Гингема задумчиво помешала чай золоченой витой ложечкой.
– Гм… как же это могло произойти? Наука…
– Это другой мир, понимаете? – отважился перебить профессора Дарин. – Совершенно другой! То, что там происходит, вряд ли можно объяснить с точки зрения нашей науки.
Гингему подумала.
– Да, пожалуй, ты прав…
Кобольд придвинул поближе тарелку с ломтиками лосося и продолжил.
– Что-то в плоти мертвецов вызвало жуткие последствия… люди перестали быть людьми! Вот так и появилось племя вурдалаков. Кстати, они тоже могут пить кровь, подобно вампирам, но, в отличие от них, непременно съедают потом труп.
Тохта почесал за ухом и отправил в рот кусок лосося.
– Ну, не свежий, конечно, – деловито уточнил он, прожевав. – Свежее мясо они не очень-то любят. А вот когда мертвец полежит недельку-другую… м-м-м… – он мечтательно закатил глаза, вспомнив о трупике кошки, припрятанной в подвале дома Дарина. Тушка лежала там уже несколько дней и мясо, конечно же, приобрело непередаваемый вкус и аромат, столь ценимый кобольдами-гурманами.
– Тохта! – предостерегающе сказал Дарин, незаметно указывая взглядом на Гингему. – Давай без подробностей!
– Как хочешь. Я просто объясняю, почему они не любят, когда их трупоедами называют. Хотя все вурдалаки селятся возле кладбищ и по ночам… – Тохта заметил сердитый взгляд Дарина и умолк.
– Ты лучше вот что скажи, – поспешно сказал он, пытаясь отвлечь кобольда от малоприятного разговора. – Эти твари все твердили, что голодны. Они что, нас съесть собирались? Вообще, конечно, как-то не по себе, когда знаешь, что рядом шляются голодные вурдалаки! – признался Дарин.
Тохта махнул лапой.
– Почему “голодные”? Наведаются ночью на местное кладбище, поедят, – он запихал в рот кусок рыбы. – Да и тебя они бы не сразу съели, а денька через два-три, после того, как убьют…
Дарин украдкой показал ему кулак, но кобольд не заметил.
– И эти денька два-три… или неделю-другую, до того, как убитого съедят, человек кажется вполне живым. Ходит, разговаривает… только не дышит, конечно. В общем-то, он уже не человек, хотя на вкус…
– Тохта, ты заткнешься или нет?!
Меняла слегка обиделся.
– Как хочешь, – проворчал он. – Могу и помолчать!
– Все понятно, – проговорила Гингема. – А кто их сюда послал? Феи?
Тохта согласно кивнул, тут же забыв про свое обещание молчать.
– Они, хвост на отсечение даю!
– Не надо, очень страшно, – отозвался Дарин, представив его без хвоста.
– Вообще-то вурдалаки подчиняются вампирам или некромантам, но я так думаю: у фей в услужении есть и те и другие.
Кобольд протянул лапу и цапнул с тарелки еще один ломтик рыбы.
– Я думал, мы скорей Тесса встретим, – проговорил Тохта, жуя. – Чем вурдалаков.
– Кто такой Тесс? – спросила Гингема. – Тот, что в лавку к вам приходил?
– Это профессор, ламия, – принялся объяснять Дарин. – Ламии, знаете ли…
Гингема сверкнула глазами.
– А вот лекции по мифическим существам читать мне все же не стоит! Я о них лучше тебя знаю. Хотя, – она усмехнулась. – Что я говорю? После года жизни в Лутаке, экзамены по мифологии ты бы сейчас сдавал на одни пятерки. Мы-то здесь – теоретики, а у тебя была практика!
Дарин пожал плечами.
– Все равно не поверил бы никто. Фендуляр, король-демон, людоеды, драконид… – как во все это поверить можно? Скажут, крыша поехала…
Гингема, улыбаясь, посмотрела на Тохту, который подозрительно обнюхивал очередной кусок рыбы.
– Действительно. Ведь расскажи я, что дома у меня самый настоящий кобольд и что?
– Психбольница обеспечена, – мрачно сказал Дарин, покосившись на бутерброды: очень хотелось есть, но он твердо знал, что в присутствии профессора у него кусок в горле застрянет.
Гингема кивнула.
– Да, палата номер шесть. Сам понимаешь, в палаты с другими номерами филологи ложиться отказываются.
– Тесс – повелитель ламий, – вмешался в разговор Тохта и с сожалением отодвинул пустую тарелку.
– Помню, помню, – Гингема подлила Дарину горячего чая и потянулась за бутылкой с бальзамом. – Ты, кажется, говорил, что он хочет вернуть амулет драконам, а взамен попросить, что они оказали ему услугу? Освободили ламий?
– Это Попуций так думает, – сказал Дарин. – Это одно из его предположений. А как на самом деле все обстоит – я не знаю. Может, Тесс его драконам вернет, может, доставит феям.
– Он действительно был человеком?
– Попуций? – удивился Дарин. – Конечно. Он магом был и…
– Да не Попуций! Тесс, – Гингема протянула кобольду ломтик колбасы, тот отрицательно помотал головой.
– Не знаю, – Дарин припомнил свою встречу с повелителем ламий. – Может быть…
Он размешал сахар в стакане и отложил ложечку.
– Знаете, он странный немного… я, конечно, его только один раз и видел, но…
Дарин задумался, глядя перед собой.
– Когда я сказал ему, что из другого мира, он совсем не удивился. Просто кивнул, как будто, так и должно быть.
Гингема откинулась на спинку стула.
– Гм… интересно. Знаете, я думаю, что раньше люди часто встречались с жителями других миров, потому что граница между мирами отсутствовала, – она посмотрела в окно и мечтательно улыбнулась своим мыслям. – А когда она появилась, мы, люди, остались одни. И сейчас уже и следов не найдешь! “Пыль одного мира не обязательно ложится на дорогу другого”, – процитировала Гингема и вздохнула. – Ладно, поговорим об этом в другой раз. А пока – давайте-ка о вурдалаках. Расскажи все, что произошло утром, только поподробней.
Тохта заторопился.
– Я, я расскажу! – он утер лапой нос. – Слушайте, слушайте меня!
Выслушав рассказ кобольда, Гингема задумалась.
– Значит, им понравился наш мир? Чем же? Тем, что перед магией он совершенно беззащитен и вурдалаки и прочая нечисть могут творить тут что угодно?
– Именно, – мрачно проговорил Дарин. Он отодвинул стакан с чаем, встал и прошелся по комнате.
Тохта выразительно посмотрел на тарелку, где минуту назад лежали ломтики рыбы, но Гингема, к сожалению, столь явного намека не поняла.
– Эти трупоеды не спешат, хотят тут денек-другой провести, – пояснил кобольд. – Говорят – “куда торопиться”? Хоть бы драконы скорей явились: они-то вурдалаков терпеть не могут! Живо бы их отсюда вышвырнули!
Гингема покачала головой.
– Все из-за меня! – с досадой воскликнул Дарин. – Такие твари в нашем мире!
Тохта фыркнул.
– Глупости! Так вышло. Сначала ты полез в книги, узнавать, что это за амулет, а, узнав уже никак не мог отдать его Тессу!
Дарин неопределенно пожал плечами и кобольд заволновался.
– Ты что? Последние мозги потерял? – сердито осведомился он. – Завладев амулетом, феи получили бы мощь драконов, их силу и могущество! Представляешь, что произойдет с нашим миром, с Лутакой?
– Возможно, Тесс вернул бы его драконам? – предположила Гингема.
Дарин вернулся к столу.
– Это же только версия Попуция! А если он ошибался?! Он, например, утверждал, что в этот мир никто проникнуть не сможет – и что? – он отодвинул стул и сел. – Опасаюсь я доверять Тессу. Мало ли что…
– Правильно делаешь! – поспешно сказал кобольд. – Он же ламия!
– Кстати, – проговорила Гингема. – Было бы интересно узнать побольше о ритуале, связанном амулетом!
Тохьа насторожился.
– Это еще зачем?
– Чтобы знать. Я же, как-никак, профессор! Об амулетах и заклинаниях мне читать, конечно, доводилось, мифов и легенд по этой теме много. Гм… нужно поискать упоминание о чем-нибудь похожем, – она задумалась. – Это было бы интересно. Покажи-ка мне еще раз его, – обратилась она к Дарину. – Хочу разглядеть поподробней.
Тот вытащил из-под футболки амулет. С минуту Гингема пристально изучала взглядом артефакт, потом кивнула.
– Тохта о ритуале вызова драконов знаешь что-нибудь?
– Немного, – честно признался кобольд. – Когда дело касается др… драконов, я ничего не хочу знать!
– Совсем ничего? – разочарованно проговорила она. – Жаль… такой материал для изучения! А я думала ты знаешь, как он проходит.