Необычный праздник
Сегодня я встал очень рано, с первым лучом солнца, услужливо разбудившим меня, ослепив прямо через веки. Обычно спящий очень крепко и безмятежно, теперь я моментально проснулся. Аккуратно, чтобы не разбудить сестру, спящую на втором этаже нашей двухъярусной кровати, встал, надел праздничную рубашку и брюки. С неудовольствием оглянулся на кучи пакетов с вещами, собранными со всего дома и лежащими теперь в нашей с Аней комнате. Да, как-то так мы приготовились к приезду нашего гостя! Просто сложили все лишние вещи в кучу, прикрыв дверью.
Я горько вздохнул, да так, что зашевелилась Аня, а я испугался: не разбудил ли я ее? Сегодня ей можно спать столько, сколько она захочет, она итак последнее время трудится, как пчелка.
Аккуратно прикрыв дверь, ушел на кухню. Конечно же, мама уже проснулась и так же тихо теперь пыталась растопить печку – ночь была холодной, и в доме веяло прохладой до дрожи. Я ей помог, после умылся и сел завтракать.
– Ты правда веришь, что он приедет? – спросила у меня мама с нескрываемым волнением в голосе. – Боюсь, как бы не закончилось это плохо…
– В этот раз точно приедет, – заверил я ее, быстро пережевывая кашу. Мне нужно было торопиться, пока Аня не проснулась.
Мама поглядела на меня с какой-то тревогой, словно я сейчас не дядю собирался встречать, а уходил на войну.
– Может ты лучше дождешься его здесь, с Анютой? – с надеждой спросила она, заламывая себе пальцы. Наверняка боится, что я дяде нагрублю.
Я немного помолчал, собираясь с мыслями.
– Чтобы все не закончилось плохо, я должен это сделать.
Мама поняла, что переубеждать меня бесполезно, и слегка кивнула головой.
– Подготовь папу, хорошо? Он может сорваться.
Это я сказал так тихо, что мама буквально читала по моим губам. Ни Ане, ни папе слышать этого не стоило. Может, Аня и спала, может, лишь делала вид, что спит, но если бы услышала это – расстроилась бы. Папа уже несколько лет был не в форме. Сколько его помню, он всегда был сильным, твердым и мужественным, но сломался, как только стал инвалидом – ноги перестали его слушаться, и теперь он был прикован к инвалидной коляске.
С братом у него были особые отношения. Я их не понимал. Сам дядя Коля хорошо относился к своему брату, а брат, в свою очередь, почему-то недолюбливал его.
Я быстро доел кашу и, дожевывая на ходу, пошел в коридор обуваться. Но по пути чуть не сбил Аню, сонно протиравшую глаза и поправлявшую свои длинные волосы, распустившиеся по всей ее ночной рубашке. Прежде чем она успеет что-либо сказать, я постарался ее опередить:
– Просто отдыхай. А я пойду ждать дядю.
Кажется, она хотела что-то мне возразить, но я сделал вид, что не замечаю этого и торопливо выскочил через порог на улицу. Я знаю, что она не обидится, просто скромничает. Тем более, что мы это с ней уже обсудили.
Дядя мог приехать к нам только по одной дороге – это единственная дорога, ведущая к нашему дому. Я не знал, когда он приедет, но почему-то был уверен, что приедет не скоро, и потому шел не спеша, наслаждаясь молодым солнцем и приятным прохладным ветерком.
Мой разум сейчас занимали вопросы: узнает ли меня дядя? Заметит ли? Станет ли останавливаться или проедет мимо? Мы с ним ни о чем не договаривались, и я был практически уверен, что он даже не догадывается о том, что я его жду прежде, чем он войдет в наш дом.
Добравшись к самому началу этой дороги, лениво сел на скамейку. И как только я это сделал, возникло сильное желание лечь на нее – погода была действительно мягкая, да и я сам сплю очень мало. Приходится много работать, особенно, в последнее время. Хорошо, что Аня помогает по дому, я бы один не справлялся. Но я не лег, удержался. Взял себя в руки.
Я решил не думать о плохом. Не знаю, сколько я так просидел тут, но вскоре неподалеку услышал звуки проезжавшей машины, и волнение наполнило все мое существо: не дядя ли это? В нашем небольшом городке машины были явлением не то, чтобы редким, но нечастым, особенно в столь раннее время. Трудолюбивые соседи наверняка уже проснулись, но работали сейчас на своих участках, и ехать никуда не собирались. И потому я с таким замиранием сердца вслушивался в шум незнакомого мотора.
Вскоре на горизонте появилась столь же диковинная на внешний вид машина, как и ее двигатель. А вскоре я смог рассмотреть и приближающегося водителя. Не было сомнений, что это был дядя Коля. Он меня заметил и приветливо помахал рукой через открытое окно салона. Подъехав, остановился на обочине и два раза коротко посигналил, а после вышел. Я неспешно к нему подошел.
– Здоро́во, племянник! – он странно улыбался, когда говорил эти слова. – Ты смотри-ка, подрос, повзрослел, совсем мужчиной стал!