Собрав накопленную магическую силу, я совершил длинный прыжок, перемахнув сразу пару десятков метров и оказавшись на ступенях крепости, ворвавшись в плотный строй вражеских солдат. Черные нити рвались от меня во все стороны, оплетая по рукам и ногам неприятельских бойцов, опрокидывая их наземь и удушая. Стражники бешено вопили, расставаясь с жизнью. Несколько бойцов попытались выстрелить по мне из ружей, но тьма окружила меня плотной вуалью, сомкнувшись наподобие черных крыльев, и выпущенные пули не причинили ни малейшего вреда.
Магические возможности, подобные тем, которые я сейчас задействовал, еще совсем недавно оставались мне недоступны, однако энергия многих смертей, случившихся в закипевшем сейчас бою, значительно усилила меня, благодаря моим способностям некроманта. В скором времени мои силы возрастут еще больше, когда восстановится ныне разорванный энергетический контакт с Темным клинком и пальцы сомкнутся на его рукояти. Хотя артефакт и оставался еще на расстоянии нескольких сотен метров, скрытый за каменными стенами крепости, я уже ощутил его недалекое присутствие.
Сейчас я мог безошибочно установить местоположение Темного клинка, и мне больше не требовалась карта, переданная Грестером, чтобы его отыскать. Выкованный из черного металла меч с простой рукоятью, лишенной всяких украшений, и прямым лезвием словно наяву предстал перед моим мысленным взором. Чувство восторга и близости намеченной цели захватило меня, придавая уверенности и решимости. Это ощущение свидетельствовало, что мы находимся на верном пути и что после того, как началось нападение на Грендейл, никто не попытался вывезти Кэдфен из Цитадели.
Элис взлетела вслед за мной на ступени, взмахнув светлыми волосами, и поразила саблей кинувшегося было нам навстречу солдата. Следом за моей спутницей подоспели Кейтор и Марина, облаченную в иномирную броню, и вчетвером мы вступили под своды замка, в который так долго пытались попасть.
Здесь уже тоже вставали заслоном неприятельские бойцы, поднимая щиты и выставляя перед собой копья. Огнестрельного оружия у них при себе не имелось — все же, оно было не настолько распространено на Тэллрине, чтобы находиться в распоряжении у каждого солдата, пусть даже элитных бойцов. Однако даже так противник представлял собой серьезную угрозу и находился в сокрушительном большинстве.
Решение пришло ко мне почти мгновенно, когда вспомнилось одно из боевых заклинаний, которыми я пользовался в прежние годы, много столетий назад. Я размахнулся палашом — и темнота, клубившаяся вокруг выставленного мной клинка, разлетелась по залу черной волной, обрушиваясь на стражников, заползая им под доспехи, тонкой чернильной пленкой покрывая их кожу и скрывая под своим антрацитовым пологом их лица. Воины падали на мозаичный пол, бросая оружие и с криками начиная кататься из стороны в стороны, пока жадная тьма удавкой перехватывала им горло. Замедлялись движения, затихали истошные крики, переходя в неразборчивый хрип.
— Мы победим, — опьяненный успехом, проговорил я. — Никто не сумеет нам противостоять. Сперва справимся здесь, затем доберемся до самого Авалона. Братья окажутся повержены, война закончится и Гибнущие королевства перестанут быть гибнущими.
— Обязательно, — поддержала меня Элис, коротко сжав мои пальцы, и даже Марина сдержанно кивнула закованной в металл головой.
С противником было почти покончено, и дорога вперед оставалась открыта. Несколько десятков вражеских солдат, скованные темнотой, остались лежать на полу — некоторые убитые, иные лишь обездвиженные наброшенные на них черными путами, но так иначе больше совершенно не опасные.
Помещение заливал ровный свет электрических ламп, валялось брошенное на полу оружие. Палаш крепко держался в моей руке, а чувство собственного могущества сделалось почти безграничным. Почти таким же, как в годы давней войны. Я не сомневался, что справлюсь с любой угрозой, какая бы не встала у нас на пути. Пройдя дорогом испытаний, я сделался сильнее и все больше превращался из одинокого писателя-фантаста в того Повелителя Тьмы, могущественного чародея, каким являлся когда-то. В тот момент у меня не оставалось сомнений, что скоро даже Камень Источника, сокрытый на острове Авалон, подчинится мне.