Быть такого не может. Мне, наверно, мерещится.
Ребята посрывали маски, опустили клинки, сбились в кучку, на лицах — обалдение и страх. Нерастерявшимся казались только Игорь да еще Элис, пожалуй. Игорь, тоже снявший затруднявшую обзор маску и швырнувший ее прямо на траву, рванул в центр поляны. Крикнул остальным:
— Спина к спине! Держитесь подальше от этой хрени! Ближе ко мне!
— Какое досадное стечение обстоятельств, — проскрипел сзади зубами Кейтор.
— Ты чего? — глянул на него я. — Что это вообще за фигня?
— Не время лясы точить, ваше высочество, — хмыкнул он и, рванув меня за рукав, потащил к остальным. Я счел правильным не сопротивляться, тем более что ближайший к нам край поляны уже пожрала серая пустота.
Трава и кусты — все они блекли, рассыпались прахом, как я заметил, слегка приглядевшись. Молочно-белый, непроницаемо густой туман пожирал их, сминая и будто переваривая в себе, уподобившись огромному хищному зверю. Съеденная полтора часа пицца запросилась обратно, и я с трудом сдержал тошноту. Чтобы ни происходило сейчас, это точно не было чем-то нормальным и рациональных объяснений попросту не имело. Наверное не имело. Ну, если не считать рациональным объяснением версию, что я малость свихнулся. Туман медленно приближался, метр за метром сминая пространство, поглощая его.
Я на всякий случай попытался взлететь — вдруг вижу осознанный сон. В осознанных снах я так проверяю, бодрствую или нет — начинаю левитировать над полом. Вернейший способ убедиться, что реальность вокруг не вполне реальна.
Взлететь не получилось. Значит, не сон.
— Связь не ловит, — Макс вытащил телефон. — Начисто пропала. Вот же странные дела.
— Игорь, — спросила Марина, — чего творится вообще?
— Если я расскажу, — сэр Гарольд усмехнулся, — все равно не поверишь.
— А по-моему, стоит им объяснить, — Элис, странное дело, тоже не казалась испуганной. Глядела на колеблющуюся хмарь, нехорошо прищурившись, поигрывая рапирой. То ли мне почудилось, то ли на кончике ее клинка вдруг зажегся маленький огонек. Да нет, ерунда. Оптическая иллюзия, обман зрения или вроде того. — Имеет смысл обозначить, — продолжила моя несостоявшаяся подружка, — что делать допустимо и чего ни в коем случае не позволительно.
— Непозволительно и крайне нежелательно высовываться, — зло бросил Игорь. — Пока я не просканирую каждый квадратный метр вокруг. Не отслежу, откуда повесили спелл.
Игорь, Кейтор и Элис встали плечом к плечу, напряженно вглядываясь в странное нечто, колеблющее в каких-то пятнадцати метрах от нас. Такое чувство, будто они трое знали что-то, всем остальным неведомое. Прочие ребята, Макс, Марина, Слава и Стас, выглядели порядком ошарашенными. Игорь молчал, лицо каменное, взгляд неподвижный. Прошла пара минут, а потом у Стаса и Славы, наверное, сдали нервы. Они переглянулись — и, похватав свои рюкзаки, кинулись прямо в туман. Кейтор непечатным образом выругался, рванулся, заступив им дорогу, но Слава отмахнулся от него мечом, попытавшись заехать в голову. Не получилось, конечно — плавным текучим шагом Кейтор чуть отступил назад. Стас и Слава, обогнув его, влетели в серое марево.
Мгла охотно их приняла, окружив белесыми протуберанцами, заключая в объятия. Я успел увидеть, как их тела бледнеют и истончаются, теряют краски, объем и вещественность Минуло всего каких-то несколько секунд, а потом оба парня пропали, будто их и не было вовсе. Марина, анимешница с зелеными волосами, коротко вскрикнула.
Игорь подошел — и быстро, коротко ударил Кейтора в живот.
— Ты ведь нарочно позволил им уйти, — проронил он.
— Разумеется. Проще позволить им сдохнуть, раз они такие тупые, чем еще и за ними приглядывать. Да и зачем нам лишние персонажи, совершенно необязательные для развития сюжета?
— Потом на сей счет побеседуем. И чтобы больше никаких самостоятельно принятых решений. Люди умирают здесь только если я того захочу, а вовсе не ты. Дэн, Марина и Макс, — сказал Игорь, — даже думать не смейте последовать примеру Славы и Стаса. Они мертвы. Вы тоже умрете, если побежите за ними. Сдохнете бессмысленно, глупо и очень молодыми. Не отходите вообще никуда. Замрите как вкопанные.
— Может, все-таки растолкуешь, что за жесть происходит? — выпалил Макс, худощавый вихрастый парень, учащийся на айтишника.
— А что, — на лице Игоря возникла нехорошая усмешка, — в противном случае ты сиганешь этой дряни навстречу? Детишки, — он обвел собравшихся тяжелым взглядом, — вам просто не повезло. Это игры взрослых дядей и тетей. По вашим меркам, можно выразиться, древних. Если я начну подробно разжевывать, что творится и почему, только зря потеряю время, а вы все равно не поверите. Сойдемся на том, что мы в заднице, и только я знаю, как из нее выбраться, не сильно измазавшись в дерьме, — он вдруг замер, внимательно посмотрев на завесу тумана. Внутри нее что-то изменилось — обозначилось некое движение. Темные фигуры, едва различимые, но, кажется, приближающиеся к нам. Их силуэты, до того смутные, стремительно обретали ясность очертаний.