— Переупаковываю библиотеку.
— Хочешь мой список?
— А что у тебя? — спросила она.
— Убираю Колизей.
— Лучше переупаковка библиотеки.
— Я так и думал, — улыбнулся я. — Кроме того, переупаковка библиотеки — не так уж плохо. Это означает, что ты также перешерстишь раздел с ограниченным доступом. Можешь попытаться найти недостающий ингредиент.
— Хорошая мысль, — сказала она.
— На самом деле я один из самых умных драконов в мире, — пошутил я. — Но, вспоминая наше чудесное времяпрепровождение вдали друг от друга… — В моем голосе звучал сарказм. — …я не за этим ходил к мастеру Лонгвею. На самом деле я пошел поговорить с ним о твоем обучении, и он считает, что это хорошая идея. Твое первое занятие начинается сегодня вечером в восемь. Не опаздывай. — Я повернулся прежде, чем она успела возразить.
— Что? — закричала она.
— Купол Парфенона в восемь.
— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, — сказала она себе под нос.
— Нет, просто будь там, — ответил я ей, поднимаясь по лестнице.
Я не мог дождаться сегодняшнего вечера. Наконец-то привнести немного Блейка Лифа в ее тренировки будет забавно.
Я спустился к куполу Парфенона, надеясь, что Елена уже будет там, но ее не было.
Людям это давалось так легко.
Я собрал коврики для сегодняшней тренировки.
Время тянулось очень медленно, и я так сильно это ненавидел.
Это также дало мне время подумать о том, как я хотел бы тренировать Елену. Я хотел, чтобы она стала смертоносной, научить ее защищаться, если бы меня не было рядом, это могло бы помочь. Паппи прожил годы без своего дента. Если бы это были мы с Еленой, я бы никогда не хотел, чтобы она снова чувствовала себя беспомощной, как это было в Итане. Я был ее драконом. У меня было много врагов.
Научить ее грязному бою требовало только одного. Я должен был вернуться к тому Блейку, которым был раньше. К тому Блейку, который любил тьму и ринг, к тому, кто любил убивать. Всего на короткое время, но она быстро усвоит урок. Не драться в гневе. Лучше быть тем, кто ворошит дерьмо, чем тем, кому приходится с этим разбираться.
Только что пробило восемь, а Елены не было.
Это вывело меня из себя. Дверь открылась в одну минуту девятого, и вошла Елена, одетая в слаксы, кроссовки и рубашку.
Я просто посмотрел на нее, а потом посмотрел на свои часы.
Она разинула рот.
— Уже восемь.
— Минута, — ухмыльнулся я.
— Просто пообещай мне, что мы не будем пробовать это сегодня вечером, — умоляла она.
Я улыбнулся, когда мой разум автоматически переключился на совершенно другое согласие, которое было видно по моему лицу.
— Зависит от того, какую трудную часть ты имеешь в виду.
Она покраснела и закрыла глаза.
— Я про обладание способностями.
— О, — улыбнулся я. — Хорошо. Обещаю.
Я поставил бутылку с водой и подошел к ней. Мои шаги были больше похожи на преследование.
Она снова покраснела, и я рассмеялся.
— У тебя грязные мысли, Елена Уоткинс.
— Неважно. То, как ты это сказал, заставляет меня думать, что у тебя на уме что-то грязное.
— Я не такой, — снова поддразнил я ее.
Она рассмеялась, приподняв брови.
— Конечно, это не так. А теперь давай начнем.
Я ахнул.
— Я больше не тот Блейк, Елена, и на самом деле это купол Парфенона.
Она снова покраснела и рассмеялась.
— Заткнись. Я не это имела в виду, а урок. Урок борьбы.
— Как скажешь, принцесса.
— Я серьезно. — Ее голос звучал серьезно, но на лице все еще играла улыбка.
Мое настроение передразнивало ее, но, честно говоря, поддразнивать было забавно.
— Ладно, я видел, как ты дерешься. Неплохо. Я вижу, Люциан хорошо тебя обучил, поскольку ты дерешься более или менее в том же стиле, который использовал он.
Она понимающе улыбнулась.
— Он научил тебя драться, ну, чисто. Я собираюсь научить тебя грязному бою.
Ее улыбка исчезла.
— Это нехорошо.
— Да, это так. Грязные бойцы всегда побеждают.
— Хорошо, тогда продолжай. Научи меня грязно драться. Смогу ли я бодать людей головой?
Я рассмеялся. Часть Елены была невероятно взволнована этим.
— Я могу научить тебя этому, если хочешь.
— Я думала, это так же просто, как ударить кого-нибудь головой?
— Нет, если ты сделаешь это неправильно. В итоге у тебя будет одна сплошная головная боль.
— О, так в грязных боях тоже есть правила?
— Есть, но их всего несколько, — сказал я. — А теперь возьми топоры. Больше никаких шуток. Я отношусь к дракам вполне серьезно.