— Шон, ты что тут делаешь?! — воскликнул Джо. Он подбежал к сыну, обнял его, начал собирать факс.
— Отец, это она? Я же вижу, что она. Все это произошло с ней? — умоляющим голосом спросил он, задыхаясь в рыданиях. — Господи, какая жестокость. Я ничего подобного ни разу не видел. Кто это сделал? Кто?!
Слова застревали у него в горле. Джо едва разбирал их сквозь всхлипывания и хрип. Шон прижался к отцу. Никогда в жизни он не был ему так близок, как теперь.
— Успокойся, Шон, успокойся. — Он приподнял его с пола, скрутил бумажную полосу, оборвал, сунул в ящик стола. Теперь он уже знал, что должен еще раз съездить в Дублин.
Мэй Миллер распахнула дверь. Она была одета в длинную, до пола, ночную рубашку серебристого цвета, отделанную розовым бисером. Несколько кнопок на рубашке были расстегнуты, обнажая дряблую старушечью грудь. На руках у нее были длинные прозрачные черные перчатки, на них висели браслеты из крупных жемчужин. Седые волосы она забрала в высокий шиньон.
— Приветик, — жеманно протянула Мэй и улыбнулась.
— О, миссис Миллер, я не ожидал вас увидеть в таком очаровательном наряде, — произнес Ричи и посмотрел на часы. Они показывали половину двенадцатого. — Вы уже завтракаете?
— Нет, что вы. Мы пока еще слушаем оперу. Простите, я не знала, что вы тоже поклонник высокого искусства. Проходите.
— Э-э… — Ричи замялся. — Я бы хотел переброситься парой слов с Джоном.
— В антракте он ходит в бар, — сообщила Мэй.
— К Данаэру? — удивился Ричи.
— Нет, здесь, в доме. На второй этаж.
— А вы его не позовете?
— С моим удовольствием, — сказала она и исчезла в доме.
Через минуту он снова услышал ее голос:
— Джон! Джон! Иди сюда, погляди, кого я случайно увидела.
Ричи вошел в прихожую, огляделся, дальше проходить не стал. Послышался скрип ступенек. Спустился Джон.
— Привет, Ричи, — сказал он грубоватым тоном. — Что нужно?
— Ах, Джон, ты уже готов? — спросила Мэй Миллер и протянула сыну руку. — Веди же меня на второе отделение. Сейчас начнется самое главное. Я не желаю пропустить ни одной ноты. Кавалер, вы тоже идете с нами? — Она бросила на Ричи игривый взгляд.
— Нет, спасибо, миссис Миллер. Сегодня я очень занят, — пробормотал он и, развернувшись, вышел.
Джо вел свой джип в северную часть Дублина, на Малахайд-роуд. Не доезжая до автомагистрали, ведущей к аэропорту, он свернул налево, въехал в высокие металлические ворота учебно-тренировочного центра пожарных команд. За ними шла длинная, обсаженная деревьями узкая дорога. Он миновал поле, в углу которого, опираясь на одно крыло, лежала половина небольшого пассажирского самолета, затем высокую кирпичную стену с нарисованным на ней фасадом ночного клуба и языками пламени, лизавшими его окна, и остановился перед четырьмя маленькими сборными домиками, где временно размещалась государственная патологоанатомическая лаборатория. Он надеялся увидеть доктора Макклэтчи в кабинете, но там ее не оказалось. Она стояла у соседней двери и разговаривала со своими помощниками.
— Доктор Макклэтчи, позвольте представиться. Я — Джо Лаккези из полицейского управления Нью-Йорка. Не могли бы вы уделить мне несколько минут? — Джо улыбнулся.
Она недоуменно посмотрела на него.
— Хорошо, зайдите.
Они вошли в ее кабинет, Макклэтчи прикрыла за собой дверь.
— Я приехал к вам по делу об убийстве Кэти Лоусон, — пояснил Джо.
— Понятно. — Она кивнула, присела за стол, показала ему на кресло напротив. — Говорите, полицейское управление Нью-Йорка? — повторила она. — Ну и каким же боком вы связаны с этим делом?
Джо начал объяснять, тщательно взвешивая каждое слово.
— Должен признаться, что к этому делу мы никакого отношения не имеем, — заключил он, вытащил из кейса и положил перед ней несколько листков из полученного им факса, один — с фотографией девушки и именем над ней: «Тоня Рамер». Снимок был сделан в морге. Лицо убитой девушки было спокойным, почти безмятежным. Совершенно очевидно, что нашли тело спустя несколько дней после преступления. От лобка и ниже оно представляло собой сплошное месиво из тканей, где внутренности перемешались с мышцами. На теле были многочисленные повреждения, среди них несколько явных разрывов и три резаные раны одинаковой длины под ребрами. Лара пробежала глазами снимки, быстро перевела взгляд на Джо.