Я не сомневался, что Алдрен сплетал заклинание лично. Нужно было обладать мастерством и знаниями моего ученика, чтобы творить заклятие на таком огромном расстоянии от себя, переправляя магическую силу через портал. Энергия, которой подпитывался щит, изливалась из червоточины, открывшейся в нескольких десятках метров выше верхней границы антипортального поля, защищавшего город. Моему чутью она воспринималась как сгусток черноты, распахнувшийся высоко в небе. Сами драконы скользнули в стороны, проносясь над широкими улицами.
Чародеи, оборонявшие цитадель, ударили снова, на этот раз волной чистой энергии, призванной проломить энергетический щит и пробиться через него. Магическая сила обрушилась потоком, напирая на барьер, защитивший драконов от атаки. Даже отсюда мне оказалось несложно ощутить, как много энергии оказалось влито чародеями противника.
Мое лицо словно бы окатило волной холода, мурашки пробежали по спине. Хотя вражеское заклинание было направлено отнюдь не против нас, сами его отзвуки разносились в пространстве и становились заметны любому человеку, наделенному магическим даром или хотя бы повышенной восприимчивостью к проявлениям магии.
На несколько секунд защитный экран замерцал еще ярче, наливаясь искрящимся светом, а затем принялся гаснуть. Его сияние тускнело и становилось едва различимым во вновь сгустившейся темноте. Краски свитой воедино магической энергии, составлявшей барьер, утратили насыщенность и вскоре пропали окончательно, и в тот же миг я своим чародейским чутьем понял, что выставленное Алдреном заклинание больше не действует.
Молнии грянули опять, почти моментально, стоило щиту пропасть, блистая ослепительным светом — однако драконы, кружившие до того над Королевским городом, уже прянули прочь, стремительно уходя от атаки. Их покрытые чешуей тела метнулись к стенам, отделявшим центральную часть столицы от мещанских и ремесленных кварталов, и пронеслись над ними.
Вновь полился из пастей огонь, облизывая высокие башни. Сразу в нескольких местах вспыхнул пожар, возносясь вверх языками пламени. Драконы закружились, совершая над городскими укреплениями быстрые витки, поднимаясь к редким темным облакам и затем огромным камнем пикируя вниз. Они продолжали извергать пламя, ярко горевшее в ночи. В ответ, как явственно слышалось даже отсюда, застрекотало огнестрельное оружие.
Мне было любопытно, способна ли драконья броня выдержать автоматные очереди, но увидеть подробности отсюда, к моему сожалению, не получалось. По крайней мере, пока все драконы оставались в воздухе, хотя несколько изменили свою траекторию, поспешно уходя от обстрела. Вероятно, огнестрельное оружие все же представляло для них опасность.
Одна из крылатых бестий пронеслась над самими зубцами крепостной стены, сбивая их ударами когтистых лап, а вместе с ними — собравшихся вдоль парапетов солдат. Несколько темных фигурок с криками рухнули вниз, что удалось различить благодаря отсветам пожара.
— Все, как запланировал лорд Брангорн, — удовлетворенно кивнул капитан Грестер. — Первая атака на замок отбита — так, во всяком случае, думают маги противника. Драконы отправились разорять казармы городского гарнизона, раскинувшиеся рядом со стенами Королевского города. Именно туда сейчас будет приковано все внимание, потому что драконы высадят солдат, прячущихся в ладьях на их спинах. Нам немедленно следует двигаться к крепости Повелителей.
— А разве нам не положено, если мы типа солдаты, двигать защищать казармы? — спросила Марина.
— Скажем, что нам приказали защищать цитадель, — небрежно ввернула Элис.
— Собственно да, план как раз таков, — кашлянул капитан.
Переглянувшись, мы быстро направились к выходу из окружавшего покинутый особняк сада. Вымощенная мраморной плитой дорожка привела к кованым воротам, которые люди Грестера открыли, сбив рукоятью меча замок. Снаружи уже царили беспокойство и паника — из зданий напротив слышались встревоженные голоса, мимо, направляясь в сторону казарм, спешным шагом прошел отряд вооруженных до зубов солдат. В обратную сторону пронеслось несколько украшенных гербами карет, раздалось напуганное ржание лошадей. Несмотря на поздний час, центральная часть столицы выглядела куда более оживленной, нежели мещанские кварталы, которыми мы следовали вчера.