— Ты когда-нибудь думала, как бы сложилась твоя жизнь, будь тогда на месте Майкла другой?
— Да, — ответила я честно.
— Когда-нибудь представляла, что могло быть дальше, будь там человек, без демонов, который отдал бы тебе все, но также сильнее тебя? Тот, кто смог бы обуздать тебя?
Я уставилась на блеск его глаз в тусклом свете и умом понимала, что он играет со мной, и он человек, которого любит моя подруга. Но в нем было что-то смертельно опасное и притягательное в то же время. Вот почему мне нужен кто-то рядом. Я должна знать, что ему я нужна больше. Майклу нужна больше, чем Батлеру или даже играм Максфилда.
— Какой бы дорогой я не шла в этом мире, она непременно приводила меня к Майклу, и сейчас все остальное не имеет значения.
— Мне нравится сладкое, но я не ем по кусочкам. А лишь весь торт.
— Весь торт? — нахмурилась я. — Ты не будешь меня ни к чему принуждать.
— Если я просто сделаю то, что понравится нам обоим, это не будет принуждением, — усмехнулся он, я и увидела впервые, что и его глаза излучали улыбку.
— Ну это будет изнасилованием, Стивен, — достала я пистолет. — Самым, мать его, что ни на есть, настоящим изнасилованием.
— Тебе стоит быть намного осторожней, потому что ты определенно влюбишься в меня.
После он лишь отдал мне видеокамеру и ушел, на прощание подмигнув. Он был определенно больным идиотом. До безумия опасным и сексуальным идиотом. Мое сердце колотилось, и он просто исчез так же быстро, как и появился.
— Не реагируй, — убеждала я сама себя. — Играй по его правилам.
Я открыла камеру и нажала воспроизвести. На камере был Стивен, Джейс и Майкл. Само видео было больше часа. Они говорили о деньгах, сроках, правилах работы какой-то сделке, о картеле, сбывающем наркотики и обо всех гребаных незаконных вещах, существующих на свете. Я находилась в состоянии шока, желая отгородиться от их слов, уплывая в свои мысли. Но у меня не получалось этого сделать. Я слышала каждую деталь, о которой они говорили. Достаточно, чтобы узнать о совершенных всеми ими нескольких скандальных сделок на стороне. Начиная с отмывания денег, как бы от выручки ресторана и заканчивая акциями фирм, которые на самом деле были фикцией.
А еще Майкл отмывал деньги. Я соединила все детали мозаики сама только потому, что Джейс пытался привлечь его к соглашению. Сначала Майкл отказался, сказав, что деньги его не интересуют, что, кстати, неожиданно поразило меня. Он отмывал свои собственные, чтобы скрыть их происхождение. Это объясняло, почему он владел таим количеством недвижимости. Единственная вещь, которая не обсуждалась — как Майкл сделал первоначальный капитал. Видимо, чужие секреты уважались. И ни с одной стороны не возникла жажда раскрыть их. Майкл выглядел напряженным: челюсти сжаты, взгляд тяжелый. Думаю, его действительно осенило понимание того, что он только что сделал. Он согласился испариться, передав все, чем владел для отмывания денег, из которых вытекало множество трупов по причине защиты меня и Эстель. Джейс со Стивеном просто не оставили ему выбора, и Майкл не верил, что я смогу сделать что-либо, и согласился на все, просто чтобы защитить. Майкл выглядел там, как мужчина, только что продавший душу дьяволу. И чувство, что я всему причина, и во всем этом виновна, не покидало.
Затем прозвучал голос Стивена, и я увидела его самодовольное лицо, но все еще непроницаемые глаза. Он оставил свою почту и номер телефона, и последнее, что сказал, было:
— Итак, детектив Стейси Фостер, чтобы раскрыть серию жестоких убийств и найти любимого, обращается за помощью к опасному преступнику. Каждый раз он будет просить что-то взамен, но что, если цена будет слишком высока, Стейси? Но ты все равно попросишь.
Что же ты натворил, Майкл? Я говорила лишь в своей голове, и мне нужна чертова тишина с голосом Майкла. Или хотя бы запахом. Что угодно. Я поняла, что даже секунды с ним сейчас, назову собственной победой.
Мне не хватало нашей близости. Да, конечно, дело было в сексе. Но у нас был не просто трах, это я поняла лишь сейчас. Он мог довести меня до оргазма просто имитируя, что проникает в меня, и я чувствовала это каждой клеточкой своего тела. Я чувствовала его, и я любила то, как он смотрел на меня в моменты нашей близости. Это всегда было так чертовски потрясающе, что именно по этому я скучала больше всего.
Вист приглашал меня на ужин раз за разом, понимая, что никакой завтрак нам больше не светит. Он словно увидел зеленый свет, когда Майкл пропал. Жизнь — это коктейль, в котором смешивались обыденность и пиздец, но тем не менее, рядом с Майклом это не ощущалось неподъемной ношей. Мне не нужно было меняться. Ничего доказывать.