- Но я хочу нас с тобой.
- А я больше нет, - повысила я голос, а затем снова прошептала: - Я больше нет.
- Стейси, ты и сама хотела быть свободной, - расслабил он галстук. - Ты устала от меня.
- Ты прав.
- Ты была рядом, но я не ценил этого, признаю. Я сделал ошибку, - начал он подходить ко мне. - Но я люблю тебя. Я люблю тебя одну. Мне нравится, когда ты поправляешь мне рубашку, и нравится просыпаться рядом с тобой, а после целовать по утрам тебя и нашу дочь.
- Ты не любил меня.
- Но тогда почему я в отчаянии, понимая, что ты уходишь?
Если бы я была нужна Майклу, он бы хотел, чтобы я чувствовала себя комфортно в жизни и наших отношениях. Доверять кому-то - вот основа отношений, и мужчина будет это понимать. Правильный мужчина. Без доверия нет ни любви, ни уважения. Он должен был хотеть понять меня, завоевать мое доверие и хотеть сохранить его.
- Если бы все расходились, как вы, - услышала я голос Хилари. - Я была бы без работы, и мне не о чем было бы писать.
По сути, мужчина никогда не позволит забыть вам, насколько сильно он любит. Я даже не могу сказать, как много разговоров у меня было с людьми, которые считают, что в их отношениях нет привязанности. В моих отношениях не было привязанностей. Мужчины в моей жизни никогда не заставляли меня чувствовать себя любимой, желанной или бесценной. Это важнейшая часть паззла - правильный мужчина всегда будет напоминать, как много ты для него значишь.
Я поднялась наверх и слышала, как у Хилари наконец-то появляются мозги, и она говорит Майклу о том, что стоит больше, чем лаваш в дешевом фаст-фуде.
- Мне надоело быть вторым голосом, понимаешь? - плакала девушка.
- В таком случае я распускаю хор и оставляю только сольный.
- И кто это?
- Им всегда будет Стейси, Хилари. Ты и сама это знаешь.
- Ты идиот! Зачем ты делаешь все, чтобы она ушла от тебя, если любишь?
Дальше я не стала слушать и захлопнула дверь, чтобы собраться с духом и уйти уже окончательно. Ничего не становится лучше. Люди не меняются, и такова жизнь. С этим просто надо смириться.
Я одевала Эстель, когда Майкл открыл дверь и стал наблюдать за мной, уже выпроводив Хилари. Затем, открыла шкаф и даже не стала говорить ему выйти. Я сняла с себя ночную рубашку и влезла в первые попавшиеся джинсы и блузу.
- Эс, я ушел от Хилари. Хочу жениться на тебе.
- Ты что? - была я просто шокирована его идиотизмом.
- Такой, как ты, больше нет, и...
- Мой ответ - нет, - перебила я его, выходя из комнаты с ребенком на руках.
- Почему?
- Потому что ты решил? А ты не хочешь спросить, что решила я?
- И что же ты решила? - направлялся он за мной.
- Не хочу я смс-ок и дурацких предложений. Мне не нужны письма и стихи. Нахрен мне в жизни член, слова которого ничего не значат? - открыла я входную дверь. - Хотя ты и слов правильных говорить не умеешь.
- Эс, не уходи, - произнес он, почти умоляя.
- Ты говорил, что любишь меня, - пелена слез затмила мой взор. - Но смотришь на других, и я сейчас этого не вынесу.
Бредя по улице следующим вечером, я достала свой сотовый и посмотрела на очередной пропущенный. Я разглядывала знакомые мрачные очертания Бруклина, и вдоль улицы располагались бары, стрип клубы, и тату салоны. Рестораны тут доставляли лишь китайскую и тайскую еду, и все здания использовались под участки и офисы еще, наверное, с 20-х годов. Я знала каждую трещинку на тротуаре и могла рассчитать, сколько шагов от одного офиса к другому.
Я заметила, что снова злилась. В тот момент, когда я уже собиралась вызвать такси и ехать к Донне, мои уши уловили звук заряженного пистолета, и я остановилась как раз в тот момент, когда пистолет приставили к моему затылку.
- Я бы на твоем месте этого не делала, - сказала я тихо. - Сейчас не самое лучшее время, если ты все еще хочешь жить.
- Я это слышу каждый раз, - ответил мужской голос.
Я резко обернулась и достала свой пистолет из кобуры, выпуская две пули в обе ноги нападавшему. Он упал на землю, и я знала, что он все равно выстрелит, так что я выпустила еще одну пулю, которая вонзилась ему прямо в шею, разрывая горло. Пистолет упал на землю, клацнув об асфальт. Я оттолкнула его ногой и проверила карманы. Забрав бумажник и сотовый, я сунула их в свою куртку.
Если честно, меня охватила такая злость, что я была разочарована, что наша «схватка» закончилась так быстро. Я пошла прочь, только не стала вызывать такси, чтобы успокоиться. Прозвучал сигнал телефона, и я увидела номер одного из местных полицейских.
- Да, - осматривала я себя на наличии брызг крови.
- Эс, есть еще один убитый ветеран.