Вздохнув, я вышел из комнаты и попал в коридор на втором этаже. Так, если я пойду направо, то попаду в ванную, а если налево, то спустившись на первый этаж смогу отыскать кухню. Так ванная или кухня? Пока я боролся с выбором, одна из дверей открылась и, держась за стену, в коридор выбрался Хаар. В помятых штанах и с помятой физиономией. Мы обменялись одинаковыми хмурыми взглядами, и Архимаг кивком головы пригласил меня следовать за ним. По-видимому, этот жест ему на пользу не пошел, парень скривился, и просто махнул рукой. Я тоже вяло помахал ему ладошкой, показав, что понял и мы, держась за стену, пошли на кухню.
Спуск по лестнице я описывать не буду. Может в старости, когда у меня будет время, я окунусь в ностальгию и стану писать мемуары, то опишу наш поход из комнаты в кухню. Да так, что если бы Кафка прочитал этот трехтомник, он бы залился горючими слезами от умиления.
Кухня была меньше, чем гостиная, но намного больше, чем я мог себе представить. Две огромных печи, четыре стола, несколько раковин, многочисленные шкафчики и полочки, стены, на которых висели блестящие половники, ножи, вилки и прочие предметы кухонной утвари.
Архимаг уверенно открыл один из шкафчиков, закрыл его, открыл другой, уже не так уверенно, потом третий. Наконец отчаявшись найти то, что искал, Хаар выглянул из кухни и позвал:
— Сюзанна!
Через минуту в кухню вошла невысокая старушка в синем ситцевом платье и белом переднике. Седые ее волосы были убраны под белый чепчик, но в руках, уже по-старчески высохших, не было дрожи. В них чувствовалась сила хозяйки.
— Сюзанна, — смущенно пробормотал Архимаг. — Я не могу найти чашки.
Старушка вздохнула, распахнула один из шкафчиков прямо перед носом Хаара и извлекла из него две высокие фарфоровые чашки. Укоризненно посмотрев хозяину дома в глаза, кухарка вновь вышла из кухни.
— Спасибо, Сюзанна, — крикнул ей вслед парень. Ну, силен. У меня не было ни сил, ни желания разговаривать в принципе.
Архимаг же, уже подхватил обе чашки и наполнял их водой и кувшина. Потом он накидал туда каких-то травок и протянул одну чашку мне. Не отвечая на мой вопросительный взгляд, Хаар приложился к чашке, залпом выпив все ее содержимое.
Я последовал его примеру и почувствовал, как после первых же глотков головная боль и тошнота отступают.
— Главное до дна, — услышал я и, не останавливаясь, осушил чашку.
— Ух ты, — выдохнул я, отставляя пустую посуду. — Классная травка. На ней же озолотится можно.
— Да, — откликнулся явно посвежевший Архимаг, — но вот только растет она только один месяц в году. Потом желтеет и утрачивает свои свойства.
— Понятно, — я кивнул уже без всякого ущерба для головы. — Но нашим друзьям то ты оставил?
— Естественно, — улыбнулся Хаар. — Пошли их, что ли, будить. День давно на дворе.
Я только сейчас бросил взгляд в окно и обнаружил, что солнце уже давно поднялось и время завтрака миновало часа так четыре назад.
Кстати, насчет завтрака. После волшебной травки Архимага мне захотелось есть. Я чувствовал себя просто замечательно, но вот мои спутники такое расположение духа не разделяли. Когда я с вопросом: «Кто будет завтракать?» заглянул во все три комнаты, в меня полетели: две подушки, один бронзовый подсвечник, шлем, пустая бутылка и, почему-то шелковая рубаха, которая, впрочем, даже будучи скомканной до двери не долетела.
Но вскоре неразлучная троица все же была поднята на ноги, избавлена от похмелья и отправлена в обеденный зал. После короткого, но питательного завтрака, я спросил у Архимага:
— А где твоя сестра, Хаар?
— Лорианна отправилась в город еще с утра, уладить кое-какие проблемы, — ответил хозяин дома, допивая яблочный сок. — Я сегодня никуда не собираюсь, так что полностью в вашем распоряжении.
— Ты обещал мне научить меня как закольцевать энергию для моих лошадей, — напомнил я.
— Я помню, — кивнул Хаар. — Но вряд ли твоим друзьям будет интересны наши занятия. Вот я и думаю, чем бы их развлечь.
— Мы найдем, чем заняться, — успокоил Архимага Ламберт. — Можешь смело заколдовывать нашего Темного Мастера. Только верни потом таким, как был.
— Обещаю, — рассмеялся Хаар. — Пошли, Темный Мастер.
И мы пошли.
Вопреки ожиданиям, Архимаг повел меня не в подвал, где в чугунном котле кипело зеленое варево, сушились под потолком связки летучих мышей и змей, и лежали на полках когти оборотней и зубы вампиров. Хозяин дома привел меня в свой кабинет, расположенный в угловой комнате на втором этаже. Высокий потолок, с нарисованными на нем крылатыми существами, изображающих людей с соколиными головами и козлиными копытами. Я уже видел их. В замке Мортис. У стены стоял письменный стол, заваленный бумагами, стены были заставлены книжными шкафами и увешаны картинами. На одной из них был изображен курчавый бородатый человек в мантии и с короной на голове.
— Император? — спросил я, кивнув в сторону портрета.
— Он самый. Его Величество Эрик Третий. Кто называет его королем, кто императором, Его Величество принимает и то и другое, как должное, — кивнул Хаар и, сдвинув портрет государя в сторону, достал из стеной ниши деревянную шкатулку.
Открыв ее, Архимаг извлек из деревянного ящичка, обитого изнутри красным бархатом, шесть небольших изумрудов. Затем, подумав, добавил к ним один рубин и, удовлетворенно кивнув себе, убрал шкатулку обратно в тайник.
— Смотри, — хозяин дома положил камешки на стол и повернулся ко мне. — Насколько я понял, цвет твоей некромантии — зеленый, так что тебе подойдут изумруды. К сожалению, у меня их всего шесть, а нам нужно восемь.
— Зачем нам восемь? — удивился я. — У меня ведь всего четыре лошади. И к тому же, я боюсь, что у меня не хватит денег, чтобы заплатить за камни.
— Оставь, — отмахнулся парень. — Есть вещи, которые мы, люди, иногда делаем просто так от чистого сердца. Редко, но такое случается. А восемь нам нужно, чтобы каждому твоему зверю досталось по два камня.
Я помолчал, потом выложил на стол последний изумруд, который мне отдал Альберик. Хаар хмыкнул, достал увеличительное стекло из ящика стола, осмотрел камень со всех сторон, снова довольно хмыкнул и спрятал лупу обратно в стол.
— Давно я не встречал таких чистых изумрудов, — признался Архимаг.
Внезапно я почувствовал, как вокруг него на мгновение уплотнились энергетические линии, а в следующее мгновение Архимаг подбросил камень в воздух и молниеносным ударом ладони разрубил мой изумруд пополам. Две одинаковых зеленых половинки камня упали на стол. Насколько я понял, камень разрубила не рука, а энергия, обернутая вокруг нее. Интересно, а человеческое тело тоже можно так же рассечь пополам?
— Ну вот, теперь у нас восемь камней, — сегодня улыбка не сходила с лица Хаара. — По два для каждого твоего монстрика. И как у тебя только фантазии хватило создать такое?
— Я в детстве читал много фэнтези, — усмехнулся я. А ведь действительно, откуда в моем сознании рождаются подобные монстры. Треххвостый кот, пауки-страусы. Каких еще потусторонних сущностей сможет родить мое сознание?
— Не знаю, что такое фэнтези, но фантазия у тебя работает, — похвалил меня Архимаг. — А теперь приступим. Я не могу использовать некромантию, поэтому продемонстрирую тебе принцип действия амулета на огненном заклинании.
Хаар быстро сжал и разжал кулак. На его ладони вращался маленький, размером с теннисный мячик огненный шар. Он крутился, словно маленькое солнце, разбрасывая вокруг себя искры и языки пламени.
— Можешь увидеть структурный рисунок заклинания?
Я кивнул и прикрыл глаза. А когда открыл их, мир вновь окрасился в два цвета. На ладони хозяина дома вращалась сфера, сплетенная из нитей красного цвета. В месте, где все эти нити сходились, пылала ярко-красная точка.
— Видишь точку? — спросил Архимаг и, дождавшись моего кивка, продолжил: — Это место, через которое энергия наполняет все заклинание. Через него моя сила попадает в этот шар. То есть, пока он не взорвался, я должен питать его. Если же оборвать поток энергии, то заклинание просто исчезнет.