— Это не твоя вина, Блейк. Просто найди ублюдков, которые это сделали, и будь осторожен завтра. У меня плохое предчувствие.
— Эй, имей немного веры, пожалуйста. Я — Рубикон.
— И все же, это Горан, Блейк.
— Просто будь осторожен, Айзек, и позвони, если кто-нибудь попытается проделать то же самое в твоем сообществе.
— Ты знаешь, я так и сделаю.
— Лучше отведи их в сторону. Я буду просить о союзничестве, и никто другой.
— Понял.
Звонок прервался, и я с силой потер лицо.
— С ними все в порядке?
Я кивнул.
— Это были оборотни из сообщества, которое мы обыскивали в тот раз.
— Нет, Блейк.
— Становится все хуже. Виверны были в своих человеческих обличьях, Эммануэль, и пришли от имени Гельмута, прося о союзе.
— Что? Гельмут ничего не говорил.
— Может быть, он не хочет, чтобы ты волновался.
— Это не так работает, Блейк. — Он развернулся и зашагал обратно к таверне.
У меня было достаточно собственных человеческих проблем, и я решил не помогать в этой.
Я пошел в свою комнату и нашел сумку, которую отдал Елене. Я снял брюки и пошел принять душ, чтобы избавиться от вони.
Было приятно просто позволить теплой воде омыть каждый дюйм моего тела, и только тогда я понял, насколько устал.
Этот перелет всегда изматывал меня, но это было в тридцать раз лучше, чем подниматься на лифте.
Лифты выводили меня из равновесия на несколько дней, почти так же плохо, как отсутствие Елены рядом со мной, и это было последнее, что я хотел почувствовать перед возвращением в Итан.
Наконец я закончил, натянул брюки, которые были в рюкзаке, и вышел из комнаты.
Я спустился обратно, услышав голос Гельмута, требующего встречи со мной.
Мой отец ему не сказал?
Я нашел их в офисе.
— Мой отец тебе не сказал?
— Только не ту часть, что они пришли в деревню от моего имени.
— Извини, Гельмут. Я думал, ты знаешь.
— Нет, Блейк. Это полный бардак.
— Бардак, о котором принцессе знать необязательно.
— Может быть, завтра — не самая лучшая идея.
— У нас нет выбора. Мы не можем откладывать это еще на пять месяцев, Гельмут, — проговорил Эмануэль.
— Эмануэль, если они поймают Блейка и Елену…
— Серьезно. — Я перебил его. — Ты думаешь, я позволю этому случиться. Я испепелю твоего брата, и если я этого не сделаю, это сделает Елена.
Он кивнул.
— Ты — это все, о чем я беспокоюсь. Ты тоже. — Он посмотрел на Эмануэля.
Тот просто кивнул.
Конни появилась из ниоткуда.
— Добрый вечер, Блейк. Еда готова.
Как раз в этот момент у меня заурчало в животе, и все захихикали.
— Принцесса позаботилась о том, чтобы я тебе кое-что оставила.
Я улыбнулся. Может быть, Джордж был прав насчет того, что Елена заботится обо мне больше, чем я думал.
Я пошел в столовую, и Гельмут с Эмануэлем пошли со мной. Мы говорили о том, как донести эти послания до мужчин. Гельмут рассказал мне о трюке, который они использовали, чтобы завернуть сообщения, написанные кодом, разрезать на маленькие кусочки, каждый из которых правильно пометить, и положить в шарики из оленьего помета или грязи, чтобы они выглядели как шарики навоза.
— Ладно, это все еще не говорит мне, как я могу передать им сообщения?
Эмануэль начал хихикать.
— Ты плюешь в них этим, — сказал Гельмут так, словно это была самая естественная вещь в мире.
— Ты хочешь, чтобы я положил это себе в рот?
— Или можешь бросить, Блейк.
— И у меня все руки в дерьме.
— Твой выбор.
— Это единственный способ?
— Да, если ты не хочешь быть пойманным или привлекать к себе внимание. О, и когда ты это сделаешь, у Ала было кодовое слово, которое он использовал со своими людьми. Это глупое слово. Но они узнают, что это значит.
— Какое?
— Булавайо.
— Подожди, что?
— Булавайо. Я же говорил тебе, что это глупо. Но именно так они действительно узнавали, что это от него, и что помощь рядом.
— Сколько раз ты этим пользовался?
— Во время войны — много. Твой отец никогда не рассказывал тебе об этом?
Я покачал головой.
— Смерть его всадника здорово подкосила его.
— Мне жаль, Блейк, — сказал Гельмут.
Я вздохнул.
— Хорошо, я сделаю это. — Сомневаюсь, что Елена после этого снова когда-нибудь поцелует меня.
— О, и еще кое-что, Елене нужно переждать это с Реймондом, — сказал Гельмут.
Я усмехнулся.
— Она этого не сделает. Ты можешь забыть об этом, и, честно говоря, я бы слишком волновался, чтобы сделать то, что нужно.
— Она будет с Реймондом.