, я поправилась на 5 фунтов за 2 недели. Если так и дальше пойдет, я рожу головореза.
— Как ты? — спросила Ева, явно скрывая свои эмоции.
— Я одинокая тридцатилетняя женщина, которая беременна, и не знает, что чувствует. С одной стороны, я не желаю своему ребенку такого детства, как у меня с братом, но с другой — я перестану быть одинокой.
— Ты не одинока, Эбс, — вмешалась Долорес.
— Одинока. Все мы одиноки, пока у нас не будет ребенка или хотя бы мужа. Как бы вы не любили меня, вы не будете ждать после тяжелого рабочего дня. И как бы я не любила вас и не хотела вашего счастья, ваша улыбка по-настоящему не сделает мой день.
— Эстель — лучшее что случилось со мной, — наконец заговорила я, сглотнув ком в горле. — И я люблю ее так сильно. Но все вы знаете о Джейсе, — избегала я смотреть Долорес в глаза. — Он убил нескольких ветеранов и угрожал моей дочери, если я и дальше буду лезть в это дело, — подняла я наконец глаза, останавливаясь на каждой подруге на мгновение. — А я буду в него лезть, так что хочу, чтобы вы уехали. Уехали вместе со своими животами и мужьями, забирая моего ребенка подальше отсюда, пока все это не закончится.
— Я не дам убить его тебе, — сказала Долорес ледяным голосом. — Я не дам тебе этого сделать.
— Долорес, он погубил множество жизней, — в непонимании смотрела на подругу Донна. — Ты ведь понимаешь это.
— Мне плевать. Все могут исправиться, и я помогу ему это сделать.
Я не стала ей говорить, что жажду убийства невозможно искоренить. В конце концов, ей и так слишком больно.
— Чего ты хочешь, Эс? — спросила Эмили. — Мы умеем за себя постоять.
— Да, но вы трое беременны. И кроме того, мне нужно, чтобы вы забрали мою дочь, — сказала я шепотом последние слова. — Я не хочу, чтобы...
— Ты думаешь, Джейс бы тронул кого-то из нас? — повысила голос Долорес.
— Слушай, Долорес, я люблю тебя, — вздохнула я.— Ты его не знаешь. Просто он уже не тот, кого ты помнишь, и я не позволю ему зацепить кого-то из вас, а тем более, моего ребёнка.
— Мы сделаем это, — сказала Эмили громче, чем нужно было. — Мы сделаем так, как ты нас просишь, и заберем Эстель.
— Я никуда не поеду, — возразила Долорес. — Если вы хоть немного...
— Заткнись, — удивила меня Ева. — Правда. Ты любишь призрака, который убивает других людей. Как ты можешь вообще что-то чувствовать к нему, кроме омерзения?
— Просто он каждую ночь снится мне, — заплакала она, сев на пол. — Каждую ночь я вижу его лицо.
— И что ты видишь в своём сне? Что он говорит тебе? — спросила я.
— Не важно, но я не хочу просыпаться.
Чтобы вдохновить женщину, требуется делать то, что она внутренне желает. Чтобы вдохновить мужчину — интересно проживать свою жизнь и благоприятно влиять на жизни других людей. Энергия и амбиции влияют на людей, и они всегда следуют за своими увлечениями. По словам Долорес, Джейс заставлял ее чувствовать себя красивой, и она на самом деле стала красивой. Он не просто говорил ей это, но и смотрел и прикасался к ней так, что у нее не было поводов усомниться в этом хотя бы на секунду. Замечал любые изменения во внешнем виде, и даже в улыбке. Так странно. Раньше я всегда пыталась нравиться Майклу. Я следила за своим внешним видом и не позволяла увидеть ему меня в спортивных штанах. Но лишь со временем ты начинаешь понимать, что на самом деле внешний вид совсем не гарантия симпатии, счастья и тем более любви. Долорес знала, что совершенно не важно, в спортивных штанах она или в вечернем платье. Он просто любил ее, и все, что было связано с ней в тот момент. Когда она появлялась, все было прекрасным.
Она чувствовала, что и она, и ее сердце в безопасности, и мне всегда было интересно, как это. Как это — признаться кому-то, что, несмотря на свою слабость, ты чувствуешь защищенность. Я поняла, что не важно, насколько мужчина привлекателен, веселый или сколько денег зарабатывает. Если женщина рядом с ним не может спокойно спать ночью, то когда-нибудь все, что вы построили, развалится к чертям.