Мы с Максом и Мариной, не сговариваясь, попятились к Игорю — и замерли, вновь натолкнувшись спиной на преграду. Уплотнившийся воздух не пропускал нас дальше к центру поляны. Элис мотнула головой в нашу сторону, выругалась и едва не пропустила направленные на нее удары. Существа в кожаной броне сделали еще один шаг в нашу сторону — двигаясь все разом, одновременно, ни дать ни взять компьютерные NPC в партийной ролевой игре.
Голос зазвучал снова — сверлом, невидимой иглой ввинчиваясь прямо в мозг. Такой же бесплотный, такой же лишенный интонаций и всяких оттенков, только теперь от него исходило совершенно иное ощущение. Более сильное, давящее, едва не сбивающее с ног, пробивающее на холодный пот, отзывающееся дрожью в зубах и неприятным покалыванием в боку. Мгновенно пришло понимание, что сейчас со мной разговаривает совсем другое существо, нежели раньше.
— Твои адепты тебя не спасут, Рейдран. Гарольд блокирован, двое других связаны боем. Сдавайся, и тогда эта смертная, чья жизнь представляет для тебя интерес, свою жизнь не утратит. Сопротивляйся, и нить ее земного существования оборвется всего спустя пару минут, и ты посмотришь, как она по твоей вине истекает кровью. Выбор прост, и он за тобой.
Кто такой Рейдран.
Почему когда я слышу это имя, у меня темнеет в глазах.
Почему земля проваливается под ногами, вновь оборачивается горящей пламенем пропастью, почему слышится несмолкающий, почти разрывающий барабанные перепонки грохот, бьет в лицо дышащий огненными всполохами ветер, разворачиваются в небесах сотни драконьих крыл. Дыхание сбивается, сердце бешено колотится, я опускаю тренировочные клинки и прикладываю немалое усилие, чтобы не выронить их из рук. Ладони крепко сжимают обтянутые веревкой эфесы. Выпрямляю спину, выпрямляю голову, развожу в стороны плечи, смотрю в лица безликим тварям, сжимающим на вид вполне боевые мечи. Твари делают еще один шаг вперед, до них остается меньше, чем восемь метров.
— Брось оружие. Иди прямо в туман. Нам не нужна твоя смерть. Только участие в делах, которые давно следовало закончить. Сотрудничай, и обретешь свою выгоду от общего дела. Упрямься, и лишишься даже малой малости, будешь пойман и закован в ошейник, как раб, и все равно исполнишь тебе предначертанное.
— Шел бы ты к своей песьей матери, урод, — вырвалось у меня.
— Ты это мне? — покосился Макс.
— Не тебе, — Марина смотрела пристально, изучающим взглядом. — Я ничего такого особенного не слышу, и вместе с тем будто все-таки слышу. Эхо, напоминает слуховые галлюцинации, возникающие перед сном. С Дэном разговаривают, а он отвечает. Игорь в отключке или в ступоре, или я не знаю, как эту кататонию правильнее будет назвать, а он явно шарит, что тут за хрень происходит.
Я медленно сделал шаг вперед, потом еще один, двигаясь словно во сне. Все-таки выронил тренировочные клинки — точнее, позволил пальцам разжаться, медленно проследив взглядом, как палаш и дага падают на траву. Поднес ладони поближе к глазам, внимательно разглядывая линии жизни, зашевелившиеся, подобно змеям, извивающиеся, у меня прямо на глазах наливающиеся чернотой.
Нечто пробуждалось во мне — не имеющее названия, незнакомое рассудку, древнее и сильное. Тьма скользила между пальцами, охватывая ладони от кончиков ногтей, коротко постриженных два дня назад, до запястья, покрывая кожу, шевелясь и клубясь, живая и жадная. Тьма тоже шептала мне — на языке, не до конца понятном и вместе с тем прекрасно знакомом.
— Рейдран. Остановись. Ты не обучен и не владеешь всеми секретами мастерства. И отрезан от Источника. Не рискуй попусту, зря. Ты слаб, и мы сломим тебя.
— Попробуйте, — голос, вырвавшийся из моей гортани, самому мне показался чужим. Другие интонации и тембр, нежели обычно. Скорее напоминает шипение змеи. — Подавитесь костью, захлебнетесь кровью, сгинете в темноте. Это вы не рискуйте. Я сильнее. Разорву вас на части, стоит вам только осмелиться бросить мне вызов.