— Черт, она там?
— Да, придурок, она здесь. Теперь она знает, почему она мне так нравится.
Айзек рассмеялся.
— Итак, мы собираемся встретиться с ней на этот раз?
Я посмотрел на Елену, которая обернулась и посмотрела на меня.
— Не знаю. Вы, ребята, немного грубоваты по краям, — поддразнил я.
— Обещаю, мы будем вести себя наилучшим образом.
— Мне нужно это увидеть, прежде чем я в это поверю. Увидимся в четверг вечером на репетиции, и скажи Таю, чтобы он был трезвым.
— Понял.
Мы попрощались, и я усмехнулся.
— Значит, я нравлюсь тебе только из-за моих денег?
Я улыбнулся.
— Ты знаешь, мою привязанность нельзя купить, Елена.
— И все же ты сохранил байк.
— Да, — я посмотрел на нее. — Ты же знаешь, как трудно было швырнуть тебе обратно эти ключи. Тогда я был таким засранцем.
— Да, был, но ты был моим засранцем.
Я хихикнул, как идиот, услышав, как она это сказала.
— Даже если я этого не заслуживал.
— Особенно потому, что ты этого не заслуживал.
Она посмотрела на меня.
— Так что же это за Расщелина?
— Возможно, ты даже не захочешь идти, потому что в последний раз, когда ты была там, множество драконов пытались убить тебя.
— Эта Расщелина? — Ее глаз слегка приподнялся.
— Да, — ответил я с закрытыми глазами.
— Нет, я бы с удовольствием поехала туда снова и встретилась лицом к лицу со своими страхами перед этим местом.
Я рассмеялся.
— Видишь? В конце концов, мы не так уж и отличаемся.
Мы вернулись в Академию около десяти утра в среду. Елене пришлось вернуться, мне было приказано оставаться на месте, но Эмануэль пошел с ней. Собрался совет, и все пошло по плану. Они ничего такого не ожидали. Она привела нескольких разведчиков, у которых была новая информация для короля Гельмута, и Елене пришлось заменить их новой группой.
Завтрашняя репетиция обещала быть хорошей для нас обоих.
Мы немедленно вернулись к занятиям.
Я надел свои темные очки и был рад, что никто из профессоров не попросил меня их снять.
Черт, новости распространялись быстро.
В тот вечер я снова тренировал ее и должен был признать, что с каждым утром чувствовал себя все лучше. Мой огонь тоже становился сильнее, когда я играл с ним так же, как когда только получил его. С каждым днем он становился все сильнее и сильнее, и я чувствовал себя менее замерзшим.
Я был занят тем, что стряхивал с себя эту адскую дыру тьмы и молний. Но по ночам мне все еще снилось это.
После тренировки я провожал Елену обратно в ее комнату.
Я ненавидел прощаться с ней, особенно сегодня вечером.
Я начинал ненавидеть академию все больше и больше.
Нам приходилось быть осторожными, так как мастер Лонгвей мог буквально притаиться за углом, наблюдая за нами.
— Сладких снов, принцесса.
— Да, да, — сказала она и бросилась вверх по ступенькам.
Я действительно почувствовал себя таким выбитым из колеи, когда вошел в свою комнату и обнаружил Джорджа на кровати, читающего книгу, ожидающего полуночи, чтобы прокрасться в комнату Бекки.
Нахуй. Я не смогу заснуть сегодня ночью, если не буду рядом с Еленой.
Около двенадцати мы с Джорджем подошли к окну.
— Ты собираешься мне помочь?
— Отвали, пошли отсюда.
— И оставим эту прекрасную комнату пустой?
— Мне все равно. Вперед, пока Чонг не постучался в дверь. — Я отругал его, и он забрался на крышу.
Я последовал за ним после того, как закрыл окно с помощью телекинеза и выключил свет.
Мы шли по крыше как можно тише. Я скользнул вниз по желобу к четвертому этажу. Джордж последовал за мной.
Мои руки горели, но моя способность к исцелению уже была на пределе, а это означало, что ранки исчезнут через несколько часов.
Окно Бекки было приоткрыто на дюйм, и мы проскользнули в него.
— Тссс, — прошептал Джордж, когда я сбил лампу Бекки и подхватил ее, прежде чем моя сестра проснулась.
Но она храпела, очень по-женски.
Мы оба тихо рассмеялись над этим, и я подошел к кровати Елены и устроился рядом с ней.
Я все еще был опустошен и заснул быстрее, чем, возможно, рассчитывал.
— 18~
Джордж тихонько разбудил меня на следующее утро, и мы тайком выбрались из комнаты девочек и отправились в свою.
Джордж усмехнулся, когда мы влезли в наше окно.
— И вот как это делается.
Я покачал головой, когда этот идиот рассмеялся.
— Я думал, что я слабак, но у тебя все плохо получилось, здоровяк.
Я хмыкнул и уставился на него.