Горячий монолог Кейтора явно произвел впечатление на Марину. Она сглотнула, наклонила голову, поправила дорожную сумку, глядя в сторону.
— Проехали. Ссор нам не хватало с утра.
Окрестная местность выдавала признаки запустения. Густые заросли вплотную подступали к обочине, каменные плиты дорожного покрытия совершенно растрескались. Пару раз в чаще обнаружились просеки — первую раньше занимала небольшая усадьба, даже не скажешь, крестьянская или дворянская, до того сильно она выгорела. От стоявших кучно зданий остались только остатки стен высотой в половину человеческого роста.
На второй просеке, существенно более широкой, располагалась небольшая деревня, окруженная вытоптанным полем и тоже совершенно заброшенная. Между обглоданных пламенем, закопченных домов валялись выбеленные кости, некоторые из них собачьи, а некоторые человеческие. Печные трубы обвалились, в прежде окружавшей поселение бревенчатой ограде имелись многочисленные прорехи.
— Здесь тоже разбойничали солдаты, сражаясь с мятежниками? — спросил я.
— Или мятежники разбойничали, занимаясь грабежами в ожидании прибытия солдат, — ответил Кейтор. — Когда гарнизон Балверда восстал, они успели основательно помародерствовать. Командовавший там генерал рассчитывал на помощь от соседних королевств, но та не пришла. По большому счету мы и не собирались помогать — Алдрен подкупил местного командира, надеясь посеять хаос неподалеку от Грендейла. Обещал выдвинуть солдат на подмогу, но так и не стал этого делать. Мы все равно бы не смогли удержать город, расположенный в самом сердце неприятельских земель. Потому лорд Брангорн и не стал попусту тратить солдат, высылая их на безнадежное дело. Защитники Балверда, конечно, не знали об этом. Сражались, ожидая помощи, и не дождались ее.
— Вот, значит, как работает твой господин, — проронила Марина.
— Ага. Именно так.
Миновала, пожалуй, пара часов — насколько получалось оценить течение времени при отсутствии мобильного телефона. Дорога сделала еще один поворот и затем взлетела из низины на просторный холм. Мы миновали его вершину и принялись спускаться по довольно крутому склону, придерживая друг друга за руки, внимательно смотря под ноги, стараясь не оступиться на местами вывернутых из земли дорожных плитах и не полететь кубарем вниз. Один раз Марина все-таки пошатнулась, но я сделал быстрое движение вперед, обхватив ее за живот и за плечи. Девушка ответила мне благодарным взглядом.
Стена деревьев внезапно расступилась, выводя на луговой простор. Лес закончился настолько резко, что похоже когда-то ранее его окраины выжигали огнем. Буквально в нескольких сотнях метрах от опушки впереди обнаружился небольшой форт, до того не видимый за раскидистыми кронами и ввиду неровности рельефа.
Бревенчатая стена высотой в два человеческих роста перегораживала поле, две кирпичных четырехэтажных башни, увенчанных зубцами и с узкими бойницами, нависали над распахнутыми воротами. По парапету стены прохаживались солдаты в пластинчатых доспехах, вооруженные, насколько я разглядел, алебардами, арбалетами и старинного вида ружьями. Хорошо хоть не автоматическими винтовками.
Мы невольно замедлили шаг, положив руки на рукоятки мечей. Бежать обратно не было смысла — нашпигуют стрелами или пулями в спину, да и не для того столько времени добирались до обжитой местности, чтобы тут же двигать обратно. Наша внешность не отвечает описаниям проникших в Балверд и истребивших тамошний наблюдательный пост лазутчиков, если такие описания имеются у местных солдат, а значит, главное не показаться особенно подозрительными.
Правда, враги знают, что из покинутого города ушел отряд из четырех человек, а именно столько нас сейчас было. Это несколько беспокоило, но на то, чтобы создать фантомные образы еще парочки спутников, возможностей заклинания уже не хватило. Как и на то, чтобы заставить кого-нибудь из девушек выглядеть мужчиной или наоборот. Все же у магии имеются ограничения, и любое усложнение, вносимое в заклинание, требует еще больше силы.