— Давай просто скажем, что если ты встретишь ее, не смотри ей в глаза.
Я смотрю на Габриэля, и он приподнимает бровь. Я не могу понять, шутит он или нет. В этот момент я поверю во что угодно. Причудливая маленькая викторианская Лили, отсутствие зрительного контакта. Кроме того. Кто-то, кто носит имя Маленькая Лили Джонсон? Жуть.
Сейчас мы все собрались в додзе. Это большая комната, размером по меньшей мере с четыре спальни, с окнами во всю стену, выходящими во внутренний двор. Снаружи серо, уныло и безрадостно. Кажется, здесь холодно. К счастью, я не чувствую температуру так, как раньше, поэтому мне редко бывает жарко или холодно. Пол покрыт темно-серым мягким ковриком, почти таким же, как в додзе Дюпре. Вдоль одной из стен стоит деревянная стойка с множеством мечей. Большие. Острые.
Серебряные.
— Мы разобьемся на группы, — говорит Джейк. Он смотрит на Габриэля, затем на Дариуса, который только что вошел в додзе. — Но прежде чем мы начнем с клинков, — он окидывает нас всех оценивающим взглядом, — посмотрим, какими еще навыками мы все обладаем.
— Хочешь, чтобы мы продемонстрировали свои трюки? — с сарказмом спрашивает Викториан.
— Мы все собираемся показать свои фокусы, — отвечает Джейк. — По два за раз. Давайте начнем с… — Он изучает каждого из нас. — С волков.
Не говоря ни слова, все мы, кроме Габриэля, прижимаемся к стене, а Люциан и Джинджер выходят на середину комнаты. Люциан смотрит на Габриэля. — Человек или волк? — спрашивает он.
Я нахожу это очень интересным.
— По очереди, — инструктирует Габриэль, его лицо ничего не выражает. В руках у него пара длинных деревянных тренировочных палок, наверное, фута четыре в длину. Он бросает одну Джинджер, и она е ловит. — Сначала мисс Слейтер. Человек.
Джинджер, одетая в темно-синие тренировочные штаны с двойными белыми полосками по бокам и серую футболку с V-образным вырезом, крепче сжимает палку и направляется к Габриэлю. Ее лицо напряжено, и она очень сосредоточена. Ее внимание сосредоточено исключительно на Габриэле. Глаза застыли на его лице. Без колебаний она подходит к нему.
Рост Джинджер Слейтер — пять футов и три дюйма (160 см). В мокрой одежде она весит около 115 фунтов (52,16 кг). Она похожа на фарфоровую куклу: у нее такие милые черты лица, на коже нет ни единого пятнышка. Даже голос у нее мягкий. Уверенный и в то же время мягкий. Она напоминает мне сладкоречивую женщину-полицейского из старой комедии «Полицейская академия». С виду такая… невинная. Возможно, даже слабая. Легко уступает, особенно большому мужчине — или другому большому существу, без сомнения. Габриэль — это и то, и другое, и он возвышается над ней более чем на фут (30 см), и Бог знает на сколько превосходит ее весом.
Она двигается молниеносно.
Это оказывается одним из многих ее преимуществ.
Не выказывая страха и с выражением решимости на лице, Джинджер бьет Габриэля первой. Их тренировочные палки сталкиваются с повторяющимся, отдающимся эхом стуком, когда они принимают позы нападения и защиты. Я внимательно изучаю движения Габриэля, внимательно за всем наблюдаю. Мне трудно решить, то ли он старается не дать Джинджер ударить его палкой по голове, то ли просто играет с ней. Как обычно, выражение его лица стоическое и каменное.
Выражение лица Джинджер… злое. Я не могу подобрать для этого другого определения. Она выглядит чертовски злой. Но даже злючка не сможет отбиться от бессмертного ростом в шесть футов три дюйма (190,5 см) и весом в двести с лишним фунтов (более 90 кг), который набросится на тебя и швырнет о стену. Я продолжаю наблюдать за ней. Джинджер крепко сжимает руками палку, и маленькие мускулы на ее бицепсах напрягаются с каждым ударом, который она наносит Габриэлю. Она также отражает каждый его удар. Я бросаю взгляд на Люциана, и на его губах появляется довольная улыбка. Он смотрит на меня и гордо кивает.
— Волк, — просто говорит Габриэль.
Мой взгляд прикован к Джинджер, потому что, несмотря на все те необычные вещи, которые я наблюдала с вампирами за последние несколько месяцев, мне не терпится увидеть еще одно существо. Теперь мой разум логически принимает такие вещи, как вампиры, оборотни, бессмертные, люди со способностями. Я знаю, они существуют. И все же какая-то болезненная часть меня хочет сначала увидеть это в действии. Хочет увидеть. У меня внутри все сжимается от предвкушения.
Боевая палка выпадает из рук Джинджер. Это происходит еще до того, как он падает на мат. Ее человеческий облик расплывается, движения меняются, как дуновение ветерка, пробивающегося сквозь марлевую занавеску, и она опускается на четвереньки. Когда мое зрение фокусируется, она оказывается рыжеватой волчицей. Она бросается на Габриэля, прижав лапы к груди, широко раскрыв челюсти и сомкнув их на его горле, и в считанные секунды прижимает его к мату.