Премся третий день, надеялись за сегодня добраться до подножия, но не успели. Темнеет, значит скоро следует ожидать гоблинов. — До темноты не успеем всего немного, думаю становиться на отдых это лишнее. — Я поделился мнением с остальными. Леголас осмотрел местность. — Ты прав, следует поторопиться, скоро гоблины вылезут из своих пещер. — Мы последовали дельному совету. Солнце скрылось и мы на всякий слчай взяли в руки луки. По Урфаэлю и его свечению рун, я понял что мы больше не одни. — Гоблины рядом, шагов тридцать не дальше, хоть в это и трудно поверить. — Я тихо пробормотал, знал что эльфы меня услышат. Я осмотрел склоны гор сверху и принюхался, иногда и такое помогает. Внезапно Вереск остановился как вкопанный. Я получил от коня мысле-образ волчией ямы и муравейника. Ловушка под землей значит. — Под нами впереди ловушка, там наверное гоблинские туннели, вот почему самих гоблинов не видно. Внимательнее смотрите под ноги. — Пришлось предупредить эльфов. Мы спешились и аккуратно повели коней в обход, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что горная тропа по которой мы шли, оказалась кем-то перерытой. Избегая ровных поверхностей мы спустились с гор добравшись до подножия, за крутым склоном предположительно будет узкая тропа к Ривенделлу, дорог к этой долине ведет немного, но те что ведут через горы — самые опасные, а зимой и вовсе непроходимые. Сейчас осень и у нас был самый короткий маршрут. Из Лотлориена добираться можно по полмесяца, взависимости от погоды, по мокрым скалам даже эльфу не пройти. А местные Эвересты — горы Келебдил, Фануидол и Карадрас, вообще малодоступны в любое время, кроме жаркого лета. Эти горы как раз и перекрывают путь на юго-восток в Золотой Лес и человеческие земли Рохана и Гондора. — Сделаем привал в той роще. — Леголас кивнул в сторону деревьем и спешился. Ура! Есть в дороге верхом на лошади, несколько дней подряд, это уже чересчур. Мы завели коней под ветви деревьев и начали разгружаться. Сильван быстро подстрелил куропатку, что переполошенной стайкой покинули рощу при нашем приближении. Мда. Еда сама к нам пришла, пусть я ничего и не имею против “консервов”, но запасы следует беречь, а поесть горячего никогда не помешает. Как оказалось для эльфа я весьма прожорлив — из-за активного использования магии, в Мордоре такого не замечал, впрочем там я из Урфаэля призывными не стрелял и кучу мощных артефактов не делал. Я услужливо помог счастливчику, ощипать заклинанием птичку. Да, знаю что полезно, но если чуток изменить формулу, можно и шкуру целиком содрать, впрочем зеленолесцы ничего против подобного в отношении врагов не имеют. — Жарим или варим? — Синдар деловито потыкал кинжалом птичью тушку. Мы с принцем хотели сварить, а сильван желал зажарить на палке. — Воды я наберу. Акваменти. — И котелок стал сам по себе наполняться водой. Сильван нарвал какой-то травы, а синдар нашел грибов. Леголас остался следить за лошадьми и окружающей территорией. Я зажег на ладони огонек Инсендио и посмотрел на собранную кучку хвороста. Протянул ладонь и пламя весело затанцевало на сухих ветках. — Весьма полезно. — Синдар посмотрел на получившийся костер, над которым в котелке закипала вода. — Не спорю. — Я принюхался к запаху грибов. Кусочки мяса птицы мы начали забрасывать в котелок. Готовое незамысловатое блюдо мы ели с помощью деревянной ложки и кинжалов. Вскоре синдар ушел заменять на посту Леголаса. Когда принц к нам подошел, я готов поклясться, что услышал тихое урчание... в животе принца. Под моим смеющимся взглядом он покраснел. Точно ребенок, Трандуил на его месте уже бы чего-нибудь съязвил. Принц героически вернув невозмутимость начал есть, медленно и пафосно, тщательно прожевывая. Я тихо захихикал, ему бы еще в руки полный сервировочный набор дать, а не ложку деревянную. Вылитый Малфой бы получился, уверен! — Не смешно. — Буркнул принц полным ртом. Я отвернулся улыбнувшись, ладно, пусть спокойно поест. Скоро до долины дойдем, там отдохнет и поест нормально. А я... ну, с распростертыми объятиями меня уж точно никто встречать не станет. Интересно, Белый Совет меня искал как Саурон? В прочем о чем это я — Галадриэль через зеркало, Саруман через палантир... С высокой вероятностью — да, искали. Интересно, а Элронд освоил с помощью Вилья способность смотреть на местность, с помощью магии Воздуха? А то возможность заставить говорить правду, больше на владение осанве похожа, он ведь отчасти майар, но это мало связано с истиными силами одного из Трех. Мы затушили костер и тщательно убрали следы нашего присутствия. Оседлав коней, которые чуть ли на ходу не спали, мы приблизились к узкой дороге. Итак, резкий поворот и мы спускаемся по склону горы к долине водопадов. Ривенделл или долина Имладрис, как всегда прекрасен. Дозорные нас заметили и позволии проехать. Отлично. Кто это нас встречает? Знакомое лицо, эльф-телери с обручем на голове. Линдир вроде, из знатного дома и менестрель местный, причем я слышал, он лучший после Дайрона и Маглора. Чего это он на меня так выпучился? А. У меня же лошадь крылатая, да и броня видная, чего о короне и звезде Феанора говорить. Переборов сиюминутное удивление Линдир поклонился нам: — Приятно видеть вас в долине Имладрис, принц Леголас. — Мы поклонились в ответ, а Леголас сообщил: — У меня донесение Владыке Элронду от отца. Не подскажешь ли, где нам его найти? — Он сейчас в библиотеке с Митрандиром. Я доложу ему о вашем прибытии. — Окинув меня напоследок любопытным взглядом, менестрель ушел. К нам поспешили эльфы, чтобы отвести лошадей в конюшню и ясное дело, что Вереск вызвал у них кратковременный ступор. Передав уздцы какому-то мелкому нолдору, я мысленно посоветовал коню вести себя вежливо. Вереск зафырчал и взъерошил перья, но мирно последовал за конюхом. — И куда нам? — Я спросил принца. Я в Риведелле кроме лазарета толком ничего не видел. — В зал Огня, там обычно накрывают большой стол для гостей, слуги потом отведут нас в комнаты. Однако сначала я хочу увидеть Владыку Элронда. — Темный менестрель... или я должен сказать, Тьелперинкваро. — Какой... неожиданно и неприятно знакомый голос я услышал. Удостоверившись в наличии прочнейших щитов, я положил ладонь на рукоять Хроариста и скосил влево, позеленевшие глаза. Мда-с. Уши меня не обманули. Пиздец котенку. — Сенешаль Глорфиндель, приятно вас видеть. — Я натянуто улыбнулся эльфу в серебряно-золотой броне. Судя по взгляду меня хотят убить, ну или сильно покалечить.
====== Глава 24. Агрессивные переговоры. (Тайный Совет Элронда) ======
Люди в масках,
Так опасны здесь —
Но не столь как мы.
Тех кто знает,
Что скрывает ложь —
Правды не спасти.
Знаешь маски это люди, значит — мы,
В этих масках правды жизни не спасти,
От игры коварной всем нам не уйти,
В масках ответов всех нам не найти.
Нам играть всю жизнь на сцене,
Обнажен как на арене.
Пугать и лицемерить и врагу поверить
В жизни как на сцене —
Взлет или паденье. Ждет.
— К чему весь этот... маскарад? Зачем скрыл кто ты? — Глорфиндель был в боевой готовности, но начинать драку не спешил. — Отчего нет? От этого ничего бы не изменилось, про город я бы вам не сказал, просто вместо искалеченого жителя Эрегиона у вас на руках был его Король. — Я следил за его движениями, сенешаль старше меня... был когда-то, пока на тысячелетия не выпал из времени в Чертогах. Однако его боевые навыки заслуживают уважения, а магия ваньяр — опасения. — Может и так. Но ты отнял у нолдор надежду. Многие уплыли из-за потери твоего царства... — Зато они живы и не погибли на Дагорлаге. Они бы не достигли города, так или иначе и уплыли бы ужепросто после гибели Гил-Галада. Я же изгой, мой народ тоже, просто сейчас, тех кто нас осуждал больше нет, а мы получили чего хотели и это отнюдь не сильмарилы. Глорфиндель закаменел лицом, а я непроизвольно включил “Карающий Взгляд”. Мы стали медленно друг к другу приближаться и кружить на площади. Вокруг Глорфинделя начал мерцать воздух, а он сам и его латы, испускать Свет. Вокруг меня наэллектризовался воздух от магии и засветились синим руны на оружии, напитываясь моим собственным светом. Хроарист со свистом покинул ножны, как и клинок сенешаля. Эльфы, что Ривенделла, что Зеленолесья отошли подальше. Мы не слышали их, кажется они что-то кричали. Я возвел купол что бы нам не мешали — Балрогоубийца против Драконоубийцы, мирным эльфам между нами лучше не вставать. — Братоубийцы, а ты к тому же еще и предатель! — Глорфиндель нанес первый рубящий удар, я ушел и ткнул Хроаристом ему в живот, эльф увернулся. Мы продолжили кружить подобно волкам, неподелившим территорию. — Свой народ я не предавал, лишь благодаря мне они живы. Братоубийцы? Ха! Кто по твоему орки, как не искаженные квенди? Все убивают себе подобных, эльфы не стали исключением, да, это тяжкий грех и наказание ему будет суровое, но не смей считать себя лучше других! — Я метнул кинжал и когда нолдор начал отмахиваться от него клинком, я вновь сделал укол Хроаристом, и когда сенешаль отпрыгнул, я метнул второй кинжал. Первая кровь, моя! На землю упала окровавленная прядь золотых волос — я отрезал височную косичку Глорфинделя с левой стороны. Сенешаль ухватился за меч покрепче и подойдя ко мне, обрушил на мой блок град ударов. От их силы мне начало отбивать руки. Подгадав момент, я пнул ногу на которую оперся для очередного удара эльф. Депульсо! Глорфиндель спотыкнулся, полетев вперед и потеряв равновесие, и пока он не пришел в себя, я ударил его кулаком в латной перчатке по лицу. Не успел — эльф пригнулся и ударил локтем по моей нагрудной пластине, металл промялся... но не у меня. Чары доспеха не пропустят ни меча, ни пули, по сути сенешаль сейчас ударил локтем каменную стену. Эльф болезненно сжал зубы, на налокотнике была небольшая вмятина, а вот руке небось больно. — Ты служил Саурону, а ведь он погубил тысячи, тысячи эльфов за свою жизнь! И твоего Учителя тоже! — Сенешаль взял меч в здоровую руку и стал пытаться меня подловить ложными выпадами. Я демонстративно материализовал кинжал в своей левой руке. Глорфиндель тут же увеличил дистанцию. Мы начали кружить по новой. — Тогда была война! А сейчас, не защищай эльфы потомков Нуменора, ничего бы не было. Саурон был врагом только людям. Дикарям, которых он хотел сделать подобными Югу и Востоку, у тех есть города, своя культура и они не дикие звери. Нуменор же был полон самодовольных идиотов без страха и чувства меры! — Я стал безостановочно наносить удары двумя оружиями. Эльфу с трудом удавалось избегать косых росчерков и сотрясающих блоки ударов. — Гондор, собирая под собой разрозненные человеческие поселения, мог бы стать таким же! Исильдур! Не он ли или его потомки могли стать новыми Ар-Фаразонами? Кольцо Саурона раздувает искру темного желания в пламя безумия, но эта искра должна быть изначально! — Я пропустил по своему клинку магию, отчего при следующем блоке Глорфинделю пришлось пасть на колено, взметнув тучу пыли. — Вы все похожи — у вас всех есть искра, вы все тайно желаете власти. Колца которые я просил уничтожить, дабы у Саурона не было лишнего повода обращать внимания на нас, почему-то целы! А вы ведь ими даже не пользуетесь! Не умеете! Так зачем они вам? — Я разорвал дистанцию, Глорфиндель сумел ослепить меня вспышкой света. — Враг или как вы там называете Саурона, он даже не понадобится. Ваш страх и ненависть сами могут раздуть эту вспышку в ваших сердцах. Вы станете не лучше назгулов, а то и хуже — орками! И Единое тут будет ни при чем! И из-за кого? Из-за людей? Не верю, большинству плевать на них! Бабочки однодневки! Дело в страхе! Вы слабы! И не стремитесь стать сильнее! Пользуетесь какими-то костылями, что я создал как инстументы дабы понять как устроен этот мир! Инструмент исследования и созидания, а не оружие! — Я продолжил увороты и ответные огрызания Хроаристом. — Даже для Гортхаура его кольца были инструментом — инструментом порабощения. Три кольца были ошибкой, которая увы не может быть исправлена мной! Менять лик Арды вы не сумеете, а цепляться за них как утопающий за соломинку, когда можно просто научиться плавать я считаю Глупостью! Какой силой обладали Высшие и где она сейчас?! Упадок эльфов, но это ваша вина, чего вам стоило преумножать знания, а не растрачивать их в бессмысленных боях?! И вот, победа! Гондор победил, Ура! Но стоило ли оно того? Гондор жалок, эльфов мало и всем уже нетерпится убраться подальше от земель, где властвует смерть и дурные воспоминания. Ну, уйдете вы и что? Что с Зеленолесьем, для которых эти земли родные? Что им делать? Идти на Валинор? Зачем? Им и тут неплохо, мой народ тоже останется, не зря же сюда возвращались? Это вы проиграли, еще в тот момент когда приютили людей приплывших с Затопленного Нуменора. Они могли и сами воевать, вам было недостаточно потерь при Морготе? Это Тщеславие? Решили возвысится в глазах людей?! А они сейчас помнят о вас, помнят о погибших среди вас?! Я прекратил гонять Глорфинделя с целью покрошить его в капусту. Я вынослив, но всему есть предел. — Не вмешивайтесь в войны которые вас не касаются и не принесут вам ничего кроме боли. Что получили эльфы в войне против Саурона? “Спасибо” от людей, пять десятков лет доброй памяти, неоправданное спокойсвие в душе и легенду о великой войне, случившейся для них неведомо когда! Сражаться нужно только за свой дом! Война всегда несет потери, вы забыли об этом! Не удивлен что вы пали! Надеюсь на Валиноре или в Чертогах мозги вам на место поставят, лучше бы вы здесь надолго не оставались, от вас все равно один вред коренным эльдар. — Я быстро сократив расстояние выбил оружие из рук Глорфинделя. Его рисунок боя я изучал долго, все эти пробные тычки, провокации — и не зря, уж очень немногое я знал о стиле боя Гондолина, а чему учат в Имладрисе и подавно. — Убьешь меня? — Глорфиндель тяжело дышит и смотрит мне в глаза. — Я чародей, пожелай я тебя убить, уже бы вскипятил кровь в твоих жилах. Мне плевать что ты обо мне думаешь, мою точку зрения услышал и ты, и они. — Я кивнул на толпу, что собралась за прозрачной преградой. Я чувствовал как ее пытались пробить и грубой физической силой, и разнообразной магией. Я отвел Хроарист от горла сенешаля и отошел подальше. — Хочешь я покажу им чего ты боишься? Почему ты так яростно бросаешься на любые признаки Тьмы? Ты ведь стар, ты видел Искаженных. — Я указал рукой на него и произнес заклинание наложения иллюзии, одновременно снимая барьер. Раздались пораженные и испуганные вздохи, на месте Глорфинделя, перед толпой стоял орк. Статный, по-эльфийски стройный. В золото-серебряной броне. Прямой нос стал крючковатым. Резко изломанные, но по-прежнему изящные брови низко нависали над ярко-янтарными, ввалившимися глазами. На высоких скулах выступили странного вида ровные борозды, похожие на шрамы. Короткие двойные шипы, словно наконечники стрел, косо расходились двумя рядами от глазниц, теряясь в волосах, все таких же глянцево-золотистых, лишь одной височной косы уже не хватало с левой стороны. Подбородок еще сильнее выступил вперед, обозначенный острыми углами челюстных костей, перечеркнутый шрамом, будто небрежно сшитым швом, а ставшие неестественно узкими, приобретшие сероватый оттенок губы, слегка отгибались кверху по-волчьи острыми, белоснежными клыками. Искаженный, обезображенный, поразительный в своей гротескной, неестественной, отталкивающей… красоте. Он стоял на коленях перед окаменевшими эльфами. Я наколдовал перед орком зеркало и янтарные глаза твари расширились в ужасе. Я убрал зеркало и снял иллюзию. — Фините. А ведь риск стать такими же действительно есть, только от страха и ненависти вы станете подобны оркам быстрее, чем если начнете поклоняться Морготу и проводить кровавые ритуалы с кровью девственниц, поеданием младенцев и так далее. Душа эльфа тесно связана с телом, мы не созданы для таких губительных эмоций, испытывайте хотя бы жалость и целесообразность, а не ненависть, проявляйте храбрость и стойкость, а не страх. Иначе Тьма проберется и на Валинор... впрочем она уже там, в ваших душах и в глубине разума. Все. Глорфиндель побежден и не мечом, а именно словом, недаром оно ранит больнее и сильнее. Испуганная толпа молча расступилась и я подошел к делегации Зеленолесья. — Это так или иначе бы произошло. — Я кивнул Леголасу на уходящего сенешаля. — Я решил разобраться сразу, не втягивая вас в мои личные проблемы, ведь отступи я и он бы прицепился уже к вам. Он напуган, но тщательно это скрывает, оттого и причина ненависти ко мне, побывавшему в плену у Саурона. Маэглин своим предательством поддточил его веру в безгрешность эльдар. Жители Гондолина прятались в горах от ужасов Средиземья, находясь подальше от феанорингов и тварей Моргота. Они не вмешивались ни в чьи дела, но это их не спасло. Хочешь мира — жди войны, они должны были быть готовы, но даже к предупреждению от посланника Валар, отмахнулись, уверовав в свою недостижимость. — А как же Ост-ин-Эдхиль? Ты постоянно упоминаешь его скрытность и что добраться до него, можно лишь на крыльях. — Да, он тоже сокрыт надежно, но и мы всегда готовы к войне и даже есть куча способов побега и сохранения бесценных знаний. Гнездо параноиков — так неофициально назвали здание Совета Ост-ин-Эдхиль и не зря. — Не нужно было предавать позору сенешаля долины Имладрис, показывая всем его страх. — Произнес сильный голос подошедшего к нам эльфа. А вот и сам воспитанник сынов Феанора и по совместительству — местный правитель. — Владыка Элронд. — Мы поклонились. Элронд смотрел на меня осуждающим взглядом, но извиняться я не стану: — Или так, или подвергнуть его ненависти принца, за дружественное отношение ко мне. Глорфиндель затаил обиду на меня в тот момент, когда узнал, что я был в Мордоре за Черными Вратами. То что я оказался Создателем Колец, лишь подлило масла в плямя его ненависти. Надеюсь оно теперь угаснет надолго, но не думаю что навсегда. — Твои слова жалят подобно клыкам ядовитой змеи, твой герб хорошо тебя описывает. — Взгляд серых глаз уперся в мою нагрудную пластину и изображенный на ней Родовой Герб. — В малых дозах яд — лекарство. — Ответил я на выпад Лорда. — Зачем вы здесь. — Элронд обратился к Леголасу, но не ко мне. Обиделся? Ну и ладно. — У меня донесение из Эрин Гален, плененное Странником существо сбежало. — Мы догадывались об этом. Враг внезапно начал поиски и послал назгулов. Они нагрянули в Шир. Однако они опоздали, Этого там больше нет. — Тогда где оно? У кого? — Леголас испытывал облегчение и волнение. Опять эти Сами-знаете-что, кому, куда, когда, сколько и прочие тайные сокращения любимой погремушки Саурона. По моему, одно упоминание Врага и назгула уже давно все объяснило греющим уши эльфам. — Через месяц, когда прибудят гости, коих я созвал со всех концов Средиземья, я соберу Совет, на нем мы и обсудим этот вопрос. — Элронд выразительно посмотрел на меня. — Но об этом никто не должен знать. Мы кивнули. Элронд приказал слугам проводить нас до наших комнат. В зал Огня нас позовут в ближайшее время. Придется опять переодеваться, только перевязь с мечом я снимать не буду — перебьются. У них тут псих на свободе бегает. Я глянул в зеркало, ну что же, только трупак-фейс не хватает к моей мрачной роже. Прекрасный эльф чтоб вас, из-за вросшего обруча у меня всегда брови нахмурены, впрочем не зажмурься я тогда, ослеп бы надолго и на оба глаза. А все равно, мантия мне нравится! Какой контраст по сравнению с сияющим серебром, глаза отдыхают просто.