Припечатал меня Аспид, пока я со своей фантазией в красках себе все это представляла. И, если уж быть честной с самой собой, то такой вариант вполне вероятен. А если уж совсем-совсем честной, то я была бы только за, если бы не проклятье и перспектива оказаться взаперти. Хотя, если с Киром вместе, то я, наверное, и на это согласилась бы.
— О чем задумалась, Коротышка? — спросил Дан, внимательно вглядываясь в мое лицо.
— О том, что когда Он найдет меня, то ты тоже в стороне не останешься и получишь свое сполна.
Съязвила я Аспиду и следом уже спросила серьезно.
— Если ты так хорошо знаешь его, то сколько у меня времени по твоему?
Дан ухмыльнулся, потрепал меня по макушке и… промолчал.
— Ну и черт с тобой… — обиделась я, прождав пару минут и поняв в итоге, что говорить он, что-либо конкретное, не намерен.
— Ага. Только еще одна подобная выходка и Ханта я ждать не буду. Лично придушу и прикопаю на заднем дворе. Будешь розы удобрять.
— У тебя нет роз… — проворчала я, обиженно.
— Ради такого случая обзаведусь, — хмыкнул мужчина и, потрепав меня по макушке, подоткнул одеяло, словно заботливая мамочка, от чего я конкретно обалдела, и вышел из комнаты, пожелав скорейшего выздоровления.
Наверное, чтобы я скорее покинула его дом и больше не отвлекала от важных темных дел. Темных не в смысле плохих, а в смысле они же Темные и дела у них под стать…
Под эти бредовые мысли я снова провалилась в неглубокий сон. На этот раз без сновидений. И на том спасибо — большего моя расшатанная психика не вынесет.
Глава 3
Из дома Дана я сбежала, сразу, как только смогла встать на ноги, то есть ровно через день. Почему сбежала? Да потому, что Дан как раз куда-то отлучился по делам, иначе он бы меня не отпустил. И так вечером наслушалась его ворчаний, по поводу моей неблагодарной тушки.
Назвала друга сварливой и сверх заботливой бабулей.
Он на минуту завис, видимо переваривая новое звание, потом обиженно засопел и отключился.
Видимо обиделся сильно, так как третий день меня игнорирует.
Я конечно, палку перегнула, он ведь действительно обо мне заботился и во всем помогал, но в тот момент мне и правда хотелось побыть одной, закрыться в своей маленькой, но уютной квартирке и постараться снова вернуть себе душевное равновесие, насколько это возможно.
Он все еще снился мне каждую ночь, но сны были… обычными что ли. Не такими яркими и живыми, как тогда, когда я была в полу бредовом состоянии. Не знаю, что это тогда было — реальность или игры воспаленного разума, но я боялась повторения. Боялась и одновременно желала вновь оказаться в таком сне всем сердцем.
На исходе пятого дня, ночью в мою квартиру заявился Аспид собственной персоной.
— Проходи, — я раскрыла дверь пошире, и отошла в сторону, чтобы Дан смог протиснуться в узкую прихожую.
Не разуваясь он протопал в зал и тяжело плюхнулся на мягкий диван и при этом так не сказал ни слова.
Он что сюда пришел дальше на меня дуться?
Нахмурившись, я удалилась на кухню и, достав из припасов бутылку текилы, вернулась назад, прихватив по дороге пару стаканов и пачку кукурузных чипсов.
Увидев меня, Дан одобрительно кивнул на бутылку и озадаченно уставился на чипсы.
— Больше ничего нет, — ничуть не смутилась я, и плюхнулась рядом. — Хочешь иди в магазин или закажи чего-нибудь, — великодушно предложила гостю.
— Так сойдет.
Дан взял из моих рук бутылку и, проигнорировав бокал, присосался прямо к горлышку.
— Все так хреново? — сочувственно спросила я, хотя по большому счету мне было все равно. Но мы же вроде как друзья, да и вдруг поможет отвлечься от своих проблем.
— Совет к себе вызывает, — вздохнул мужчина. — Твой долбанутый Хант, в одиночку, практически развязал полномасштабную войну.
При имени любимого уже привычно кольнуло в груди, но я засунула эти чувства подальше и вернула шпильку обратно.
— А твоя отмороженная Литана из совета решила провести разъяснительную беседу и всем погрозить пальчиком?
— Она не моя, — буркнул Дан. — А в остальном ты права.
Мы замолчали. Уж не знаю, о чем там задумался Аспид и задумался ли вообще, а мои мысли, впрочем, как и всегда, крутились вокруг одного человека. Я боялась за него и понимала, что если ничего не предпринять, то ничем хорошим эта история не кончится.