Но когда я разглядела самого Темнейшества... Сердце пропустило удар, а тьма внутри потянулась к нему, как котёнок к молоку.
Я отшатнулась, получив неодобрительный взгляд лакея. Пришлось срочно взять себя в руки — как раз объявили моё имя.
Медленно вышла, вспоминая все наставления фаворитки и моей служанки. Свет после темной комнаты слепил, а толпа гостей, глазевшая на нас, напрягала. А я и вовсе оущащала себя белой гарпией. Мало того, что я была в белом платье, так еще и волосы светлые, что всегда в Бакэмоно привлекало внимание. Все же надо было покрасить волосы…
Но поздно пить кавью, когда печень уже отказала.
Взгляд короля скользнул по мне и... остановился. Я не отводила глаз, смотря ему прямо в лицо. Боги, я не хотела этого! Но внутренне молилась, чтобы он сам потерял интерес. Пока я шла, он не моргая наблюдал за мной, от чего ноги стали ватными. Лишь когда я заняла своё место, он вернул внимание фаворитке. И я молилась, чтобы его интерес был лишь моей фантазией.
Сердце колотилось так, что в ушах стоял звон. Только по возмущённым взглядам вокруг я поняла — что-то случилось.
Посмотрев туда же, куда и все, чуть от удивления не открыла рот.
Оркестр заиграл, возвещая начало бала. Но король не пригласил ни одну из нас — он вывел в центр свою фаворитку. Говорили, он так делал и раньше... Но сейчас, в день отбора?
Однако они были так прекрасны вместе.
Девушки вокруг недовольно шептались. Их не могли пригласить, пока король не выберет кого-то из нас. Поэтому приходилось смиренно стоять и смотреть на пару, к которой никто не присоединился. А они мило ворковали, игнорируя все происходящее вокруг.
Бедные те, кто действительно хочет стать королевой. Как можно соперничать с ней? Жаль, что у них нет детей — они явно созданы друг для друга. Король счастлив с ней. Заменить её невозможно. Кажется, именно это он и хотел всем показать.
Я радовалась, что меня это не касается, пока рядом не раздалось всхлипывание.
— Тори? — обернулась я.
Она быстро смахнула слезу, натягивая улыбку.
— Всё в порядке, лалайра.
— Энид, — поправила я. — Тебе плохо? Ты же говорила...
— Нет-нет, — она благодарно посмотрела на меня. — Просто... Я... — голос дрогнул, но она собралась. — Я бывала при дворе несколько раз за последние годы. Его Величество несколько раз танцевал со мной... И...
Я широко раскрыла глаза, всё поняв.
— Ты влюблена в него?! — вырвалось у меня громче, чем нужно. Но оглядевшись успокоилась - никто не обратил внимания.
— Да... — прошептала она, заливаясь краской.
— Значит, станешь его женой, — ободряюще улыбнулась я, сжимая её руку.
— Я не хочу быть просто женой. Хочу хотя бы частичку той любви, что он дарит ей...
— Не забивай голову, — покачала головой я. — Ему ещё предстоит выдать её замуж. Так он повышает её ценность.
Хотя, вспомнив ночной разговор, я и сама не верила своим словам.
— Логично... — Тори немного успокоилась.
Я радовалась, что смогла помочь. Остальные девушки косились на нас — если Тори влюблена и младше большинства, у неё выше шансы. А значит, у них меньше. Даже если половина из нас не хочет короны, конкуренция остаётся жёсткой.
Пока я утешала Тори, оркестр закончил первый танец и заиграл новый.
— Неужели я вам так противен? — раздался знакомый голос у меня за спиной.
Я замерла. Побледневшее лицо Тори подтвердило мои опасения.
Резко обернувшись, я умудрилась ткнуться носом в грудь мужчины. Вспыхнув от стыда, я сделала глубокий реверанс, не смея поднять голову.
— Простите, Ваше Маиестас.
— Так я вам не нравлюсь, лалайра Энид?
Боги, он обращался ко мне!
— Я... Нет, что вы... — пробормотала я.
— Тогда удостойте меня танца?
— Почту за честь, — пропищала я, принимая его руку.
Коснувшись ладони короля, на мгновение замерла. По телу от руки к самому резерву пробежал разряд, поднявший бурю внутри. Подняв глаза, я утонула в его взгляде — чёрные глаза, обрамлённые густыми ресницами, контрастировали с бледной кожей.
Он легко потянул меня в центр, к другим танцующим.
Внутри все замирало от его прикосновений, казалось, даже дышать прекратила. Не свалилась я прямо там только благодаря крепким рукам короля.
Что за ерунда?! Что со мной?!
— Не бойтесь, я не собираюсь принести вас в жертву или съесть, — усмехнулся он, похоже, собираясь так меня немного оживить.
— Я не боюсь, — задиристо подняла подбородок, глядя ему в глаза. — И знаю, что человеческие жертвоприношения вы не практикуете.