И тут меня осенило. Елена не знала, что Кара была сущностью, она просто думала, что ее драконья форма была отделена от нее. Может быть, именно это имел в виду Лео? Нужно ли мне было позволить ей освоиться с моей драконьей формой? Но это было бы все равно, что заставить ее думать, что дракон не связан с человеком. По крайней мере, она доверяла бы одной моей ипостаси.
Должно быть, так оно и было. Он сказал, что она расскажет. Кроме того, я не мог придумать ничего другого. Думаю, когда она обнаружит, что я солгал, мы вернемся к исходной точке.
На следующее утро мы добрались до места назначения еще до восхода солнца. Ветер в лицо и хлопанье крыльев заставляли меня просыпаться.
Я припарковал внедорожник и разбудил ее. Я отправил Эмануэлю координаты Рендж Ровера, чтобы он мог его забрать.
«Удачи», он прислал ответное сообщение.
Я вышел, достал сумки и наблюдал, как Елена потягивается, выходя из машины. Я положил ее маленькую розовую сумочку в свою большую и застегнул на молнию. У нас было все, что нам могло понадобиться.
— Куда теперь? — спросила она.
— Наш следующий пункт назначения находится в той стороне. — Я указал на холм.
— Почему мы останавливаемся, если пункт назначения находится в той стороне?
Здесь ничего не происходит.
— Потому что за этим холмом есть только каньоны.
Тишина.
— Мы летим? — наконец спросила она.
— Это самый быстрый способ добраться туда.
— Хорошо. — Она надулась.
Я направился к лесу. Я почувствовал на себе ее взгляд.
— Мы более чем рады, что ты можешь пойти с нами. Я собираюсь измениться.
— Нет. Я в порядке.
Я покачал головой. Она все еще питала слабость к наготе.
Я нашел самое большое дерево, какое только смог, и разделся, придерживая джинсы.
Что ж, Лео, надеюсь, ты прав насчет этого.
— 34~
Было приятно расправить крылья.
Трансформируясь, я случайно опрокинул дерево. Я устал ломать всякое дерьмо.
Она ждала меня прямо за деревьями. Я вернулся, сжимая в задней лапе свою одежду. Я попыталась улыбнуться, хотя никогда не пытался этого сделать в своей драконьей форме.
Пожалуйста, пусть это сработает.
Она уставилась на меня.
— Доброе утро, принцесса. Прошло много времени. — Наконец-то я мог быть самим собой.
Она прищурилась. Она не была глупой.
Это был потерянный…
— И тебе доброе утро, солнышко, — саркастически сказала она.
Я усмехнулся, что в моем драконьем обличье прозвучало как кашель.
— Извини за полет. Это не займет много времени.
Она улыбнулась.
Лео был прав.
— Я слышал, ты немного прибавил в скорости. Поздравляю с тем, что ты стал самым быстрым.
— Как мило, — сказал я. — Не могла бы ты оказать мне услугу? Положи одежду Блейка в сумку. — Я говорил как Брайан.
Я выронил одежду из лапы, и она положила ее в сумку.
Какого хрена? Это сработало.
Она застегнула сумку, а я вцепился когтями в ручку и прижал ее, чтобы закрепить сумку.
Она следила за каждым моим движением.
Я подкрался к ней на трех лапах и поднял переднюю лапу в форме корзины перед ней.
— Прямо как в старые добрые времена.
— Ты снова меня бросишь?
— Нет, тяжелые времена прошли, это я обещаю.
— Хорошо, — сказала она и забралась ко мне на лапу.
Я осторожно закрыл ее, взмахнул крыльями и взмыл в небо.
В моем сознании промелькнули образы страха на лице Елены, когда я вышел из леса. Хотелось бы надеяться, что устройство САС поможет развеять эти опасения.
Было приятно думать, что у меня появилась хоть какая-то надежда. Даже если это было только в моем драконьем обличье. Ей не обязательно было знать, что человек был так же влюблен в нее.
Я часами летел над облаками. Мне хотелось, чтобы она могла увидеть этот вид, но ее сердце бешено колотилось. Солнце садилось, и я спустился, когда мы добрались до нашей следующей остановки.
Ей бы не понравилось, что нам пришлось разбивать лагерь, и я беспокоился, что, когда я вернусь в человеческий облик, это все испортит.
Я грациозно приземлился и разжал лапу. Она вылезла наружу и была такой маленькой. Кто бы мог подумать, что она заявит права на этого зверя?
— Сегодня вечером мы разбиваем лагерь. Надеюсь, ты не возражаешь.
Она вздохнула.
— Все в порядке.
Это было нехорошо. Ее поведение изменилось с дружелюбного на откровенно грубое, когда я принял свой человеческий облик.