Безликие твари бросились вперед — разрывая пустоту перед собой взмахами мечей, перемещаясь с такой скоростью, что успели достичь бы меня раньше, чем за десяток секунд. Попросту не успели. Тьма рванулась вперед, срываясь с моих ладоней, раскрываясь вуалью и пологом, растекаясь вышедшей из берегов рекой. Волны мрака нахлынули на облаченных в кожаные доспехи существ, в чьей человеческой природе я вовсе не был уверен. Накрыли их с головой, обступили со всех сторон, окружили, сжимая и давя в чернильных тисках.
Создания, кем бы они ни являлись, не кричали, вообще не издавали никаких звуков, но я остро чувствовал исходящую боль. Странное дело — почти столь же остро, как свою собственную. Ощущение, будто моя кожа сгорает в невидимом огне, охватило меня, нервные окончания пронизало, прожгло болью. Меня затрясло, я упал на колени, опираясь на землю руками, с трудом держа голову поднятой, глядя, как темнота пеленает черным маревом явившихся из тумана солдат.
Одновременно я испытывал непонимание и интерес.
Холодное отстраненное любопытство экспериментатора, наблюдающего за тем, как подопытное животное, корчащееся между прутьями клетки, пронзает электрический ток.
Чужая боль сжигала меня — и вместе с тем я наслаждался ею. Странным образом она придавала мне сил, изгоняла из головы остатки похмелья, наполняла мышцы бодростью, как в самые лучшие, самые активные дни. Даже лучше, чем съесть куриную грудку и выпить наваристый куриный бульон.
Тьма сжималась вокруг затянутых в кожаные доспехи существ, полностью скрыв их под своим покровом — но даже не видя их больше за окружившим их куполом черноты, постоянно уменьшающимся в размерах, я прекрасно ощущал их присутствие. Их муку. Их угасание. Их смерть. Признаться, я испытывал странное, не вполне здоровое удовольствие. Наверно, так бывает, если вырывать с корнем давно мешавший зуб. Я-то сам точно не знаю, у меня зубы идеально здоровые, все стоматологи удивляются.
Все закончилось мгновенно — тьма пропала, схлопнувшись в одну-единственную точку и сгинув, а вместе с ней исчезли и пожранные пришельцы. Все, что осталось от их актуальной энергетической матрицы, влилось в мое существо. Это именно так называется, энергетическая матрица. Я понимал это совершенно отчетливо, хотя и не имел ни малейшего понятия, откуда. Звучало как термин из научно-фантастического романа или фильма. Или не слишком научного, просто фантастического.
Медленно поднявшись на ноги, вытирая испачканные в земле ладони о джинсы, отмечая, как затухают болевые импульсы и вместе с ними отступает на периферию сознания, снова становится едва заметной всколыхнувшаяся было память, своя и одновременно словно бы чужая.
Обернувшись, я увидел, что Игорь, вышедший из своего ступора, стоит в нескольких шагах позади меня и пристально на меня смотрит, словно бы старается оценить. Рядом — Марина и Элис, Кейтор и Макс, и больше никаких признаков темных рыцарей, с которыми до этого Элис и Кейтор сражались. Вероятно, победили — или, в крайнем случае, прогнали прочь, обратили в бегство или что-нибудь наподобие этого. Марина, побледневшая и очень сосредоточенная, держала в руках смартфон и продолжала снимать.
— Ну, чего уставились? — спросил я.
— Лорд Рейдран, — Игорь с непривычной почтительностью склонил голову, — для меня нет большей радости нежели осознание новости, что ваши способности по-прежнему с вами, и вы можете дать противнику, как и прежде, достойный отпор. Мне очень жаль, что я не смог вмешаться и защитить вас раньше. Меня обездвижили, при помощи методик, знакомых нашим врагам, и все мои ментальные усилия уходили на то, чтобы снять выставленный ими барьер. Однако вы, лорд Рейдран, как я вижу, справились сами.
— У меня, вообще-то, в паспорте написано Владислав. Для тебя — Влад, Дэниел или Дэн.
— Как скажешь, Дэн, — Игорь выделил прозвище интонацией. — В таком случае замечу, что нам стоит сваливать отсюда как можно быстрее. Мы больше, если так можно выразиться, не в Канзасе, и чем скорее мы покинем сектор междумирья, в который нас переместило, тем окажется лучше. Выйдем из зоны, которую контролирует противник, не попадем под их новый удар, — Игорь слегка шевельнул рукой, странным образом перепетая пальцы и быстро ими шевеля, и в стене тумана, окружавшей лесную поляну, на которой столь неудачно прервалась наша сегодняшняя тренировка, приоткрылся туннель, шириной не больше трех метров, уводящий куда-то далеко вдаль. — Пойдемте быстрее.