Общая картина могла бы показаться уютной, даже вызвать умиротворение — если бы не лежащая на ней печать разорения. Многие окна полностью выбиты, в частично уцелевших зияют дыры, резные двери сорваны с петель и лежат рядом с крыльцом, стены кое-где покрывают копоть пожарищ. На площади не души, зато валяются несколько перевернутых телег и брошенная карета, а возле нее — два обглоданных лошадиных скелета. Тишина и безмолвие плотно сгустились в воздухе.
— Алдрен рассказывал, — подала голос Марина, — один из гарнизонов рядом со столицей недавно бунтовал. Мы часом не там оказались?
— Может быть, а возможно портал сработал неправильно и открылся поблизости от линии фронта. Сложно сказать наверняка, — Гарольд внимательно и настороженно осматривал местность. — Сейчас многие регионы опустошены, даже в непосредственных окрестностях Грендейла. Армии Повелителей и Свободных королевств бьются друг против друга, но в тылу возникают восстания, каждый честолюбивый наместник или генерал стремится урвать власть, порой подкупленные врагом. Жители маленьких городов бегут в большие.
— Мы встретимся с мародерами и рейдерами? — спросил Макс.
— Не терпится, — поддел его я, — получить экспериенс, прокачать скиллы и достать лут?
— Ага, — он усмехнулся. — Не только ж тебе артефактные мечи полагаются. Но вообще, я серьезно спрашиваю. Не думайте, что я такой дурак, прикалываюсь без конца и решил, будто в сказку попал. Просто, как правильно сказала Марина, если не шутковать, недолго начать истерить. Стоит, я так понимаю, держаться настороже и глядеть в оба?
— Определенно, — Гарольд двинулся к дверям. — Не расслабляйтесь.
Коридор, в который мы выбрались из зала собраний, выглядел попроще чертогов Алдрена — никаких интерьеров рокайля. Впрочем, обстановка вполне зажиточная, ну или была ею раньше, в лучшие времена.
Стены покрывали резные дубовые панели, ныне местами поцарапанные, покрытые непристойными надписями, сделанными при помощи угля и черного мела. Сами буквы — латинского шрифта, и язык оказался мне вполне понятным, значение слов само проступало в памяти. Стервардский, пояснила Элис, державшаяся рядом. Магические светильники отсутствовали, вместо них под слегка закопченным потолком висели бронзовые люстры со свечами, ныне конечно же не горевшими.
Попадавшиеся по коридору двери оставались распахнутыми, за ними виднелись конторские помещения с опрокинутыми столами и стеллажами, разбросанными по полу бумагами. В ратуше, сообщила проследившая за моим взглядом Элис, обычно заседает канцелярия бургомистра и находящие на городской службе клерки. На стенах в коридоре раньше висели картины, судя по оставшимся от них белым прямоугольным пятнам. Не иначе полотна сорвали, чтобы после продать. Что ж, если на предметы искусства по-прежнему находятся покупатели, значит постапокалипсис в здешних краях еще не настал.
По лестнице, лишенной ковров, мы спустились во встретивший тишиной вестибюль. Постаменты, прежде вероятно занимаемые декоративными статуэтками, пустовали, паркетный пол усеивали осколки витражного стекла и разбитых ваз. Кейтор вытащил из кобуры пистолет, сняв его с предохранителя и с резким щелчком взведя курок, и быстрым шагом приблизился к раскрытым дверям, выводившим на улицу. Приник к ним, осторожно выглянул наружу, держа ствол наготове, и покрутил головой.
— Вроде чисто, — бросил Кейтор через плечо.
— Тогда выдвигаемся, — бросил, оказавшись рядом с ним, Гарольд. — И помните, господа, вы не в компьютерной игре. Никаких точек сохранения. Если напоретесь на неприятности и погибнете, то насовсем.
Предостережение прозвучало внушительно. Ни у кого из нас, правда, не оставалось иллюзий насчет компьютерных игр, как бы мы не шутили — но Гарольду явно не терпелось побыть в роли сурового ментора. Притихший и сделавшийся почти незаметным в обществе Алдрена, он прямо на глазах обретал привычную уверенность в себе, стоило только покинуть ставку своего господина. Надо бы о Гарольде побольше узнать. Напоить вином на ближайшем привале и разговорить. Вдруг он, допустим, двойной агент, засланец врагов. Или Кейтор, или даже Элис, сделавшаяся излишне ко мне расположенный. Или, предположим, Марина и Макс — не те, за кого себя выдают. Посланники Повелителей, тайно внедрившиеся в общество агентов Алдрена. Марина, например, крайне уверенно себя ведет, вдруг это непроста. Признаться, я всегда был склонен к некоторой паранойе, и теперь она получила немало дровишек в свой разгорающийся костер.