— Кроме Фредерика, — усмехнулся я.
— Откуда ты знаешь? — баньши обернулась ко мне. Губы ее слегка искривились в усмешке.
— Он здесь, — я тоже усмехнулся.
Тотчас тяжелое смрадное дыхание, которое я слышал уже около часа, стало громче. Послышался плеск воды и прямо из болота, напугав лошадей, выскочил гигантский волк грязно-серого цвета. Лошади занервничали, дергали поводья и переступали на месте, порываясь рвануть с тропы. Кира тотчас повисла на шее у своего коня, успокаивающе что-то зашептала ему на ухо. Гигантский зверь в два прыжка очутился рядом с баньши, и с той моментально слетели зеленые путы.
Лан-го-шин рассмеялась и потрепала волка по загривку. Тот довольно рыкнул и поднялся на задние лапы. Хрустнули, смещаясь тазовый кости, вытянулась морда. Передние лапы удлинились, свесившись практически до колен, подушечки пальцев превратились в ладони, с пятисантиметровыми когтями. За спиной, практически касаясь земли, висел пушистый хвост, спереди тоже висело кое-что, длиной чуть выше колен. Вурдалак выпрямился во весь свой двухметровый рост и облизнулся, демонстрируя два ряда острых зубов, с которых капала слюна и темно-зеленый длинный язык.
— Между ног болтается, на «х» начинается, — выдал Ламберт и тут же зашелся нездоровым переливчатым смехом.
— Хвост, — беспристрастно парировал Пауль и поудобнее перехватил топор.
С разных сторон заблеяли, заскулили козловолки, окружая нас плотным кольцом. Наше положение ухудшалось еще и тем, что мы совершенно не представляли, куда можно наступать, а куда нельзя. Монстров же эта небольшая мелочь ничуть не волновала. Зажатые между двух холмов, мы стояли, ощетинившись оружием, как загнанный в угол еж.
Положение, конечно, хуже некуда. Слева и справа начинались холмы, в каждом из которых, если верить баньши, мог прятаться Вирм. Сверху оборону держать легче, и до каждого из холмов было не более пятидесяти метров, но кто даст гарантию, что сделав шаг в сторону, мы по уши не уйдем в болотную жижу.
Впереди стояла Лан-го-шин, каким-то чудом освободившаяся из моих пут и волк, возможности которого мы не знали. Сзади к нам направлялось блеюще-рычащее стадо голов, этак, на семьдесят.
— Кира, Ламберт — в центр, Пауль, прикрывай тыл, — быстро отдал приказ я и развернулся лицом к своим основным врагам.
Вурдалак и баньши стояли рядом и едва что не держались за руки.
— Неужели, самозванец, ты думал, что сможешь справиться со мной? — расхохоталась девушка.
— Я и сейчас так думаю, — я пожал плечами. — Тоже мне противники нашлись.
— Шути, пока у тебя есть такая возможность, — прорычал Фредерик. — Твоя история окончится здесь, человек, называющий себя Первым Мастером.
— Минуточку. Я не называю себя Первым Мастером. Это вот они меня так стали называть.
— Юмор в безвыходной ситуации. Типичная человеческая реакция. Через несколько минут, когда ты все-таки осознаешь безвыходность своего положения, он сменится паникой, — Фредерик облизнулся. — Давно я не ел сладкого человеческого мяса.
— От него зубы выпадают, — усмехнулся Ламберт. — Эй, Темный, там сзади у нашего общего друга сейчас начнутся проблемы.
Я на мгновение задумался. Разворачиваться спиной к Фреду с его стальными зубами мне не хотелось, но шут прав — один рыцарь не справится, даже на узкой тропинке.
— Уходим к левому холму, — приказал я, оценив расстояние и возможный маршрут.
Все же следует отдать должное моему небольшому отряду — его члены питали глубокое уважение к своему командиру, то есть мне. Едва я отдал приказ к отступлению, как все организованным полукругом, спиной вперед, сошли с тропинки. Хотя подсознательно я понимал, что вновь найти ее будет совсем непросто, но иного выхода сейчас не было. После того, как с баньши спало мое заклинание, я уже несколько раз пытался дотянуться до источника зеленого пламени, но пока безуспешно. Невеар по этому поводу никаких мыслей не высказывал, а я пока не интересовался, не до того было.
Стадо козловолков, рыча и блея, двинулось за нами. Лан-го-шин и Фредерик неспешно двигались в середине этой толпы, спокойные и уверенные в своей победе.
— Я понял! — внезапно радостно заорал Ламберт, когда мы каким-то чудом добрались до холма, ни разу не провалившись в болото ниже колена.
Все недоуменно развернулись к нему, даже монстры замерли, с интересом наблюдая за сумасшедшим человеком.
— Это, — парень обвел рукой стадо, — козловолки, появились от союза этих двоих!
Его перст уперся в парочку нежити.
— Ламберт, не надо, — тихо попросил я, понимаю, к чему он клонит.
— Но если Фред — волк, то вот эта барышня получается самой настоящей козой!
И шут вновь зашелся в приступе хохота. На пару мгновений над болотом воцарилась звенящая тишина, нарушаемая только безумным смехом шута.
А затем я едва успел вскинуть ширму, ибо оскорбленная до глубины души баньши вновь завизжала. С трудом сдерживая напор разъяренной девушки, я с грустью подумал о том, как сейчас не хватает Музыканта с его огненными демонами. Тот бы моментально разобрался с боящимися огня козлятами. Но Игорь был недоступен, и полагаться в который раз оставалось только на себя, потому что мои спутники катались по земле, зажимая руками уши.
— Порвите их в клочья, — взвыла Лан-го-шин, перестав визжать. — Уничтожьте их наконец-то, во имя нашего бога и господина Драгора!!!
И здесь без него не обошлось! Хотя в принципе логично, что все зло в этом мире поклоняется одному богу.
«Вопреки распространенному мнению, — задумчиво начал некромант, моими глазами глядя на несущееся на нас козлоногое воплощение смерти, — Видящий Суть появлялся в Вельтерроне после своего бегства. В самом начале Войны Мертвых он вновь пришел в этот мир. Предложил мне свой союз, но как обычно предал всех и вся и бежал, спасая свою жалкую шкуру, как только дело запахло жареным. Вполне возможно, что в гибели трех сотен имперских воинов виноват именно он».
«Даже если и так, — мысленно ответил я, — почему слуги Драгора не попытались найти и уничтожить доспехи Первого Мастера?»
«По всей видимости, их сил было недостаточно. А потом даже память об оружии стерлась в веках. К тому же, уничтожить созданные богом доспехи из черного серебра не под силу обычной нежити. Их можно только спрятать, окружить непроходимыми горами и болотами и легионами стражей, но разве тебя это остановит?»
Весь этот разговор продлился меньше мгновения, и за это время стадо уже почти достигло середины холма, на котором мы остановились. Я еще раз обвел взглядом своих лежащих в беспамятстве друзей и крутанул на пальце Кольцо Чернокнижника. Раз времени на заклинания не остается, значит, будем бить врагов чистой энергией.
Руки мои окутало зеленое пламя, я наклонился к земле, когда до козловолков осталось не более тридцати метров. Быстро прошептав короткое заклинание, я положил руки на болотистую почву.
— Лес Смерти, — шепнул я, улыбаясь.
Первые монстры уже приблизились на десяток метров, когда из земли к небу устремились остро-оточенные штыки из зеленого мрамора. Послышался звук разрывающейся плоти и хруст костей, а затем полный боли визг. Шипы стремительно вырывались из-под земли под разными углами, разрывая волчьи тела, отсекая конечности и пронзая бедных уродцев насквозь. Стадо (или все же стая?) за несколько мгновений лишилась около двух десятков голов. Остальные попытались удрать, но я лишь глубже погрузил руки в землю. И вновь к небу взметнулись смертоносные зеленые копья, по которым тотчас на землю стала стекать ярко-алая кровь.