Притягиваю ее к себе и заставляю злость термоядерную в пыль рассыпаться.
- Ты прекрасно выглядишь! – отвлекаю ее комплиментом, улыбаясь во все 32. На ней платье мятного цвета на запахе, а еще оно еле до колен доходит, что в принципе для нее не свойственно. – Идеальная моя! – с ног до головы ее разглядываю.
- Спасибо! – вышептывает заливаясь краской.
Боги, помогите! В мыслях глаза закатываю от восторга. Потяни за поясок и, уверен, все распахнется мгновенно.
- Идем обедать, - тяну ее за собой, намеренно блокируя пошлые задумки. Сначала накормить… А уже потом наслаждаться ее телом.
Глава 35
Рината
Все эти двадцать мучительных минут обеденной трапезы, я в таком предвкушении изнывала, что даже стыдно становится за все непристойности что тайком в моей голове транслировались.
Боже, вот это меня кроет!
Никогда… Еще никогда я так сильно не жаждала мужчину, как сейчас. Я еле на стуле усидела, пока заталкивала в себя еду, что лежала на моей тарелке. Мне кажется, я даже вкуса ее не ощущала, просто на автомате быстро пережевывала и без всякой осторожности, глотала… глотала… глотала.
Я так мечтала побыстрей оказаться на едине с ним, что, глупая, даже секунды в голове считала - так дико изнемогала. А сейчас, стоя напротив Темного, в его просторной гостиной, я трусливо дрожу, и позорно волнением обливаюсь.
Господи боже мой…
Ну и куда делась мое рвение?
Стою как первоклашка перед учителем. Колени дрожат. Щеки пылают. Дыхание на исходе.
А Лев все смотрит. Наблюдает.
- Расслабься, Рината, – его пальцы мучительно медленно скользят по моей пылающей щеке, пока возбужденный взгляд сокрушительно стекает в вырез платья.
Мамочки!
Кожа, где его настойчивые глаза прогулялись, невыносимым огнем полыхает. И грудь, точно распаренная в баньке, тяжелеет с каждым биением моего сердца.
- Отпусти смущение, - подбородок мой приподнимает, - Отдайся чувствам! – это уже в мои губы выдвигает.
Вдох. Выдох. Глаза в глаза. Дьявольские серебряные звезды, мое чистое небо затягивают. Залипаю. Утекаю.
Все… Я, больше не соображаю.
- Отдайся мне, Романова, - мягко затылок мой обхватывает и притянув к себе, наконец губ моих касается.
Разряд. И яростный ток проносится по всем моим нервным структурам. Слет бешенных мурашек трепетно селится на груди, а после и на спине, вдоль всего напряжённого застывшего в камень позвоночника. Горячая и мучительная дрожь в районе солнечного сплетения так и заворачивается от нежнейших поцелуев моего хищного несдержанного зверя.
- Я твоя! – вылетает совершенно неосознанно. В голове вата. Перед глазами все плывет. - Бери, - точно приказываю. Хотя, на самом деле, ни единого слова не разбираю. Даже не понимаю, кто команды в моей голове раздает.
Вот правда… Слышу свой голос, но не понимаю... Ничего… Все на какой-то неопознанной и очень странной эйфории происходит. Он так близко.
- Знаешь, как долго я ждал этих слов? – слышу ликующий отклик голос Темного, - Вечность… вдыхает в меня с томительной оттяжкой и лишь сейчас мысли в единую цепочку собираются постепенно.
Осознание… Гулкий удар и… Остановка сердца.
Я это вслух произнесла?
Божечки, ну все… Безвозвратно подписалась.
Теперь каждая мышца тремором идет. Сжимается. Задохнуться на грани, а Лев точно в экстазе победно улыбается и склоняется все ближе и ближе. К губам.
Опасно.
Очень.
Зависает в сантиметре. Просто стоит и втягивает в себя мое бешенное дыхание. Чего ждет?
Боже!
Знаете, если от сейчас же не поцелует – я… я, вероятно, рассудка лишусь, причем навсегда. Горит ведь все. Полыхает. Так нельзя.
Лев, точно почувствовав мое выбившееся из реальности состояние, сию же секунду вдавливает меня в себя с неутолимой жаждой. Сильно. Насколько позволяет мое хрупкое податливое тело.
- Моя!
С этим утверждением изголодавшиеся губы сплетаются в упоительно-страстном всепоглощающем поцелуе и… боже, я окончательно и бесповоротно лишаюсь адекватного сознания.
Ох… от этого процесса дуреть хочется, нестерпимо. Такие эмоциональные скачки подрываются, что на их опасном пике жадность неутолимая просыпается. В которой я самостоятельно и непозволительно грубо, сдергиваю с точеной груди его белоснежную футболку. Ведь в голове сейчас лишь одно… Хочу его голого трогать. Кожа к коже, до неизлечимых ожогов. Безумие, понимаю, но ничего не могу с собой поделать, и точно на адреналине принимаюсь рассеивать еще и ремень на его брюках.
Господи, какой кошмар! Головой от стыда мотаю. Эти команды, точно я своему мозгу посылаю? Я ли это?
Та, невинная часть меня хочет зажмуриться от стеснения, глаза закрыть плотно-плотно… Другая же, порочная, не может побороть интерес и жаждет все досмотреть до конца.
Его рваное дыхание туманит, пока мои пальцы отчаянно пытаются вырывать его кожаный ремень из петель. А его ловкие руки стремительно тянут поясок вниз, развязывая узелок, на котором держится мое провокационное платье.
Брендовый ремень с грохотом валится на пол и я, без всякой заминки, быстро расстегиваю металлическую молнию на ширинке.
Все… первый слой преграды, стремительно пополз вниз. Теперь только черные боксеры отделяют меня от внушительной выпуклости, которая каменным маяком торчит вверх и ужасно манит.
- Ох… - вздрагиваю от неожиданности, потому как Лев сжимая одной рукой мою талию, впечатывается силой своего желания в мой живот. Он даже не старается сгладить момент единения, намеренно показывает, как сильно жаждет меня вместе со своим зверем.
– Ссс… - втягивает в себя с шипением, вдавливаясь всё сильней, - Свихнуться можно, какая ты мягкая… – точно восхищается этим фактом, и вибрация от его хриплого голоса моментально отдается в каждую клеточку моего тела.
– Ух… а ты… - дыхание перехватывает, его достоинство трется о мой живот, - А ты неприлично твердый и… и боже, большой… – всхлипываю судорожно, запуская пальчики в его густую шевелюру.
Клубится такое ощущение, что он разорвет меня, как только проникнет внутрь.
- Весь твой! – отзывается мгновенно, а после страстно подхватывает мою губу и слегка прикусив оттягивает на себя. - Я буду аккуратным, Рината… - стягивает с моих плеч распахнутое платье, оставляя в одном белье.
Кажется его руки везде: на талии, на ребрах, на бедрах, на груди… Все печет. И в то же время будто от холода сотрясается, а я хирург со стажем, не понимаю как такое возможно. Как ему удается вогнать меня в подобное состояние?
Смешного мало, ведь я понимаю – это только начало. Самое сокрушительное впереди и это адски пугает.
- Боже, - взвываю, когда Лев резко поддевает мои бедра и смело усаживает на себя, параллельно лаская языком мои припухшие губы. Его член на моей изнывающей сердцевине и ощущение этого, напрочь лишает собственного сознание.
- Хочу! – требую не своим голосом. Обнимаю его крепче. Посасываю мягкие губы, пока Лев несет на руках мое дрожащее от возбуждения тело, в сторону спальни.
Сейчас все случится. Сейчас я стану его. Сейчас я отдам ему свою душу.
Темный неторопливо вносит меня в комнату и подойдя к кровати аккуратно опускает на нее, подминая тут-же под себя. Тяжесть его тела выбивает весь воздух из легких, и одновременно с этим наполняет их же порочным тягучим желанием.
Как только по моей шее поползли влажные прикосновения его настойчивых губ, мою часто вздымающуюся грудь сладко-болезненной вспышкой пронзает. Хочу его поцелуи ниже, там… там, где нестерпимо печет, где саднит мучительно остро.
- Лев! – в спине прогибаюсь, инстинктивно навстречу подаюсь.
- Черт, - сдавленно извлекает из себя и приподнимается. Глаза в глаза. - Рината, ты… ты пока не двигайся, малыш, умоляю, – слыша странную просьбу, сдвигаю брови домиком, словно больно. – Не забывай, что я зверь и я еще привыкаю к тебе, – напоминает осторожно, - Я до жути боюсь, что ты можешь сделать то, что снесет моему льву голову окончательно. И тогда, я могу навредить тебе, – предупреждает настороженно.