- Вы уходили в другой одежде, милорд, - флегматично заметила Рин, изящно поднимаясь на ноги.
- Долгая история, - махнул я рукой.
- Поиски увенчались успехом?
- Как сама думаешь?
Рин пожала плечами.
- Ты ждала меня с какой-то целью? Или просто соскучилась?
- Ежевечерний Совет, милорд.
- Ну, да, точно.
Дроу, орки, гоблины - большинство созданий Тьмы по понятным причинам ведут ночной образ жизни. Так что для моих подданных время активности только начиналось. А у меня за последний месяц напрочь сбился ритм сна, и, наверняка, скоро, начнется бессонница.
- У тебя есть что-то важное?
- Ничего особенного, милорд.
- Мне нужно переодеться. Я буду в тронном зале через полчаса.
- Да, милорд.
Я хлопнул дверью и опустил засов, пытаясь хоть ненадолго отгородиться от усталости и проблем. Сегодняшнее приключение немного взбодрило меня; я усмехнулся, представив себе лицо Мельхиора, когда он узнает, что его Избранный таинственным образом сбежал из запертой комнаты. Или был похищен? Возвращаться в логово врага я, конечно, не собирался. Пусть мне повезло сегодня, и за несколько часов никто не раскусил меня, но… Удача не может благоволить человеку постоянно.
Мои покои состояли из двух больших комнат. Первая представляла собой что-то среднее между кабинетом и приемной: шкафы с книгами, несколько столов, составленных буквой “Т” - явно для заседаний. Я посмотрел на огромный портрет, висящий над моим столом - на нем был изображен двухметровый верзила в черных, как ночь, доспехах. Лицо его было скрыто забралом шлема, а на плече лежал непропорционально огромный меч.
- Как же так вышло, товарищ Никтар? - спросил я у портрета. - Как ты докатился до жизни такой?
Месяц назад.
В зале ритуалов горел огонь ста одиннадцати черных свечей, сделанных из топленого жира младенцев, смешанного с пеплом и сажей, оставшихся от сжигания священных книг. На каменном алтаре была прикована юная девственница, одурманенная дымом болотных растений. Никтар, сменив черные доспехи на плащ, словно сотканный из самой первозданной тьмы, заканчивал последние приготовления. У стены стояла Алларин, держа в руках серебряный поднос, на котором лежал древний обсидиановый кинжал с серебряной рукоятью.
- Все готово для призыва генерала армии Тьмы, - голос Никтара разнесся по помещению гулким басом, заставляя Рин поежиться под своей мантией. Несмотря на то, что она служила Повелителю Тьмы уже год, она до сих пор так и не привыкла к его загробному голосу. - Алларин Дхарт’он из дома Бэнр, соверши приношение!
- Да, милорд, - Рин недрогнувшей рукой надрезала запястья пленницы. По специальным желобкам, выбитым в алтаре, заструилась багровая кровь.
- Помни, когда явится генерал Дэйр, ты должна будешь вырезать сердце жертвы и еще трепещущим подать генералу, чтобы он мог утолить свой голод. Постарайся не облажаться, юную девственницу не так уж просто найти в этом порочном мире. Невинная жизнь как плата за приход чистого зла в этот мир - что может быть символичнее?
Никтар рассмеялся низким раскатистым смехом и продолжил:
- Приди же в мир Адалора, генерал Дэйр, воплощение гнева. Приди и возглавь свою армию!
Вспыхнули сами собой разложенные вдоль круга горки серого порошка, давая густой черный дым. Однако, вместо того, чтобы подниматься вверх согласно законам природы, этот дым тянулся в центр пентаграммы, собираясь в подобие человеческой фигуры. Внезапно дым рассеялся без остатка, оставив в центре круга сидящего и удивленно озирающегося вокруг человека.
- Какого?.. - удивленно воскликнул Никтар. - Ты кто такой?
- А ты кто такой? - совершенно непочтительно отозвался пришелец.
Человек был одет странно и непрактично. Песочного цвета штаны до колен, свободная цветастая рубаха, открытая обувь из кожаных ремешков. В руке он держал какой-то ярко раскрашенный пакетик.
- Похоже, что-то напортачили в круге, - Темный лорд обескураженно потянулся было рукой к затылку, но, вспомнив про необходимость хранить лицо, резко опустил руку.