Рыцарь громогласно захохотал.
— Что ты сказал?! — вскипела она.
— Ты добилась в армии довольно высокого положения для женщины… Наверное, тебе пришлось немало потрудиться в постели с Гриффисом?
— Мразь!
Каска ринулась в атаку, но рыцарь ударил первым, и она едва успела прикрыться мечом. Сильнейший удар вышиб ее из седла. Рыцарь ударил снова и Каска с трудом отпрыгнула в сторону.
От резких движений у нее закружилась голова, задрожали колени, перед глазами поплыл туман. Все, что могла делать — это отступать. И она отступала, все время отступала, не замечая, что рыцарь теснит ее к обрыву. В голове у Каски так шумело, что она даже не слышала гудения реки, протекавшей далеко внизу.
— Поле брани — это святое место для мужчин! — гремел рыцарь. — Женщина не должна даже приближаться сюда, если, конечно, она не хочет потерять свою честь! Я — Адон, генерал Серебряных Панцирных Рыцарей, преподам тебе урок!
Каждый его удар повергал Каску на землю. Даже уклоняясь от его выпадов, она не могла устоять на ногах. У нее больше не было сил, а меч норовил выскользнуть из пальцев.
На выручку бросились несколько Ястребов, но Адон смел их в считанные секунды. Он расхохотался.
— Женские прихвостни! — презрительно бросил он. — Они так и не научились держать в руках меч!
Очередной удар отбросил Каску на край обрыва. Она оглянулась и в глазах ее застыл страх.
— Что, больше некуда отступать? — Адон засмеялся. — Мужская одежда не идет тебе! Но я дам тебе шанс. Если ты сдашься, я подарю тебе жизнь. Ты станешь нашей пленницей и даже поработаешь на нашу армию, правда, уже в качестве шлюхи!
— Заткни свою грязную пасть! — огрызнулась Каска.
— Тогда сдохни!
Адон вскинул свой трезубец и Каска зажмурилась. У нее не осталось сил даже чтобы поднять меч. Над головой оглушительно лязгнуло, но удара так и не последовало. Открыв глаза, Каска с изумлением разглядела перед собой широкую спину Гатса. Громадный трезубец Адона упирался в его огромный меч.
— Гатс?! — ахнула она.
— Ты сегодня сама не своя, Каска, — уронил он, не оглядываясь.
Невдалеке восторженно взревели Ястребы.
— Ах ты!
Адон взмахнул трезубцем, но еще раньше ударил Гатс и Адона отшвырнуло далеко в сторону. Его спасли только невероятной толщины доспехи.
— Давай, подходи, — предложил Гатс. — Я только разогрелся. Давай, я жду тебя…
Адон атаковал, но Гатс без труда отбил его трезубец.
— Неплохо! — зарычал Адон. — Но во второй раз тебе не повезет! Сейчас я покажу тебе секретный удар Бокович, который передается в нашей семье из поколения в поколение на протяжении уже ста сорока лет!
Адон сделал замысловатое движение трезубцем, но Гатс не стал ждать его завершения и нанес удар первым. Выронив обломки трезубца, Адон полетел на землю. Рядом посыпались осколки шлема. По лицу генерала заструилась кровь из рассеченного лба.
— Как это?! — прохрипел Адон.
— Ты слишком медлителен, дурак, — усмехнулся Гатс. — Кстати, где же твой секретный удар?
За его спиной вновь завопили Ястребы.
— Невероятно!
— Наш командир свалил этого здоровяка за два удара!
— Наш командир самый лучший!
Оставив Адона копошиться на земле, Гатс подъехал к Каске.
— Что с тобой? — сердито бросил он. — Ты была не похожа на себя. Если не будешь осторожнее, можешь умереть!
Каска не ответила. Ее веки смежились и она покачнулась над пропастью. Гатс кинулся к ней и едва успел перехватить ее за руку. В ту же секунду оставленный без присмотра Адон с усмешкой выхватил небольшой арбалет.
Стрела ударила Гатса в правый бок и он со стоном выпал из седла, не выпустив, однако, из своих рук Каску. Они рухнули в пропасть под громкий хохот Адона.
Уже в полете Гатс крепко прижал ее к себе и не отпускал до тех пор, пока они с плеском не ушли под воду.
Потом Гатс с трудом мог вспомнить подробности битвы с рекой. Помнил только как тяжелые доспехи тянули его и Каску на дно, как постоянно приходилось отплевывать воду самому и следить, чтобы не наглоталась воды Каска. Еще помнил, как отчаянно греб к берегу, и как сильное течение постоянно сносило прочь.
В конце концов, ему удалось зацепиться за нависший над водой толстый корень и он медленно полез на берег, волоча за собой Каску.
— Никаких… больше… заплывов… в броне… — с трудом выговорил он.