— Серьезно, ты не мог просто расстаться с ним? Только один раз, — проговорила она, изо всех сил цепляясь за мою руку. Падать было далеко; если бы она упала, то сломала бы по крайней мере обе ноги и пару ребер.
— Ты понятия не имеешь, что символизирует этот флаг. — Я потянул ее за руку, и она подлетела ко мне. Я обнял ее за талию. Ее запах был из тех, что радовали мои ноздри. Это разогрело все мое естество и вернуло мои чешуйки туда, где они должны были быть. Это было прекрасное чувство.
Она глубоко вздохнула, пристально глядя на меня.
— Очень разочаровывающе, Блейк.
Она не выглядела расстроенной.
— Извини, кажется, это моя область знаний.
Она хихикнула и покачала головой. Я подтолкнул ее к выступу и наблюдал, как она снова выбралась на подиум. Другой рукой я дотянулся до вершины гребня и подтянулся вверх.
Тейлор все еще аплодировала. Это раздражало меня до чертиков.
— Вы, ребята, серьезно относитесь к этому делу Лиги Драконов. — Елена продолжала смотреть на Тейлор, и ее Кэмми зажужжал. Она улыбнулась, открывая его.
Появилось лицо моего отца.
— Достала?
— Нет, он слишком быстр, заметил, когда мы вошли в пещеру.
Мой отец хмыкнул, и его голограмма исчезла.
Я тихо рассмеялся, когда она улыбнулась. Мы направились к выходу из пещеры. Флаг был надежно зажат в моей руке.
Я помог Елене взобраться на верхнюю платформу, которая вела к боковому проходу, и мы вышли из пещеры.
Оказавшись снаружи, я услышал, как Тейлор дразнит Сэмми и Дина.
Что такое с этой цыпочкой? Это была просто игра.
Когда мы подошли к ним, она выхватила у меня флаг и замахала им, подбадривая громче.
Моя сестра просто уставилась на нее, что заставило меня рассмеяться. Джорджа и Бекки не было, и в этом не было ничего удивительного.
Сэмми поймала мой взгляд.
— Я действительно думал, что ты позволишь Елене просто взять его, Блейк. Только в этот раз.
— Извини, это не тот флаг.
— Ух, ты такая идиотка, — сказала она, и Елена рассмеялась.
— Ну, если бы ты была в моей команде, ты бы сделала все, что в твоих силах, чтобы не потерять и этот флаг тоже. Папа просто расстроен, потому что я близок к тому, чтобы побить рекорд его команды, — сказал я. — Это очень дурной тон — так использовать Елену.
Саманта снова хихикнула, и Елена тоже.
Мы вернулись в лагерь пешком.
— Так что же доставляет мне удовольствие находиться в вашем обществе в эту прекрасную ночь? Разве вы не должны где-нибудь праздновать?
— Мы веселились прошлой ночью. Я не думала, что ты даже знаешь, какой сегодня день. Ух ты, я впечатлена.
Я усмехнулся. Если бы только Елена знала.
— С днем рождения, Елена.
— Спасибо тебе, Блейк.
— Девятнадцать, ничего себе.
— Да, если бы только люди относились ко мне как к девятнадцатилетней, а не как к десятилетней девочке, это было бы потрясающе.
Я улыбнулся. Не зная, что она имела в виду.
— Ты все еще не ответила на мой вопрос. Удостаиваешь нас своим присутствием. Подожди, дай угадаю, мой отец подбил тебя на это?
— Нет, — в ее голосе звучало немного неловко. — Ральф оставил мне это. — Она протянула мне мой дневник. — В тот день, когда он продемонстрировал суперкостюмы. Это была твоя идея? — спросила она.
Я кивнул.
— Я знал, что никто не сможет сшить седло, которое подошло бы к моей большой заднице, поэтому мне пришлось придумать план получше, чтобы ты чувствовала себя в безопасности.
Она снова рассмеялась.
— Ты открыла его? — Я взглянул на свой дневник. Она разделяла эту способность. Ту, которая была ключом. Дерьмо. Боль, которую я почувствовал несколько раз, была вызвана тем, что она использовала розовый поцелуй, а я все еще был в человеческом обличье.
— Розовый поцелуй был блестящей идеей, но я очень быстро до этого додумалась, извини.
— Итак, я так понимаю, ты прочла. — Мне это ни капельки не понравилось. Это выразил мой голос. Кое-что из этого было темным, очень темным. Вещи, о которых я не хотел, чтобы она когда-нибудь узнала. Ирен…
— Пожалуйста, не сердись, — она мягко коснулась моей руки. Это послало миллион вольт вверх по моей руке. — Это были самые прекрасные слова, которые я когда-либо читала. Кто бы мог подумать? Ты, поэт.
Я просто уставился на нее.
— На самом деле ты должен быть благодарен за то, что этот дневник попал ко мне. Именно эти слова заставили меня осознать, какой глупой идиоткой я была, — пролепетала она.
Что? Я совершенно не ожидал этого. Она действительно так отличалась от всех других людей, которых я знал, — очень похожа на своего отца.