— Просто Корнед! — сказал барон, оторвавшись от меня и не менее сердечно поприветствовавший эльфа и гнома-киборга.
У Илэя было такое лицо, будто его сейчас вырвет.
— Прошу, прошу за стол! Все дела потом, вначале обед!
Дела?
Повинуясь взмаху руки, в дальнем конце зала растворились двустворчатые двери, и барон увлек нас к накрытому столу.
Ба! Знакомые все лица… Хотя вру, не все, конечно.
За столом уже восседали, поклевывая закуски, с десяток человек. Среди них был и Фабриоли, и Гиль, и еще какие-то расфуфыреннее бабы и даже замшелый дедок в грязном балахоне.
Черт подери! Не будет преувеличением сказать, что обед мне показался натуральным театром абсурда. Барон рассыпался в любезностях, напудренные дамы чирикали и чуть ли на нас не вешались, Гиль трындел о том, как мы лихо, и чуть ли не в одиночку, завалили отряд маадинцев, Илэй не уступал в скорости выговаривания любезностей барону, Дорка безостановочно травил дурацкие байки о наших несуществующих приключениях, и лишь я, Фабриоли и тот самый старик мрачно пережевывали еду. Довольно, кстати, посредственную. Местного повара дано пора было бы посадить на кол.
Я все ждал, когда же закончится этот дурдом, и мы перейдем к «делам», о которых упомянул барон.
И я дождался!
Мы откушали заметно пережаренного кабанчика в перебродившем соусе, недожаренных перепелов, еще какую-то пастообразную бурду, Дорка рассказал анекдот о трех камалионцах и табуретке, Илэй забил свиданку на вечер с одной из мадам и, наконец, барон разогнал этот цирк ко всем чертям! Достав из-под стола большую бутыль темного стекла, Корнед собственноручно разлил по кубкам пойло.
— За Удачу, господа! Да хранит вас Гарн!
Забавный тост, учитывая принадлежность барона Яру.
— Скажи, господин Шварценеггер… — протянул он, болтая в руке кубком, — много ли вам заплатил Инкат?
Я непонимающе потупился.
— Прости, что?..
— Сколь дорого вы стоите, господа? Именно то имел в виду барон Корнед! — резко бросил Фабриоли, отвлекшись, наконец, от тарелки. Это были его первые слова за весь день.
— Вы не за тех нас принимаете, господа хорошие, — выпятив бороду, сказал гном.
— Не стройте из нас дурачков! — вдруг рявкнул маг в балахоне. Система показывала его, как Какодата Властелина Черного Ветра Йемола 55-гоуровня, но что-то мне подсказывало, что если поскрести его посильнее, то он может оказаться совсем не тем, за кого себя выдает.
— Я понимаю, уважаемые… Наши игры вам не слишком интересны. И нам бы не хотело ссориться с господином Инкатом… Но затеянное им переходит все границы! — нахмурившись, сказал барон.
— По-моему, господа, произошло дичайшее недоразумение! — с елейной улыбкой сказал Илэй. Я аж удивился, насколько он благодушен.
А вот Какодат от этих слов наоборот, взъярился еще сильнее.
— Да неужели⁈ Ты… — он вдруг ткнул в меня крючковатым пальцем, — думаешь, мы здесь такие слабаки, что не заметим, что ты «весишь», как половина Белых Гор⁈
Че-о-о? Я не сразу понял, о чем толкует этот старпер.
— Какие Белые Горы, что ты несешь⁈
— Накачался силой, так, что щас лопнешь!
— Тише! — прервал язвительные излияния старика барон. Я впервые услышал сталь в его голосе.
И до меня только сейчас дошло! Так это маг о моем Яйце Ойоха толкует! Вот только старикан не понял, что это именно оно, а принял его за кладовую энергии… Черт подери, но как он его почуял? Помнится, Гелал толковал что Яйцо, по сути, не предмет, а координаты. И все находящиеся в нем находятся даже не в этом Синколе, а на Изнанке Земли!
Очень интересный, однако, старикан.
— Вернемся к моему первому вопросу, господин Шварценеггер. Много ли тебе и твоим людям платит Инкат Ичида?
Мысли лихорадочно заметались по моей голове. Эти чуваки явно приняли меня и мой Кулак за кого-то другого. Похоже, за наемников, коих нанял Советник герцога Дерганского. Нанял и послал в эту задницу мира. Вариантов «зачем?» не так уж и много. Спорю на свои сапоги, все это вплотную связано с Реликтом!
— Немало, — наконец проговорил я. Дорка досадливо сплюнул, а Илэй и ухом не повел.
Гентийцы удовлетворенно переглянулись. Мол, ну и стоило ломать комедию? Барон чуть ли снова не разулыбался, но потом посерьезнел.
— Нам совершенно не нравится то, к чему привели наши с ним договоренности… — сказал он, осторожно подбирая слова.
— Он играет с тем, с чем играть нельзя! — перебил барона старик, стукнув по столу костлявым кулаком. — Я тебе говорил, мой мальчик, что это плохо закончится!