Видимо, свой запас удачи я исчерпал еще в Проклятом лесу. Что-то прогрохотало в центре лагеря. И через несколько минут над шатром генерала начал раскручиваться белый вихрь, видимый не всеми, не осязаемый, но всеми ощущаемый. Кристальная ярость СакКарра-Ши. И понимание, что опоздал. Общаясь с Конни, легко забыть, кто Она.
Рядом стоял Кравер, похоже, мои чувства он разделял. В Книге Знаний есть описания этого явления. Никто, соприкоснувшийся с белым вихрем, не выживал. Их убивали СакКарра-Ши. Начав, Они не могут остановиться. Описания оставляли редкие очевидцы, что находилось очень далеко от места происшествия.
Неожиданно вихрь исчез. Мы выдохнули. Нам показалось? В связи с последними событиями мы уже готовы видеть худшее даже в обычно нейтральном происшествии.
Как быстро выяснил Кравер - не показалось. Конни столкнулась с кристаитом и только неизвестным чудом (но я ведь собирался не удивляться выходкам юной демонессы, что походя разбивает все наши представления о легендарных СакКарра-Ши) разрушений не произошло и никто не пострадал.
Конни определили в магический карцер. Его всегда устраивают в месте расположения крупных военных формирований. Во-первых, не пройдя соответствующей инициации, маг противника будет бесполезен в достаточно большом радиусе от карцера. Во-вторых, может пригодиться и в качестве тюрьмы, простой и опять-таки магической. Она позволила себя в нем запереть. Другого варианта я не вижу. Выждав час, Кравер начал действовать. А я, собрав свои и ее вещи, отправился на другую сторону лагеря. Самое безопасное для Конни направление. Скорее всего, ее интуиция выведет ее туда.
При виде Курца, от ощущения его присутствия, демоническое напряжение медленно начало отпускать меня. Я смахнула неожиданные слезинки.
- Как же я рада тебя видеть. Ты уже знаешь, да?
- Тихо, не волнуйся. Кравер постарается не допустить, чтобы о твоем исчезновении стало известным раньше рассвета. Да и этому...хм... Советнику выгодно, чтобы ты сбежала по-тихому. Видимо он не сразу понял, кто ты. И давай пойдем отсюда. Все же лучше тебе как можно скорее оказаться как можно дальше.
Я смотрела на него. Очень тихо спросила:
- Курц, а разве ты пойдешь со мной? Разве твое место не здесь? - Он кивнул, - А теперь подумай и скажи честно, так, как оно должно быть.
Я прижалась к нему.
- Ты прости, Курц, но я не могу остаться с тобой. И тебе не место со мной. Ведь так? - он снова кивнул.
Я улыбнулась и отстранилась. Он отдал мне мою сумку.
- Я там шаршаха тебе положил. Ты им недавно напилась. Помни, что суточная норма - два глотка, этого обычному человеку на сутки хватает. Ну, и другой еды на всякий случай.
- Да? Я все думала, чего же мне есть-то не хочется.
Мы молча смотрели друг другу в глаза. Мужчина, что чуть не стал моей жертвой, тихо ушел.
Я вздохнула:
- Не люблю прощаться. Удачи тебе, Курц. Надеюсь, вы с Кравером со всем справитесь. Не поминай меня лихом.
Я резко развернулась и пошла прочь. Услышала шепот: 'Прощай, Конни'. Оглянулась. Курц улыбнулся мне, махнул рукой и пошел обратно в лагерь.
Минут пятнадцать я просто шла. Одна. Свободна. В душе царило опустошение. Столько всего случилось. За такое малое время. И сегодня вечером. И вообще в этом мире. Сколько я здесь? Сосчитала: два дня в Проклятом лесу, день в обычном, день у Нока, три дня - дорога до Карреры, день - нашли Кравера, и вчерашний день. Итого девять дней.
Я остановилась. Куда теперь? Солнечное пламя нагрелось. У тебя есть предложение? Далеко, у самого горизонта зажглась теплая точка. Может, еще чего хорошего скажешь? Ну и помолчим.
И я побежала. Вообще, кажется, за последние девять дней я прошла-пробежала расстояние большее, чем за всю прошлую жизнь. Сейчас она вспоминается как цветной и яркий сон, увиденный очень давно.
Я бежала и все ускоряла темп. Кто когда-нибудь бежал только ради удовольствия движения меня поймет. Ни ради фигуры, ни ради физической формы, ни ради здоровья, ни ради чего бы то ни было, только ради удовольствия. И ничто не мешало моему бегу. Я не смотрела вокруг, только вперед. А та теплая точка приближалась.
Вот моя цель. Ночь только перевалила середину.
А тут красиво. И безлюдно. Передо мной была гора - не гора, слишком низко, холм - не холм, слишком высоко. Будешь горой. Я на холме была, в лесу была, на дороге была, в военном лагере была и в тюрьме была. А вот на горе меня еще не было.