— Тогда со мной был демонолог.
Кира фыркнула. Казалось, что девушку совсем не волнует грозящая нам опасность. Пауль тоже не выказывал особого беспокойства по поводу ярости, буквально кипящей в воздухе. Рыцарь как всегда был собран и сосредоточен и на глупые разговоры силы предпочитал не тратить.
Лес начал редеть. Впереди между деревьями сделалось светлее и спустя еще пять минут легкого бега мы вылетели на пустынное каменное плато, размером с футбольное поле. С севера плато граничило с лесом, из которого мы только что вышли, с востока упиралось в отвесную скалу, с востока и юга плато оканчивалось обрывом. Со скальной площадки открывался прекрасный вид на горную долину, зеленую и цветущую, над которой небо было свободно от тяжелых свинцовых туч. А над нами тучи продолжали сгущаться и в прямом и переносном смысле.
У самой скалы стоял уже виденный мной алтарь. Демон с искусно прорисованными мышцами, воздетыми к небу руками и запрокинутой рогатой головой. Алтарь был обильно залит кровью, рядом валялись останки несчастных жертв.
Мне на мгновение стало интересно, действительно ли так необходимы Видящему кровавые жертвы, или это у него фетиш такой, но я моментально отмел эти мысли, чтобы не мешали. Тем более, что Видящий Суть стоял тут же на плато. Его лысая голова блестела даже при отсутствии солнца, черный балахон опускался до пят. Он стоял спиной к нам и внимательно рассматривал прозрачный столб, внутри которого были заключены давние соперники.
Первый Мастер совершенно нагой и безоружный стоял на коленях, а над ним с занесенным мечом возвышался двухметровый демон с фрески. Теперь, наблюдая монстра вживую, я мог внимательно рассмотреть его морду, и содрогнуться от отвращения. Потому что на короткой шее покачивалась рогатая голова, с совершенно нормальным человеческим лицом. Чуть вытянутое книзу, с небольшой черной бородкой оно было искажено от ненависти и горящие желтые глаза без зрачков не делали существо привлекательнее.
— У нас есть какая-нибудь стратегия? — спросил Пауль, сжимая в руках топор.
— Есть. Я сейчас пойду и отрублю Видящему его лысую башку.
— Отлично, — потер руки Ламберт. — Чего-то подобного я и ожидал.
Я натянул шлем, но опускать забрало пока не спешил. Мы спокойной направились к жрецу, а Видящий словно и не замечал нас. Он продолжал стоять спиной, рассматривая прозрачный столб. Но вот приспешник Драгора обернулся, и на его губы вползла мерзкая ухмылка.
Он не удивился, увидев меня, напротив, он был рад меня видеть! Обрадовался, словно старому знакомому.
— Какие люди, — рассмеялся он. — Сам Темный почтил наш алтарь своим присутствием. Слышишь, господин, сегодня осуществится наша мечта.
— Сегодня осуществится только одна мечта. Моя. Верни мне мою девушку, Видящий Суть и твоя смерть будет быстрой.
— Так ты за девушкой пришел? — сделал вид, что испугался жрец. — А я то думал ты сюда с благими намерениями пришел. Убить старого лысого человека, остановить войну и спасти целый мир. А тебя волнуют лишь собственные проблемы.
— А об этом с тобой поговорим мы, — Кира шагнула вперед, хищно улыбаясь. В руках, еще мгновение назад пустых, сверкнул узкий кинжал.
Видящий недовольно скривился и, сложив пальцы в фигуру, дунул сквозь нее в сторону воровки. Но я был готов к такому повороту событий и взмахом руки развеял созданное жрецом заклинание.
— Неужели ты думаешь, что я дважды попадусь на твою уловку? — усмехнулся я. — Сдавайся, Видящий, здесь тебе не спастись.
— Ты будешь угрожать мне в моем мире, мальчишка? — взвился мужчина. — Я смотрю, что Невеар неплохо натаскал тебя в магии, но грубую силу ведь никто не отменял!
Он щелкнул пальцами. Щелчок получился сухой и резкий, как взрыв петарды. Лес за нашими спинами зашевелился, и на плато вышло около сотни мужчин и женщин, людей и эльфов. И хотя их клейма еще нельзя было разглядеть, было ясно, что это никто иные, как Дети Драгора. На этот раз Видящий Суть решил перестраховаться, отправив сотню против четверых. Пусть не совсем обычных людей, но все же четверых.
Я обернулся к приближающимся Детям, затем вновь к Видящему, матюгнулся и опустил забрало, наблюдая одновременно и за жрецом и за его слугами.
— Успокойся, Темный, — прозвучал металлический голос Лунной Тени. — Занимайся этим лысым типом. Мы разберемся.
Жнец и Черный Паладин лишь согласно наклонили головы, покачивая своим ужасающим оружием.
— А пока твои друзья заняты, я предлагаю побеседовать. Не люблю, когда меня прерывают, — Видящий Суть держался абсолютно спокойно, не выказывая ни капельки волнения.
— Нам не о чем разговаривать! Верни мне Аню!!!
— Нет.
— Тогда ты умрешь, — прошипел я, задыхаясь от ярости.
— Тогда твоя девушка навсегда останется во власти призрачного огня, — спокойно ответил приспешник Драгора. Странно, но, похоже, его не забавляла моя ненависть, он был абсолютно серьезен и сосредоточен.
— Чего ты хочешь? — наконец спросил я, стараясь не обращать внимания на раздающиеся за спиной звуки боя.
— Для начала просто выслушай меня, а затем уже решишь, как правильно должен поступить мужчина. Я мог бы наслать на вас огромную армию, целый легион Детей Драгора…
— И они бы разбились о легионы моих мертвецов.
— Возможно, — не стал спорить жрец. — Пока мы враждуем, вряд ли один из нас сможет победить. Поэтому я предлагаю тебе сделать выбор. Никому ни разу в жизни этого не предлагал, а тебе предлагаю.
— Польщен, — буркнул я. — Так может ты наконец-то перейдешь к делу?
— Как раз собирался, — кивнул Видящий. — Я не буду говорить с тобой о борьбе Виссенда и Драгора. Ты и сам прекрасно знаешь, что твой создатель лгал тебе, а моему господину нет дела до трусливого, лживого Демиурга. Но ответь мне, Темный, что будешь делать ты? Предположим, только предположим, что ты убьешь старого, мудрого жреца и каким-то чудом сможешь вернуться в свой мир. Но даже моя смерть ничего не решит. А ведь еще останется заточенный в коконе демон. Заклинание Первого Мастера все равно когда-нибудь рухнет.
Ведь не я закольцевал два мира. И даже не господин мой, Драгор. Это сделал твой обожаемый Виссенд. Ты же помнишь, что этим двум мирам нужна жертва. И где ты думаешь найти человека, который пожертвует жизнью ради расцвета мира, который он больше никогда не увидит?
Я молчал, но жрецу не нужен был мой ответ.
— Но наши судьбы столь непредсказуема, что я предположу невозможное, — в голосе Видящего скользнула тень издевки. — В твоем мире вполне может найтись сумасшедший, который пожертвует собой. И два мира снова станут нормальными. И в твой мир вернется покой и благодать. А теперь ответь мне, Темный, что ты будешь делать в этом идеальном мире?
Я удивленно огляделся, ожидая увидеть людей в халатах, которые под белы рученьки уводят Видящего в оббитую войлоком комнату, поскольку такой вопрос мог задать только лишенный каких-либо зачатков разума человек. Но вокруг было так же пусто, если не учитывать сражающуюся троицу моих друзей.
— Жить, — спокойно ответил я. — А что в этом странного?
И тут адепт Драгора рассмеялся. Он смеялся искренне и с удовольствием, и его хриплый смех метался по каменистому плато.
— Не смеши меня, Темный, — смех его оборвался так же резко, как и начался, а голос стал резким и властным. — Мы оба знаем, что ты не сможешь просто жить. То, к чему ты стремишься, есть покой и порядок. Но ведь ты сам — хаос и разрушение. Сейчас ты сильнейший некромант из тех, что мне доводилось видеть, а видел я многих. Даже король-некромант, дух которого заключен в твоем ноже, был намного слабее тебя. Уже через пару лет ты вполне можешь стать Великим Инквизитором, ведь старику уже давно пора на покой. К тому же сейчас у тебя есть Амулет Вечности. Но дело даже не в нем. Что ты будешь делать в мире, который пытаешься спасти? В мире, где нельзя безнаказанно убить человека? В мире, где вся твоя мощь не будет стоить абсолютно ничего. Там ты просто станешь одним из многих. Покой и рутина сожрут тебя, Темный. Разве этого ты хочешь? Сейчас ты можешь стать великим воином, королем, властелином. Сделать все, что захочешь, и никто не сможет тебе ничего указать. Разве не об этом ты мечтал всю свою жизнь? Конь, кольчуга, клинок у пояса и слава героя. А кто скажет слово против, тот получит ножом промеж глаз. Ты ведь еще в школе понял, что в том мире ты жить не хочешь. А сейчас просто не сможешь. После того как познал вкус свободы. После того, как твой клинок впервые вошел в человеческое горло. Загляни к себе в душу, Темный, и ответь, сможешь ли ты отказаться от всего этого? И стоит ли от этого отказываться ради того, что еще может и не осуществиться?