Недолго думая, я открыла бардачок и вытащила пистолет. Не заглушая мотор, я вышла и поспешила в переулок, в котором они находились. Я замедлила шаг, когда приблизилась и всмотрелась в темноту. Он ударил ее лицом в стену, и она укусила его за руку.
— Перестань дергаться, — прошипел парень, снова толкнув ее к стене.
— Да пошел ты.
— Не сопротивляйся. Просто не дергайся, и все закончится.
Я вдруг с ужасом представила, если когда-нибудь случится такая ситуация с моей девочкой. Она будет совсем беззащитной, и в этот момент мне еще больше, чем в остальные, захотелось избавиться от всех ублюдков на планете.
Гнев затуманил мой разум, и я приблизилась к ним, снимая пистолет с предохранителя. Все произошло быстро. Я схватила парня за капюшон, оттянув его от девочки. Он все еще держал ее за волосы, и, падая назад, потянул за собой так, что она свалилась прямо на него. Она изо всех сил пыталась освободиться, когда я присела, и приставила пистолет к горлу парня, заставляя его полностью застыть на земле.
— Отпусти ее, — потребовала я у этого куска дерьма.
Парень сразу же повиновался, а сбитая с толку девочка отползла к стене, чтобы отдышаться.
— Я отпустил ее, — сказал он мне, в знак поражения подняв руки вверх. — Конец истории. Я пойду.
— Я, блядь, так не думаю.
Я поставила парня на ноги и схватила его за волосы. Тот сопротивлялся, но сдался, когда я подвела его на то же место, где он разбил лицо девушки.
— Тебе нравится делать больно? — спросила я его, а затем перевела взгляд на испуганного ребенка. — Иди в мою машину. Сядь и не двигайся.
Она сделала то, что я сказала, и этот мудак вскрикнул, прежде чем его лицо врезалось в стену, и кирпич окрасился кровью. Не останавливаясь, я снова ударила его, теперь уже сильнее. После пятого удара его тело обмякло, и я выстрелила ему в шею, радуясь глушителю. Тот рухнул на землю, и шум от злости в моих ушах постепенно прекратился. Я перешагнула через его труп и направилась к машине. Девочка сидела и смотрела на меня пустыми глазами. Я наблюдала за ней. Она была молоденькой, с угольно-черными волосами и темными глазами. Увидев кровь на ее лице, я закрыла дверь машины и достала из бардачка салфетки, также вернув туда пистолет.
— Ты убила его? — спросила она тихо.
— Ему не было больно, — дала я ей бутылку воды. — Если тебя это волнует.
— Не волнует.
— Есть хочешь?
— Да.
Я тронулась с места и отправилась в Whitehall. Бар, который находится на Манхеттене. Гамбургеры здесь в лучших традициях Америки. Мясо маринуют в фирменном соусе, отчего оно получается очень мягким и сочным, сыр закупают в лучшем магазине сыров, овощи доставляют с фермерского рынка, свежие и без добавления всякой химии. В общем, я очень полюбила это место, когда была беременна, и благодаря полезности продуктов меня тут знали в лицо и по имени. Я сделала заказ на бургеры, картошку, овощи и сок, а себе заказала кофе, и мы сели за столик, смотря клипы певцов и завтракая в полной тишине. Я хотела спросить, но вспомнив себя в ее возрасте, понимала, что ей это нахер не нужно.
— Ты даже не спросишь, как меня зовут? — задала она вопрос спустя несколько минут, поглощая еду.
— А ты хочешь, чтобы я знала, как тебя зовут?
— Почему ты помогла мне?
— Хочешь поиграть в десять вопросов?
— Я — Кетрин, — усмехнулась она. — И я сама могла за себя постоять.
— Определенно, — не стала я спорить. — Знаешь, тебе, конечно, плевать, но когда-то ты вспомнишь мои слова. По своей природе люди больше склонны к добру, чем ко злу. Но это не значит, что весь мир складывается только из добрых людей. Тебе будут обязательно встречаться те, которые будут совершать неправильные поступки, и те, которые будут делать больно, и, в конце концов, подлость можно встретить на каждом шагу. Но хочу, чтобы ты помнила, что у каждого человека есть шанс на исправление. И каждый считается невиновным, пока не доказано обратное.
— Ты будешь меня учить? — откинулась она на спинку стула. — Нахрен не нуждаюсь.
— Конечно, — скептически взглянула я на нее. — Но с чего ты взяла, что лучше остальных? Ты не лучше людей, которые управляют автобусом, ремонтируют обувь или убирают улицы. Независимо от того, чего ты добьешься, ты должна уважать других, как минимум из-за того, что сейчас, смотря на тебя, я могу сказать, что ты не владеешь ничем, не считая слабенького уровня сарказма.
— Как тебя зовут? — сделала она глоток сока, не сводя с меня глаз.
— Стейси, — ответила я, чуть усмехнувшись.
И вот с этого дня началась еще одна история. Я увидела в ней себя, лишь с одним отличием — я была более агрессивна. Взаимность — это, наверное, самое лучшее, что может произойти с человеком. С тех пор, как это произошло, прошло несколько недель. Эта девочка стала мне нужна в какой-то степени, и я, кажется, к ней привязывалась. Порой она спала у меня в квартире, в которой я теперь проводила много времени, а когда ее не было, я не задавала лишних вопросов, и, кажется, мы ладили отлично. Долорес почти не появлялась, и я не могла ее винить. Ведь теперь, когда Майкла не было рядом, я по-настоящему поняла, что тоже ушла бы вслед за ним хоть на край света. Я боялась его увидеть. Я боялась, но так ждала.