— Плазмаганы тоже закупаете?
— Есть миры, в которых они производятся, но мы не стали связываться, знаешь. Они не слишком эффективные, на самом-то деле. Есть свои плюсы, конечно, но на любителя. Сильно перегреваются, требуют времени на перезарядку, ведут недостаточно плотный огонь. Пороховые винтовки лучше, главное иметь хороший запас боеприпасов.
В столовой к нашему приходу уже собрался народ — все те же лица, что накануне, за исключением самого Алдрена. Марина помахала рукой, жевавший яблочный пирог Макс присвистнул, заметив, что мы с Элис явились вдвоем. Кейтор, рассевшийся за столом в небрежной позе, поглощал яичницу с беконом с видом до крайности проголодавшегося человека. Гарольд, увлеченно расправлявшийся с лазаньей, приветливо мне кивнул. Вчерашняя мрачность, кажется, полностью покинула тренера, и былое небрежное самообладание вернулось к нему.
Одежда моих спутников с минувшего вечера значительно переменилась. На Марине обнаружилось изящное зеленое, в тон крашенным на анимешный манер волосам, платье с вырезом, выгодно подчеркивающим грудь. Макс и Гарольд оказались облачены в синие колеты с серебряным шитьем, Кейтор — в черный дублет, однотонный, без единой нитки иной расцветки и со столь же черными рукавами. Элис шепнула мне, что Алдрен выслушивает в конференц-зале доклады офицеров, но скоро присоединится.
Когда мы с Элис уселись рядышком за столом, Макс отметил:
— Смотрю, между нашими друзьями стартовала лавстори.
— Даже если так, это только лишь их дело. Не трепал бы ты попусту языком, — нарочито безучастно проронила Марина. — Меня больше занимает другое. Вчера, не скрою, я находилась немного в истерике. На максимум вкрутила иронию, а сама сдерживалась, лишь бы только не заорать, не распсиховаться и не забиться в дальний угол, швыряясь оттуда предметами. Ночью спала плохо, зато постаралась подумать как следует. Влад, скажи пожалуйста, честно и по возможности откровенно... Ты ведь действительно теперь не совсем Влад? Не тот человек, которого мы раньше знали? Ты теперь наполовину, а то и больше, могущественный темный маг, наподобие тех, про которых пишут книги и снимают анимационные сериалы?
— Ты начинаешь его бояться, — с явным удовлетворением произнес Кейтор.
— Конечно, — Марина спокойно выдержала его взгляд. — Было бы странно и весьма неосмотрительно не испытывать страха. Мне хочется понять, до какой степени изменился Влад и что он из себя представляет. Чтобы сделать выводы, определиться с оценкой ситуации, со своим дальнейшим к ней отношением.
Я немного помедлил с ответом. Хотя мы никогда не состояли с Мариной в романтических отношениях, как к подруге я относился к ней очень хорошо. Я восхищался ее целеустремленностью, рассудительностью, острым языком, отточенным интеллектом. Безусловно, она заслуживала прямоты и честности. Пусть хорошенько еще раз все взвесит.
— Воспоминания, пришедшие ко мне, спутанные, беспорядочные и яркие, подобные вспышкам в темноте, — негромко начал я, и все присутствующие навострили уши. — Жизнь, прожитая некогда в качестве Повелителя Тьмы, пока не вернулась ко мне полностью — скорее проступает фрагментами. Когда я разговариваю с Алдреном, то хорошо понимаю, о чем идет речь. Некоторые другие участки, довольно многочисленные, остаются затененными. Имеющегося, впрочем, достаточно, чтобы сказать — я и правда темный маг. Был им когда-то и, похоже, сделался снова. Чудовище. Разрушитель. Виновник гибели целой цивилизации. Выпускавший драконьи стаи на мирные города. Творивший сотканные из материи тьмы бури, многими тысячами изничтожавшие людей. Возможно, тебе стоит остаться в гостях у Алдрена.
— Я уже решила, Влад, что отправлюсь с тобой, чтобы добыть этот твой зачарованный меч. И не намерена дальше метаться. Но спасибо за честность, потому что разобраться как следует следовало. Всегда лучше четко понимать, с кем связалась. Предвидеть возможные риски.
Как раз при последних словах Марины в комнату вошел Алдрен — не удивлюсь, если он стоял за порогом, подслушивая разговор при помощи магии или попросту приникнув к дверной щели. Небрежно кивнув присутствующим, темный адепт уселся за столом, приступив к завтраку. Слуги подали ему красную рыбу и перепелиные яйца.