– Дайте же мне возможность взглянуть на Рекса, – орал возмущенный Кулакофф, но флаттер уже мчался к Гнезду.
– Да не волнуйтесь Вы, – увещевал его Шульц. – Все будет в порядке. То есть, все и есть в порядке, – поправился он.
– Вижу я, в каком все порядке. Что это за новости, извините? Как Рекс сюда попал?
– Ногами, – рассмеялся Шульц.
– Еще один остряк – самоучка на мою голову, – взвыл Кулакофф дурным голосом, – близнецов, стервецов рыжих, мне мало, и этот туда же! Заперт он был. Понял? Заперт на замок, причем не электронный, а механический. На механический, понял, чудило?
– Ну и что, – флегматичничал Шульц. – Тоже мне, проблема. Значит, он и механические замки умеет открывать, только и всего.
– Ну, умники кругом, до сил нет! – вздохнул вдруг успокоившийся Кулакофф. – Ага. Конечно. Научился. Не только открывать без ключа, но и закрывать тоже. Потому что, мне докладывают, замок, как был закрытый, так закрытый и есть. И что его кто-нибудь открывал-закрывал для любимого предводителя, вождя и сюзерена, так ведь никто не сознаётся.
– И не сознается, даже не надейся.
3
"Лиловая Звезда" представляла собой вполне серьезный боевой корабль класса трасформер – корвет, вооруженный ракетами, лазерными и гравипушками и даже аннпгпляционным орудием, способным на счет "два" превратить в облачко раскаленных газов приличный астероид, но то, к чему она приближалась… Флагман эскадры гроссадмирала Хилтибранта дредноут "Разрушитель солнц", на сооружение которого наверняка были полностью угроханы материальные ресурсы не одной планеты, а может, и не одной планетной системы, просто потрясал воображение чудовищными размерами, грубостью, какой-то неопрятной корявостью форм и исходившим от него ощущением необоримой тупой мощи.
"Разрушитель солнц" пер вперед, на полной мощности взламывая пространство и разбрызгивая вокруг целые фонтаны гравитационных и темпоральных полей и линз такой безудержной внутренней энергии, что даже прочие дредноуты эскадры адмирала Хилтибранта считали за благо держаться от него подальше, не говоря уже о всяческой крейсерско-фрегатно-корветной мелочи. "Шелупони", как любил говаривать сам адмирал.
Где-то там, далеко позади, осталась мятежная Азера со своим несговорчивым комтом, а здесь…
Энергетические установки "Звезды" были давно уже переведены в холостой режим работы, поскольку управлять шипом все равно не было никакой возможности. "Лиловая Звезда" была захвачена "Разрушителем" гравитационным полем, и подтягивалась сейчас этим полем к себе. "Разрушитель", понятно, ни с экипажем, ни с пассажирами корвета, ни в какие такие разговоры – переговоры вступать не собирался. Со "Звездой" поступали точно так же, как поступают в космосе с любым захватываемым кораблем: перехватили управление, обездвижили, да и волокли к уже трансформированному в абордажный режим ближайшему из своих сегментов захвата, где и собирались – это тоже всем было совершенно очевидно – "обшмонать" по полной программе. Поведение было вполне бесцеремонное, профессиональное и адекватное приказу: велено представить пред руководящие очи – вас и волокут, как щенка, за шкирку. Было бы велено уничтожить – прихлопнули бы походя, как муху, никто на "Разрушителе" и внимания бы на инцидент не обратил, да и сами исполнители уже через пять минут о нем забыли бы.
Вся разношерстная публика, собравшаяся в рубке "Лиловой Звезды", притихнув, смотрела, как надвигается, наваливается, заполняет все экраны эта чудовищная коряво уродливая громада – воплощение, олицетворение, апофеоз всеподавляющей имперской мощи.
Впрочем, процесс означенного, так сказать, созерцания длился весьма недолго. Экраны на мгновение погасли, а когда они вновь загорелись, на всех без исключения высветилась пучеглазая физиономия, судя по всему, весьма нехилого начальства, очень усталого и даже изможденного человека… а вот это было уже серьезно – его симбиозные никелевые контакторы были запиленными до невозможности.
Начальство изволило держаться в свободной манере, делало все подчеркнуто неторопливо, а по бесстрастности своей физиономии могло бы дать сто очков вперед даже мумии Фароаноса из телетаксерного сериала "Планета пирамид". Тем не менее, с его появлением на экранах инфоров время вдруг утратило былую неторопливую монотонность и помчалось вперед с совершенно противоестественной скоростью.
Все сколько-нибудь значительные лица из числа пассажиров и команды не успели охнуть, как оказались сидящими каждый у персонального инфора и подробнейшим образом отвечающими на вопросы своей же персональной ипостаси до омерзения дотошного фантом-начальства.