Он потянулся за спину, но внезапно рука вместо привычного грифа наткнулась на гладкую тонкую стальную рукоять. Он потянул за нее и достал из-за спины косу. Черное стальное косовище и хищно загнутое дымчатое лезвие вряд ли подошли бы для сельских работ, но как оружие…
Не долго думая, Ламберт взмахнул косой над головой, описал широкий полукруг и наискось рубанул ближайшего Одушевленного. И едва не вывихнул плечо. Дымчатый клинок беспрепятственно прошел сквозь тело монстра, не нанеся тому ни малейшего физического урона. Шут уже решил, что его удар прошел впустую, но в последний момент увидел, как из тела Одушевленного, дымчатое лезвие косы вырывает серебристый силуэт души. Оставшееся без души тело рухнуло на землю и больше не шевелилось, а душа завизжала, закричала и растаяла, не оставив за собой и следа.
Шут обвел хищным взглядом замерших в нерешительности врагов. А затем запрокинул голову и расхохотался страшным, леденящим кровь смехом. Он смеялся, глядя в красное небо, и маска на его лице смеялась вместе с ним. Ламберт знал, что снять ее он уже не сможет, но сила, которую он сейчас ощущал внутри себя, стоила такой жертвы.
Через десять минут все было кончено. Одушевленные были лишены своих душ, которые поддерживали их существование и теперь грудами бесполезного мусора валялись на земле.
Еще раз оглядев поле боя, Жнец криво усмехнулся самым краешком рта, закинул косу за спину и быстро направился в сторону пустыни, где в песчаном мареве танцевали свободные души…
Коридор на шестом, последнем, этаже завел меня в тупик. Это был единственный коридор на этом этаже. Он начинался сразу от лестницы, петлял, изгибался, но нигде не раздваивался и в нем не было ни одной двери.
Стена, в которую я уткнулся, была закрыта гобеленом, на котором изображались три человека в черных одеждах. Перед ними простиралось поле, усеянное белыми костями. Нетрудно было догадаться, что здесь были изображены хозяева башни. Я без труда узнал Невеара и его братьев. Некроманты стояли полукругом, воздев руки к небесам, и из их пальцев били зеленые молнии.
По всем законам тайных ходов, дверь должна была находится за гобеленом, но, когда откинул его в сторону, увидел лишь голую стену. Еще несколько минут я потратил, чтобы изучить стену вдоль и поперек, но камни не сдвигались внутрь или в сторону, в щелях не было потайных кнопок, даже гвозди, которыми был прибит гобелен, оказались просто гвоздями.
Устав от бесполезного ползания по стене на подобии таракана, я сел на пол и прислонился к ней спиной. Прикрыв глаза, я откинул голову назад, размышляя, где мне теперь искать проход на шестой этаж, а когда открыл их, понял, что выход из тупика найден. Как в прямом, так и в переносном смысле. В потолке виднелась деревянная крышка люка.
— М-да, — протянул я, — сыщик из меня никакой. Невеар, ты уверен, что нам стоит туда лезть?
«Ты же хочешь спасти своих друзей», — скорее утвердительно, чем вопросительно, проговорил король-призрак.
— Если бы я знал, от чего их спасаю, — вздохнул я и поднялся на ноги.
Подпрыгнув, я ухватился за края проема, и, подтянувшись, выбил люк ногами внутрь. Затем влез на последний этаж и огляделся.
Я оказался посреди круглой комнаты с четырьмя окнами, смотрящими на все четыре стороны света. Между окон у стен стояли книжные шкафы. Некоторые были заставлены книгами, другие пусты. На одном из шкафов кто-то сломал все полки, и теперь книги горкой валялись на полу. У окна, выходящего на север, стоял письменный стол, на котором ворохом лежали старые, пожелтевшие пергаменты. Казалось, что если я сейчас возьму их в руки, они рассыплются прахом. А еще на столе лежала странная толстая книга, обложка которой была сделана из двух черных дощечек. Кое-где в книге торчали красные полоски закладок. На первой странице обложки был изображен тот же самый череп, что и на рукояти Пьющего Души. Он скалился в легкой усмешке, словно спрашивая: «Ну что, хватит у тебя смелости открыть эту книгу?»
В комнате царил полумрак, и свет из четырех окон не мог его разогнать. А еще в комнате было очень тихо и эта тишина давила, казалось, что уши забиты ватой, а стены и потолок сдвигаются, намереваясь раздавить меня насмерть.
— И что теперь? — спросил я.
«Кажется, я ошибся», — голос некроманта был полон облегчения. — «Тот мальчишка без сомнения был в башне и, возможно, нашел книгу с несколькими заклинаниями, но учился он сам».
— Боюсь, что ты не ошибся.
«Что ты имеешь в виду?»
— Я? Я Молчал!
— Это сказал я, — вновь послышался странный, шелестящий голос, словно змея, ползущая по камням, трется о них своими чешуйками. — Давно не виделись, брат.
Я резко обернулся, выхватывая нож и замер. Тьма возле одного из шкафов колыхнулась, от нее отделился ветвистый сгусток и поплыл к центру комнаты, на ходу формируясь в человеческую фигуру. Хотя человеческого в ней было очень мало.
Я стоял, скованный ледяным ужасом и наблюдал за существом в центре комнаты. От хозяина башни, который формировался передо мной, веяло невероятной мощью, смертью и холодом древних могил. Даже рядом с Тюремщиком я не испытывал такого страха.
Сначала в воздухе сформировался человеческий череп. Красные глаза дышали холодом бездны, лоб обхватывал тонкий золотой ободок короны. Ниже было лишь несколько шейных позвонков, а остальное тело скрывалось за темной накидкой, шитой золотыми нитями. Когда она распахнулась, я увидел лишь клочки тумана, в которых проскакивали красноватые искры.
«Аскер?»
— Невеар, — хозяин башни развернулся ко мне, но разговаривал с ножом. — Не думал, что когда-нибудь встречу тебя снова.
«Я думал тоже самое. Но, как ты выжил? Ведь тебя и Яноса сожгли на костре».
— Янос, — Аскер качнулся, склонив голову на бок. Рот его не открывался и, тем не менее, слова были отчетливо слышны. — Янос был самым слабым из нашей троицы и самым глупым. Он единственный не придумал себе пути к отступлению. Думал, что никто не сможет нам противостоять. Но ты, кажется, спросил, как я смог выжить. Я всего лишь заключил частичку своей души в наш Гримуар. Когда мое тело было уничтожено, она продолжала обитать в книге, потихоньку набираясь сил. А потом пришел паренек и открыл книгу.
«Вот что произошло», — горько промолвил король-призрак. — «Так ты стал личем».
— Да. Позже я намеревался занять тело Зорика, когда оно накопит в себе достаточно тьмы, но сегодня ночью почувствовал его смерть. А сейчас я вижу перед собой идеального кандидата. Я возьму себе тело этого парня, а затем помогу тебе освободиться. И вместе мы сможем начать все с начала.
В круглой комнате на вершине Башни Некроманта повисла напряженная тишина. Я стоял ни жив ни мертв, осознавая, что справиться с личем мне не под силу. Повелитель Мертвых, которого я встретил в Темном городе, несмотря на то, что обладал Кольцом Чернокнижника, все же имел настоящее тело, которое можно было уничтожить. А лич тела не имел и в магии смерти один из троих братьев-некромантов был гораздо опытнее меня.
И я стоял, ожидая, что же ответит Аскеру Невеар.
«Прежде, чем я отвечу, позволь уточнить один момент. Даже спрятав часть своей души в книге у тебя не хватило бы сил, чтобы выжить. Скажи, — голос Невеара дрогнул, — он у тебя?»
— Ах, — хрипло рассмеялся лич. — Ты все-таки вспомнил. Да, он у меня.
Повинуясь воле хозяина башни, из-под его накидки показалась тонкая серебряная цепочка. Она медленно, словно змея из гнезда, выползала на костяную шею Аскера. Висящий на цепи кулон в форме гроба немного повисел в воздухе, а потом плавно опустился личу на грудь. Череп на крышке гроба ехидно улыбался.
— Теперь ты можешь мне верить! С помощью Амулета Вечности я смогу вернуть тебе тело. Так что присоединяйся ко мне, брат! Присоединяйся и вместе мы вновь сядем на трон.
Снова повисло молчание, но на этот раз недолгое.