Воспользовавшись короткой паузой, я, Марина и Элис встали плечом к плечу, отступив обратно ко входу во все еще объятый магическим пламенем зал. Пожар приблизился почти к самому входу, не давая возможности добраться до окон и через них вылезти в сад. Противоположный выход из комнаты, в которой мы находились, перегородил наш противник, и его фигура, как и наши собственные, отражались сразу во множестве зеркал.
Сила клубилась вокруг Тренвина, закручиваясь штопором и гремя незримо звучащим в ушах водопадом, указывая, что враг готовится сплести боевое заклятье, вероятно призванное нас окончательно уничтожить. Он явно не намеревался больше вступать в разговоры и решил наконец разобраться с лазутчиками, проникшими в его крепость.
При мне оставался мой палаш и частично вернувшаяся магия, при Элис сабля и дага, а при Марине подобранный в бою полуторник и разряженный пистолет, однако сделалось очевидно, что в сложившихся обстоятельствах все наше оружие полностью бесполезно. Мы встали втроем, плечом к плечу, отступив к ближайшей стене, с установленным позади зеркалом.
— Надо срочно бежать, — тихо проговорила Элис.
— Согласна, — сказала Марина. — Влад, придумайся пожалуйста что-нибудь, если можно. Потому что в противном случае этот парень точно с нами покончит.
В ответ мне лишь захотелось с горьким отчаянием рассмеяться. В своей прежней жизни Повелитель Тьмы Рейдран умел открывать порталы, однако мне пока ни разу не удалось повторить это заклятье, и к тому же в Грендейле, как рассказал нам Алдрен, действовало антипортальное поле.
Собрав всю доступную мне магическую силу, я выставил перед нами энергетический щит, торопливо соткав его из сгустившейся черноты. Я сделал это крайне вовремя, потому что практически в ту же самую секунду на созданный мной барьер обрушилось заклятие, созданное Тренвином.
Один из правящих Грендейлом Повелителей Силы применил чары, основанные на соединении сразу нескольких стихий. Грянул искрящейся лавиной дышащий в лица жаром огонь, ударили ослепительными вспышками разветвленные молнии, вытянулись вперед, блистая острыми гранями, ледяные копья, плетьми со всех сторон взвились, извиваясь, скрученные магией струи воды, раскаленной до состояния кипятка, исходящего паром.
Пришедшая по моему зову тьма разлилась вокруг полупрозрачной сферой, защищая меня, Марину и Элис. Огонь и молнии, лед и кипящая вода разом ударили по антрацитовому щиту, пытаясь продавить его и смять. Они сдавили его со всех сторон, стремясь разрушить в осколки. Я постарался влить в защитное заклинание побольше энергии, дабы позволить ему продержаться еще хотя бы немного, а сам торопливо раздумывал, что же делать дальше. Как назло, в голову не приходило ни единой подходящей идеи.
По всему получалось, что мы оказались в безвыходном положении и теперь попросту обречены. Завладев Темным клинком, Тренвин получил возможность вновь и вновь наполнять свои чары энергией, обладая теперь доступом к столь мощному ее источнику. Долго мы не продержимся, а бежать попросту некуда.
Тьма истончалась и выгибалась вовнутрь, колебалась и шла волнами. Ее завеса становилась все более призрачной и ненадежной. Сделалось ясно, что созданный мной щит вот-вот не выдержит и падет, может быть через минуту или две.
Послышался торжествующий хохот Тренвина. На лице Элис проступили отчаяние и страх, и девушка, вкладывая клинки в ножны, торопливо прижалась ко мне. Марина, напротив, покрепче перехватила меч, как если бы он мог хоть как-нибудь защитить нас от ревущей вокруг, бурлящей и бушующей магии, готовой испепелять и сжигать.
Однако созданное Тренвином заклинание рассыпалось практически мгновенно, стоило мне только почувствовать чужое вмешательство в его структуру. Связующие контуры сотканных противником боевых чар задрожали и принялись рушиться, растрачивая вложенную в них силу, теперь бессильно расточавшуюся обратно в пространство.
Неизвестный чародей действовал умело и ловко, нанося удары и уколы сконцентрированной магической энергией, орудуя ей будто рапирой прямо в соединяющие звенья вражеского заклятья. Губительный шторм принялся иссякать и гаснуть. Разливалась по паркету, теряя прежний напор больше не скрепленная заклятьями вода, меркнул и затухал огонь, гасли и тускнели молнии, дробились и преломлялись на сотни крохотных кристаллов рвавшиеся до того вперед ледяные копья.