Конни в беде. Та опасность, что раньше была неявной, смутной, сумела до нее добраться. Мы пронеслись по подземным туннелям, снося все чаще попадавшихся монстров, пока не выскочили в огромную пещеру. Глупо ломиться вот так, но времени нет. Там, в центре, Конни и мы опаздываем. Катастрофически опаздываем. За кольцом монстров ближе к центру были те, кого она называет балахонистыми, и они разворачивались к нам.
От середины пещеры донесся глухой, но заполняющий все вокруг удар, и на один миг все эти твари вокруг замерли, что позволило нам прорубить в них целую просеку, рывком приближаясь к Конни. Сейчас я убедился в том, что без тренировок с Ниррамом нас шестерых уже на первой минуте раскатали бы тонким слоем. Но мы дошли. Рывком сорвал вымазанную чем-то демонессу с камня, остальные пятеро прикрыли нас. Правда, вокруг нас образовался словно бы глаз бури. Сражение кипело вокруг, но обтекало нас. Кто и с кем? Все сливалось в неразличимой свалке.
— Отец, — ошарашено прохрипел Хизалор, и, проследив за его взглядом, я увидел ярко-синюю фигуру мужчины, что сражался с кем-то в десяти шагах слева. Почему я не замечал его раньше? Наткнулся взглядом на сражающегося неподалеку Ниррама. Страж Мира тоже был тут. К нам, в глаз бури, ввалился Урман.
— Уходим, — рявкнул.
— Куда и как? — направление для максимально безопасного для Конни прорыва я не видел. Демонесса застонала и пошевелилась. Хвала святым небесам, к которым она обычно взывает, приходит в себя, до сих пор она не подала ни одного признака жизни.
— Помоги встать, — я скорее угадал, чем услышал. Опустил ее ноги на землю, почему-то она считает важным, чтобы стоять, пусть и с моей помощью. Утвердившись на ногах, Конни открыла глаза. Прошипела нечто сквозь зубы и… по ее волосам, по каждому волоску, прошлись искорки, разгорающиеся все ярче и ярче, а потом они все сорвались в разные стороны. Монстры, после соприкосновения с искорками, рассыпались мелким прахом, только на балахонистых они не оказывали никакого видимого влияния. Рядом оказался Рр'оки, с ног до головы облепленный этими искорками.
— Идем, — и я с потерявшей сознание Конни, остальные пятеро, Урман и сам Рр'оки оказались в храме смерти. Вокруг стояли шестеро СакКарра-Ши, впрочем, они тут же исчезли.
— Курц, останься с ней на алтаре, — произнес Урман.
— Почему? — я сел, устроив Конни поудобнее.
— Потому, — очень вразумительно пояснил мерцающий Рр'оки, разглядывая искорки, — Ну и зачем? Конни, надеюсь, ты сумеешь объяснить, зачем ты так сделала! Между прочим, они колются, — последнюю фразу он произнес, скорчив донельзя обиженную физиономию, и устроился рядом на алтаре.
— Что вообще это было? — ответа, разумеется, не получил.
— Хизалор, так что это был за отец? — Курц вот уже не знаю сколько времени пытал шустрика этим вопросом с вариациями, а тот только отнекивался и списывал случайное слово на глюки и легкую контузию.
Я медленно приходила в себя. Храм смерти, привязка, новый цикл. В памяти лениво всплывали последние события. Холод, пробравший меня до костей, отступал под напором тепла Рона, медленно, но верно. Ой, а меня держит не он на руках, а Курц. А где же? А, вот он, рядом, со странным выражением замаскированного лица.
В храме никого лишнего, сугубо тесная компания. Видимо, жрецов успели выставить в принудительном порядке.
— Конни, — встревоженный голос Курца ворвался в уши, — Ты как?
— Жива, такой живой давно себя не чувствовала, — проворчала в ответ, — Если у тебя что-то болит, значит, это что-то у тебя есть. А у меня есть все.
— Ну, раз шутишь, значит, точно жива, — облегченно выдохнул Зархар.
— Рон, а что это было? — я попробовала сесть, но передумала, снова опустив голову моему принцу на плечо.
— Ты умудрилась найти своего Разрушителя. Только и всего. Вернее, это он тебя нашел, с помощью кое-кого. Но сути это не меняет.
— Сколько скепсиса и иронии, — протянула я молча, закрыв глаза.
— Ты уловила лишь малую часть, — так же молча ответил, — Вопросы задавать будешь?
— Кто это был? Клон Бога Хаоса? — это уже вслух.
— Клон? А, понял, что ты имеешь в виду. Не совсем. А почему ты так его обозвала?
— Ты сам говорил, что Бог Хаоса был идеальным оружием против богов. Именно поэтому они способствовали его уничтожению. Поэтому этот Разрушитель так для меня опасен. Ты говорил, что Бог Хаоса подчинялся СакКарра-Ши, поскольку был вашим созданием. Поэтому он меня не убил, а… не знаю, что он хотел со мной сделать. Правда, тогда не понятно, почему ты ему просто не приказал меня отпустить. Еще ты говорил, что считал его уничтоженным. От фальшивого Рр'оки несло тем самым, от чего меня захлестывает непомерное раздражение. Если отступника нашел именно Бог Хаоса, но не сообщил вам, значит, он и не знал, что на кого-то наткнулся. А не знать об этом он мог только в том случае, если появился его дубль. Неправильный дубль, одержимой идеей уничтожения смертного населения. Первые расы, поселенные в мире, вы уничтожили, ты сам так говорил, и в этом вам помогли драконы. Значит, на заре времен был период, когда вы все дружно уничтожали смертное население. Отступника скрутили как раз в тот ранний период. Ну и где я не права?