Мы сделали перерыв и попробовали еще раз. Тот же результат. Когда мы это сделали? Почему тогда я не чувствовал боли? Это сводило меня с ума.
В итоге Елена была разочарована, и мы чуть не поссорились из-за этого. Тем не менее, каким-то образом она согласилась, что это было то, чем нам нужно было овладеть.
Пришло время снова пойти и встретиться с Табитой для нашей вечерней рутины, и я поцеловал Елену на прощание в макушку.
Я ненавидел так сокращать наше время, но надеялся, что Табита прекратит это после сегодняшнего вечера. Она увидит, что ее брата, возможно, нет в Пейе.
Мы попрощались на лестнице, и я помчался в свою комнату, чтобы быстро принять душ.
Когда я спустился вниз, Табита ждала в вестибюле и, увидев меня, подошла ко мне.
— Нам нужно поторопиться, — сказал я ей, и она кивнула. Я открыл дверь, и мы направились к ближайшему выходу, чтобы подняться в башню.
Я стянул с себя халат и трансформировался, как только мы оказались на поляне. Я услышал хлопанье крыльев Табиты прямо у себя за спиной, когда мы достигли облаков.
Она протянула мне одну из рубашек Фила, от которой исходил его запах, и мне пришлось очистить свой разум, позволить ему наполниться запахом Фила, чтобы я мог отследить его.
Это был едва заметный след, и мы пошли по нему.
Должно быть, это был старый след, так как он заканчивался недалеко от его квартиры.
— Может быть, он вернулся? — спросила меня Табита.
— Нет, это старая тропа.
— Можем мы, пожалуйста, просто взглянуть? Мы здесь, Блейк.
— Хорошо.
Мы приземлились на крыше многоквартирного дома Фила и снова приняли человеческий облик.
Я снова накинул халат на себя и поднялся по лестнице.
Мы пошли в квартиру Фила, но все было именно так, как мы оставили ее несколько дней назад.
Так пахло лучше.
— Где, черт возьми, он может быть? — Табита снова не выдержала и заплакала. Она никогда не плакала.
— Эй, успокойся, ладно. Твой брат — Ночной Злодей, Табита. Поверь мне, когда я говорю, что он может сам о себе позаботиться.
— Где он, Блейк?
— Не знаю. Но очевидно, что все это не помогает. Никто его не видел, Табита.
— Пейя большая. Мы не можем сдаться сейчас. Что, если ему понадобится наша помощь?
Я вспомнил то чувство, когда искал Елену в то время.
Это снова должно было превратиться в подобный поиск.
— Когда ты в последний раз разговаривала со отцом?
— Сегодня утром. — Она покачала головой. — Они с ума сходят от беспокойства, Блейк.
— Хорошо. Мы можем продолжить завтра вечером, проведя обыск в другом месте.
Она обхватила меня за шею.
— Спасибо тебе, Блейк. Спасибо тебе, спасибо, спасибо.
— Дай мне просто подумать о других способах попытаться выследить его.
Она кивнула, и я сжал ее плечо, когда на ее глаза навернулись слезы.
— Пожалуйста, не плачь. Твой брат не заслуживает слез. Как бы плохо это ни звучало. Он идиот, Табита.
Она усмехнулась.
— С этим мы можем согласиться.
Мы вернулись в Драконию.
Была поздняя ночь, когда мы вернулись к главному входу и наткнулись на Сэмми и Дина, которые сидели на ступеньках и болтали.
Лицо Сэмми говорило само за себя. Дин даже не мог взглянуть на меня.
— Черт, — сказала Табита.
— Это не то, что ты думаешь, ясно? — сказал я Сэмми.
— Это не то, что я думаю. Ты невероятен, Блейк.
— Я ухожу.
— Да, иди, убегай, как всегда. Табита. Все, что ты делаешь, — это вызываешь дерьмо.
— Может быть, тебе стоит не совать свой нос в дела других людей, — бросила Табита через плечо.
— Это не так, Саманта, — сказал я сквозь хрюканье. — Пожалуйста, не говори Елене.
— Как скажешь, Блейк. Вываливай это дерьмо на Елену, а не на меня.
Она поднялась по лестнице, даже не попрощавшись с Дином.
Я хотел последовать за ней, но Дин остановил меня.
— Она не собирается рассказывать, Елена, но тебе нужно это сделать, Блейк.
— Все не так, Дин.
— Почему бы тебе тогда не рассказать Елене?
— Потому что она бы волновалась.
— Может быть, у нее есть на то причина.
— О, ради всего святого, Дин. Я — дент Елены. Она — моя жизнь. Ты действительно думаешь, что я бы так с ней поступил?
— Тогда что ты делаешь с Табитой, Блейк? Ночью.
— Я помогаю ей найти Фила, ее брата. Он пропал, ясно. Вот и все.
— Почему ты просто не можешь сказать это Елене?
— Потому что я говорил тебе, что это только заставит ее беспокоиться о ненужных вещах. У нее много забот, Дин.