Проехала машина, и, наверное, мне и должно было быть стыдно, но Майкл был прав. Всем плевать, и никто даже не смотрит. Каждый так занят своей жизнью, что ему нет дела до чужой.
Ощущения становились слишком сильными, и я понимала, что уже близко. Я совершенно погибла в нем. Я жаждала его, как наркотика, и это чувство поглощало все мои мысли. Взяв мою руку в свою, переплетая наши пальцы, Майкл поднес обе наши ласкающие руки к моей киске. Скользя внутри меня, он зарычал. Мои глаза закрылись, и я вскрикнула. С моих губ слетел вздох удовлетворения, и Майкл занялся собой. Он настолько сильно и глубоко вдалбливался в меня, что я чувствовала приближение еще одиного оргазма . Он укусил меня за плечо, и я почувствовала тепло внутри себя.
- Я беру тебя в законные супруги вместе с твоей любовью, - начал шептать Майкл, в его голосе была привычная хрипота. - С твоим темпераментом, фантазиями, нервозами и высокими каблуками. Я не хочу тебя переделывать или менять. Не хочу быть скульптором твоего характера и твоего тела. Не хочу забирать твоей свободы и пространства. Хочу прожить с тобой всю свою жизнь, даже когда наша страсть иссякнет, я буду любить твою заботу и потрясающий кофе. И когда это пламя погаснет, мы построим с тобой что-то действительно прочное, что мы и заберем с собой в следующую жизнь.
- А как же свадебное платье? - засмеялась я, вздохнув, когда он покинул мое тело.
- Я могу снова приползти и попросить прощение.
В этот обычный момент я посмотрела на него особенным взглядом. Я заметила этот взгляд в ответ, и мы не просто сели в машину после секса. Я пристегивала ремень безопасности, снова отдав ему часть себя, и речь кстати не только об еще одних трусиках. Мы следовали по своему пути, и уже через два дня должны были быть в Лос-Анджелесе. Только теперь у меня началась настоящая паника. Мужчина моей мечты любит меня? Да. Он сделал мне предложение, и я согласилась? Конечно. Боюсь ли я этого? Нет. Тогда почему я хочу оттянуть этот момент? Я поняла. Я хочу этого дня. Хочу записать сама себе видео, в котором буду говорить, а затем пересматривать его всю оставшуюся жизнь раз в год, для сохранения воспоминаний. Я хочу белое платья и подруг, которые будут с утра доставать шикарные туфли из коробки. Я хочу музыкантов и свадебного торта. Хочу, чтобы сидели гости и друзья, а я шла к алтарю, где Майкл будет ждать меня и расчувствуется, увидев. И, кажется, по истечению эмоций, я начала понимать, что теряю кое-что очень важное в этой жизни.
Эстель проснулась и потянулась ко мне. Я взяла ее на руки на переднее сидение, хоть Майкл и осуждающе посмотрел на меня.
- Выспалась?
- Да, - улыбалась моя девочка.
Я посадила ее на колени и прижала к себе. Я дала жизнь этому ребенку, но на самом деле, это она дала мне причину жить. И родилась она в самом потрясающем городе в мире - в Нью-Йорке. И я помню, откуда я. Куда бы не занесла меня судьба: в Вашингтон, Пекин, Каир или даже в другой штат самой Америки - этого не забудешь. Нью-Йорк - во мне. Нью-Йорк - это и есть я. Сырость дождей, теплота солнца, запах цветов и кофе - мои до смерти. И даже с высоты Эйфелевой башни на меня будет смотреть Empire State Building, а из Лондонского Биг Бена будет звучать музыка любимого паба в нижнем Ис-Сайде. И так будет везде. Где бы я не была. Потому, что я из Нью-Йорка.
Нам оставалось ехать семь часов, но мы решили поселиться в какой-то гостинице по дороге, а завтра же прибыть в Лос-Анджелес и остановиться там, отметив событие, из-за которого, собственно, все это и началось. Мы договорились, что именно эта поездка и расставит все на свои места. Так и случилось. Кажется, мы оба поняли, что жизнь - это вот она: мы, наша семья. Не нужно никуда бежать и что-то искать. Конечно, движение - это всегда хорошо, но только в правильную сторону и с человеком, которого любишь.
- Эс, - говорит мне Майкл, смотря прямо перед собой. - Ты хочешь жить за городом?
Я видела, что он боялся задавать этот вопрос. И я также боялась. Элементарные вещи, как работа - будет тяжело. Потому, до самого Нью-Йорка ехать до двух часов, и каждый день тратить четыре часа только на дорогу, это слишком. Просто не останется времени для самой жизни, и меня это чертовски пугало. Я не хотела терять жизнь из-за бытовых вещей, из которых, будем откровенны, и складывается она. То, чем Майкл занимался ранее, больше не будет «рентабельно» в нашей семье. Я не хочу создавать врагов Эстель из-за ее глупых родителей.