«Неужели ты думаешь, — расхохотался Невеар. — Неужели ты думаешь, что я позволю тебе завладеть этим телом? Телом, которое я присмотрел для себя?»
Признаться от такого заявления я слегка опешил. Я то думал, что король-призрак стал моим союзником, прислушался к словам Альберика и будет мне помогать, а тут такой поворот событий.
«Не ссы в компот, — вновь ввернул земной оборот некромант. — Если я начну разглагольствовать о совести и мести, Аскер мне точно не поверит».
— И что ты мне предлагаешь? — дрожащим голосом спросил я.
— И как ты сможешь мне помешать? — рассмеялся лич. — Ты ведь сидишь в Пьющем Души, и твоя сила явно уступает моей, а этот парнишка и вовсе мне не соперник.
«Ты, по всей видимости, забыл, что кровь того, кто меня запечатал в кинжал, может также легко меня освободить».
Эти слова предназначались скорее мне, чем Аскеру и я мгновенно сообразил, что от меня требуется. Я разрезал ладонь Пьющим Души и тут же с криком швырнул клинок на пол. Нож мгновенно покраснел, от него повалил пар, словно от брошенного в воду куска раскаленного металла. Лезвие завибрировало, нож начал вращаться на месте, все быстрее и быстрее и внезапно дым, валивший от клинка, стал бледно-зеленым и моментально сформировался в человеческую фигуру в доспехах.
Прозрачно-зеленый призрак стоял посреди комнаты, одетый в стальные латы. Череп без шлема мерцал в темноте, но не красным, как у лича, а бледно-зеленым. Седые длинные волосы рассыпались по латам призрака, на поясе в ножнах висел длинный меч.
— Надо же, брат, — усмехнулся лич, глядя на Невеара, — я не думал, что тебе удастся самостоятельно освободиться.
— Самостоятельно мне бы и не удалось, — призрак колыхнулся, словно лист на ветру. — Но этот человек сам Первый Мастер и его сила не подвластна нашему пониманию.
— А судя по его лицу, наша сила ему тоже не подвластна, — расхохотался Аскер. — Уйди с дороги, брат. Я все равно заберу его тело.
— Только через мой труп, — оскалился Невеар и ударил сгустком темно-зеленой слизи.
В следующие несколько минут, а может и несколько часов — кто знает? — мне хотелось стать тараканом, муравьем, а еще лучше микробом, чтобы залезть в самую узкую, самую крошечную из всех возможных щелей, которую можно найти в этой башне и не видеть того, что происходило в маленькой круглой комнате на самой ее верхушке.
Бой между двумя некромантами был яростным и страшным. Они схлестнулись в комнатушке, словно две гигантские лавины, сметающие все на своем пути. И одна из них, несомненно, смела бы меня, если бы не наткнулась на другую, не менее могущественную.
Я забился под стол и с ужасом наблюдал, как сражается со своим названным братом Невеар. Их плетения заклинаний были настолько сложными и быстрыми, что я не всегда успевал понять, что же это за заклинание, а оно уже разбивалось о выставленный щит. Зеленые светящиеся черепа, скелеты, зомби, призраки и умертвия поднимались и падали, не успевая сделать и нескольких шагов. Развоплощающие заклинания сыпались одно за другим, не принося никакого результата. Башня ходила ходуном и стонала от разрядов энергии, высвобождающихся при распаде заклинаний. Она тряслась от основания до шпиля, словно осина на ветру, но пока держалась. Энергии, которая витала в комнате, по моим прикидкам хватило бы на поднятие тысяч десяти трупов. От сильнейшей концентрации смерти у меня ломило все тело, из носа, ушей и, кажется, глаз текла кровь, во рту стоял металлический солоноватый привкус. Я должен был уже давно потерять сознание, но продолжал смотреть, как два мертвых мага сражаются за мое тело.
Покончив на короткое время с магией, братья сошлись в ближнем бою. В руках Невеара сверкнул зеленый длинный меч, который он обрушил на голову Аскера, но лич парировал удар возникшей в воздухе красноватой катаной. Клинки завертелись в бешеном танце, разбрасывая вокруг себя снопы разноцветных искр, которые, падая на пол, тут же восставали зелеными или красными призрачными воинами. Зеленые, закованные в латы люди и красные, голые, безобразные рогатые демоны сходились друг с другом и тут же гибли, растворялись в полумраке комнаты.
Меня уже дважды тошнило, оба раза кровавой рвотой и я боялся, что третий раз будет для меня последним. Неужели магия смерти разрушает внутренние органы? Весело. Живым в этой башне было не место, и меня спасало лишь то, что я был некромантом. Но и мне оставалось жить считанные минуты.
Лич и призрак не прекращая отчаянную рубку начали медленно подниматься в воздух, двигаясь по спирали. У меня не было сил держать голову на весу, и я просто упал на спину, продолжая наблюдать за поединком и думая лишь о том, как бы не захлебнуться собственной кровью.
Раздался звон разбитого стекла, и мечи рассыпались тысячью осколков, которые растаяли, так и не долетев до пола.
Братья сцепились в воздухе. От столкновения черно-красного и черно-зеленого по комнате пошла такая ударная волна, что книжные шкафы начали рушиться, а стекла с дребезгом лопнули и вылетели наружу. Маги закружились, словно смерч, ухватившись друг за друга и раздавая друг другу пинки и затрещины. Как ни странно, удары не проходили впустую, под призрачными кулаками призрачные же челюсти крошились, но тут же восстанавливались.
Казалось, этому поединку никогда не будет конца. Время словно застыло внутри башни и только сражение двух мертвых некромантов имело смысл в этом мире.
— Опомнись, брат! — внезапно выкрикнул Аскер, разорвав дистанцию и отлетев от Невеара на пару метров. — Вспомни ту силу и власть, что была у нас. Вспомни, какой ужас мы вселяли в наших врагов. А какие яства подавали нам на стол! Эльфийские уши, маринованные с грибами, гномы, живьем запеченные в собственных доспехах, кровь единорогов и крылья пегасов. Все то, что давало нам силы. Как их мучительные смерти делали нас сильнее и сильнее. Мы лишились всего. И почему ты не хочешь это вернуть?
Голос Аскера завораживал. Он убаюкивал, уносил в даль, туда, где я лежал на мягких подушках и белоснежных шкурах единорогов, а девушки в одних лишь набедренных повязках из газовой ткани приносили мне золотые блюда с… маринованными эльфийскими ушами? Меня передернуло. Ну уж нет. Нельзя этого допустить, нельзя, чтобы вернулись прежние времена, когда армия трупов подмяла под себя половину всего Вельтеррона, нельзя… Но что я могу? Что я могу противопоставить личу, бесплотному существу, душе без тела, которому не страшен физический урон и который сильнее меня настолько, что… Демоны и змеи, это даже не смешно!!!
Так, нужно успокоится. Я выпутывался и не из таких ситуаций. Да, не из таких, но из этой похоже выхода нет. Повелитель Мертвых был намного слабее лича… Стоооооп! Повелитель Мертвых! Ведь у меня есть оружие, способное справиться с бесплотным существом. Вытянуть душу из тела, запечатать в черном, бритвенно-остром клинке.
Я с трудом заставил себя шевелиться. Сил почти не осталось, и все мои движения были, как у залипшей в меде мухи. Повернув голову направо, я увидел Пьющий Души. Нож лежал на полу, и глаза черепа горели потусторонним огнем. Он нахально улыбался, как будто говоря: «Я жду, хозяин. Что ты предпримешь теперь?»
Я попытался подняться, но не смог даже сесть. Тогда я перевернулся на живот и пополз, тратя последние силы на то, чтобы передвигать руки, а иногда и цепляясь подбородком за выступы в полу. Десять метров, семь, три. Я сомкнул пальцы на рукояти Пьющего Души и на мгновение замер, оценивая ситуацию. Встать и ударить Аскера я не мог, кинуть в него нож у меня тоже не хватило бы сил. Если бы как-то подманить его к себе и неожиданно напасть, могло бы что-то и выгореть, но вряд ли лич повернется ко мне лицом, подставив Невеару неприкрытую спину. О варианте, что мне, возможно, придется впустить Аскера в свое тело, а потом проткнуть себя ножом, я старался не думать.
— Что скажешь, брат? — продолжал вещать лич. — Соглашайся. Давай же! Я уже вижу сомнение в твоих глазах. Я даже готов оставить тебе тело этого человека, смотри, он кстати, еще жив.
Некромант бросил быстрый взгляд в мою сторону.
— Смотри, как трепыхается. Хочет жить. Помнишь, как часто мы бросали людей в смертельные ловушки и наблюдали, как они борются за жизнь. Давай же, брат! Посмотри на его жалкие потуги. Посмотри, как он ничтожен. Такой народ должен жить в рабстве.